Точнее говоря, из-за неопытности Дэвида и отсутствия у него контактов в Голливуде, Хелен и агентство Angel предоставят упрощенный вариант универсального пакета для этого проекта.
Таким образом, агентству Angel в будущем также придется связаться с дистрибьюторскими компаниями для этого фильма.
У компании Дэвида Skydance Media есть деньги, но нет каналов распространения, и вряд ли она будет создана в ближайшее время.
В договорном соглашении есть сотни пунктов, которые подробно рассматриваются, и подписание такого соглашения с восьмизначной суммой инвестиций — задача не из легких.
После достижения соглашения Мэтью, Зак, Хелен и Дэвид в сотрудничестве с PR-экспертами отправились в Нью-Йорк, чтобы вступить в перетягивание каната на переговорах с Фрэнком Миллером.
Фрэнк действительно был впечатлен тестовыми кадрами и концепцией производства Зака и дал принципиальное согласие на лицензию на экранизацию «300 спартанцев», при этом основные разногласия между двумя сторонами касались лицензионного сбора и доли фильма после выхода.
И Мэтью, и Зак изначально были очень простыми людьми, работали как актеры и режиссеры, и не имели достаточного представления о рынке киноадаптаций. Первоначальный роялти в размере 4 миллионов долларов США, который был бы прекрасен два года назад, до появления киноадаптации работ Фрэнка Миллера, теперь оказался недостаточным, чтобы заткнуть пасть Фрэнка.
Фрэнк договорился о базовом лицензионном платеже в размере 15 миллионов долларов плюс десятипроцентная доля от мировых кассовых сборов.
Это условие слишком жесткое.
Но Дэвиду было все равно, и после первого контакта и переговоров он заявил, что снизит плату за роялти деньгами.
По его словам, любая проблема, которую можно решить с помощью денег, не является проблемой вообще.
Хорошо то, что несмотря на молодость и поведение богатого ребенка, он не настолько туп, чтобы не понять такую вещь, как возврат того, за что он заплатил.
В течение следующих трех дней обе стороны провели еще три раунда переговоров, постепенно сокращая свои разногласия по основному вопросу стоимости адаптации, и к концу третьего дня они окончательно договорились по этому ключевому вопросу.
Skydance Media внесет 9 миллионов долларов США в базовую адаптацию фильма «Спартанец 300» и получит пять процентов от кассовых сборов в Северной Америке после выхода фильма на экраны.
После урегулирования самых больших разногласий последующие переговоры прошли быстрее, и такие условия, как будущий титул Фрэнка как продюсера фильма и получение продюсерского пакета зарплат, оказались в приемлемых для обеих сторон пределах.
А Дэвида, как финансиста, не слишком беспокоили такие побочные расходы.
Увидев, что проблем нет, Мэтью был готов покинуть Нью-Йорк и вернуться в Лос-Анджелес, где он не мог пропустить съемки рекламного ролика для Mercedes-Benz G-Class, которые были отложены из-за изменения сценария Майклом Бэем и которые должны были начаться на студии Disney.
В день его отъезда из Нью-Йорка Skydance Media уже подписала проект соглашения с Фрэнком Миллером, а официальное соглашение будет подписано после решения последних мелких вопросов.
До тех пор, пока не будет неожиданностей вроде мировой войны, права на фильм «300 спартанцев» будут получены без происшествий.
Вернувшись в Лос-Анджелес, Мэтью взял выходной на работе, а затем приехал в небольшую студию Диснея в день, о котором его уведомил Mercedes-Benz.
До прихода в киноиндустрию Майкл Бэй много лет был режиссером рекламных роликов и MTV, и даже после того, как он стал кинорежиссером, он время от времени снимал рекламные ролики некоторых крупных брендов.
Мэтью прибыл на студию Диснея, а также встретился с человеком, который родился, когда комета упала на Землю, то есть с Майклом Бэйем.
Глава 338
Студия была окружена зеленым экраном, черный Mercedes G был припаркован в центре съемочной площадки, а Майкл Бэй стоял рядом с внедорожником, проговаривая сцену с озадаченным Мэтью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Об остальном можешь не беспокоиться». — Бэй сказал, похлопывая по водительской двери: «Как только я крикну «старт», ты толкаешь дверь и выходишь, затем начинаешь бежать».
