— Он мне сказал, что Питбуль принадлежал… именно так, был собственностью одного такого дона Мазино[161] Барлетты. И что этого дона Питбуль тоже убил.
Грация с сомнением взглянула на комиссара. Она мало что понимала и внимательно слушала, ожидая более конкретных данных. Имя Барлетта ей что-то говорило, но она никак не могла припомнить что.
Матера хотел пояснить, но комиссар жестом прервал его. То был звездный час фельдфебеля Карроне, следовало позволить ему рассказать всю историю до конца.
— Барлетта Томмазо был членом мафии, не слишком влиятельным. В тысяча девятьсот семьдесят девятом году он был арестован, а потом выпущен под надзор полиции и выслан из Палермо. Впоследствии надзор сняли, но на Сицилию он не вернулся и на первый взгляд ничем больше не занимался, ничего не контролировал, не вел никакой подпольной торговли. Но с тысяча девятьсот восемьдесят первого года мафиозные группировки, враждующие между собой, как сдающие позиции, так и одерживающие верх, стали снова его уважать. Пронесся слух, будто он предоставляет не связанных с преступным миром киллеров всякому, кто об этом попросит. В тысяча девятьсот девяносто пятом году он исчезает с горизонта, и больше о нем ничего не известно.
— Теперь понятно, — сказала Грация. — Дон Мазино был одним из поставщиков Питбуля, как Д'Оррико. Еще один шаг вперед.
— Нет, — заявил Карлизи, — гораздо больше. Знаешь, где жил под надзором наш дон Мазино? Скажите, фельдфебель, это ваша история.
Карроне кивнул, и на какое-то мгновение унылое лицо его осветилось.
— Он жил под надзором в Будрио, провинция Болонья. — Карроне ткнул указательным пальцем в записную книжку, та заскользила по столу прямо к Грации, к ее ноге, и оказалась так близко, что можно было различить переливчатые пятна на обложке: места, откуда соскоблили кровь полковника.
— Все здесь, — заявил Карроне. — Слова полковника и мои дальнейшие расследования по поводу дона Мазино. Все записано, подписано и удостоверено.
Вычленить. Наметить связи. Исключить лишнее.
Питбуль живет в Эмилии-Романье. Дон Мазино жил в Будрио, на улице Вагнера, 10. Первая связь.
Вычленить: всех владельцев огнестрельного оружия в Болонье и провинции. Список всех, кто приобрел и зарегистрировал, от A до Z, от Аккорси Микеле до Зарилло Елены. Слишком много.
Вычленить еще. Другой стикер рядом с оставшимися двумя. Догадки Грации, только догадки, но признанные основательными. Просто чтобы вычленить.
Владельцы оружия по провинции Болонье. Не просто держатели оружия, имеющие в доме пистолет, запертый в ящик вместе с патронами, подальше от детей. Те, кто носит пистолет с собой, в кобуре. Предпочтительно 22-го и 40-го калибров. Список от Бонетти Марко до Тибальди Франческо. Слишком много.
Вычленить, вычленить. Еще один стикер лепится к доске. Линия расследования изгибается, становится кругом.
Догадка Грации: у него работа со свободным графиком, оправдывающая постоянные разъезды. Частные сыщики, управляющие банков или собственных предприятий, торговые представители, перевозящие ценные образцы. Список от Карлетти Пьеро до Поппа Мариано. Уже лучше.
Вычленить еще. Очередной листок: кривая идет вниз.
Догадка Грации: он наносит грим, как актер. Как актер, меняет костюмы. Вживается в роль. Все владельцы оружия, относящиеся к вышеперечисленным категориям, которые посещали курсы декламации, дикции и гримировки. Ни единого списка. Нужно прочесать все театры, культурные центры, частные заведения… слишком долго. Стикер переходит вниз, в качестве подтверждения «в случае, если».
Выявить связь. Список от Карлетти до Поппы с одной стороны. Данные о доне Мазино — с другой.
В дверь стучат, Грация поднимает голову. Агент в униформе, с пакетиком в руке. Это для вас, инспектор, принес какой-то парень.
Какой парень, как он выглядел? Ладно, не важно: если это он, то мог выглядеть как угодно.
Кто — он?
Не важно, спасибо.
Пакетик: квадратный, подарочная обертка, гофрированная розовая ленточка, спадающая двумя каскадами крутых завитков. А если эта штука сейчас взорвется у нее в руках? А если там чье-то ухо? Или пуля, на которой процарапано ее имя?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Грация вскрывает пакет. Она все поняла, разрывая бумагу, поняла по ленточке, отрезанной неаккуратно, слишком косо. Нехарактерно для Питбуля, который всегда стремится к совершенству.
Тест на беременность, забытый у Алекса.
На стол его, рядом с компьютером. Снова к доске, в руках — список.
Карлетти Пьеро, Кастелли Сильвио, Коста Даниэле, Давито Алессандро, Эмальди Пьетро, Факкини Примо, Форте Гаэтано, Франкини Джулио, Иотти Лиза, Ломбардини Алессандро, Маркини Витторио.
Маркини Витторио…
Торговый представитель. Владелец и единственный сотрудник предприятия по импорту и продаже ювелирных изделий.
Маркини Витторио.
Имеет лицензию на ношение короткоствольного оружия для персональной защиты. Владелец револьвера «глок», модель 23, 40-й калибр; «зиг-зауэр» П 229, 40-й калибр, и спортивной «беретты», модель 71, 22-й калибр.
Маркини Витторио.
Проживает на улице Вагнера, 12, 40054, Будрио.
Через отверстие в корпусе фургона друзья наблюдали за тем, как она идет к дому. Чтобы все время видеть ее, Саррине пришлось распластаться по стенке, один глаз закрыть, а другим приникнуть к самой щели, потом сдвинуться, распластаться с другой стороны отверстия и закрыть другой глаз. Задание оказалось непростым. Улица Вагнера заканчивалась тупиком, она отходила под прямым углом от магистрали, была широкой, чистой, респектабельной застройки, но короткой. С одной стороны выстроились в