Мэтью кивнул.
«Смотри, куда бежишь, не загораживай машину при беге, машина должна быть отчётливо видна на камеру». — сказав это, он спросил: «Все ясно?».
«Абсолютно».
Бэй, похоже, не собирался следовать странице сценария, но Мэтью взял гонорар за рекламу Mercedes-Benz и, в пределах разумного, естественно, сотрудничал, поэтому с сомнениями в голове он исправно следовал ритму Бэя.
Майкл вернулся за камеру, а Мэтью пошел к машине, открыл дверь, сел на водительское место Mercedes G и стал ждать начала съемки.
Через полминуты раздался голос Майкла: «Старт!».
С холодным лицом Мэтью толкнул дверь, плавно вышел из машины, и побежал вперед со скоростью стометрового спринта.
Но уже через несколько секунд раздался голос Майкла, кричащий: «Снято!».
Мэтью остановился, не запыхавшись, повернул голову, чтобы посмотреть на Майкла Бэя, который ему подал знак «ОК».
«Пятнадцатиминутный перерыв!». — Снова раздался голос Бэя: «Каскадерам приготовиться!».
В следующей сцене должны были быть кадры движения автомобилей, и в контракте, который Хелен заключила ранее, было четко оговорено, что для любых сцен с вождением в съемках должны использоваться каскадеры.
Мэтью не возражал против этого, его навыки вождения были чуть выше среднего, он не мог выполнять преувеличенные трюки в рекламе, и это был не тот вид съемок экшн-сцен, в котором он был хорош, и риск получить травму был выше.
Mercedes-Benz уже подготовил каскадерского двойника.
От нечего делать во время перерыва Мэтью подошел к режиссерскому монитору Майкла, показал на него и неуверенно спросил: «Что-то получается?».
«Конечно».
Это не съемки фильма, Бэй не собирался что-то скрывать: «Смотри».
Мэтью подошел к монитору и встал позади Майкла, сложив руки на груди, просматривая только что отснятый материал.
Съемка длилась всего несколько секунд, и кроме машины и его на зеленом экране ничего не было видно.
«Теперь я наконец-то понимаю». — неожиданно сказал Майкл: «Понимаю, почему Джерри нравится звать тебя в свои фильмы».
Мэтью в замешательстве поднял бровь.
Бэй добавил: «Ты прирожденный актёр боевиков».
«Ты переоцениваешь меня». — Мэтью махнул рукой: «Майкл, многие из моих постановок на самом деле имитируют классические кадры из твох фильмов».
Независимо от того, что говорят другие, он всегда считал его «Скалу» классикой среди боевиков.
«Я снимал с тобой рекламу всего день». — Слова Майкла были печальны: «Почему я в прошлом году не взял тебя на главную роль в «Острове»?».
«Э…». — Мэтью не знал, что сказать, колебался две секунды и ответил с улыбкой: «Определенно у нас есть возможности для совместной работы в будущем».
Майкл кивнул.
Далее Мэтью не сказал ни слова и смотрел, как Бэй занимается своими делами. «Остров» был первым фильмом Майкла Бэя с тех пор, как он ушел от Джерри Брукхаймера, продюсером и режиссером одновременно. Говорили, что фильм был снят и спродюсирован именно так, как он хотел, и нельзя было точно сказать, будет ли он успешным.
В любом случае, по опыту просмотра фильмов Майкла Бэя, Бэй очень талантлив и прекрасно разбирается в элементах экшна в своих фильмах.
…
Пятнадцатиминутный перерыв прошел быстро, и съемки возобновились без участия Мэтью, который сидел в кресле и наблюдал, как каскадеры выполняют автомобильные трюки.
Немногие оставшиеся сцены в студии снимали в основном дублеры-каскадеры, а он наблюдал со стороны.
Эти съемки были определенно самыми спокойными и легкими в карьере Мэтью как актера до сих пор. Во-первых, ему не нужно было делать всевозможные сложные выражения, достаточно было просто сделать ничего не выражающее лицо; а во-вторых, самой сложной экшн-съемкой была 100-метровая пробежка.
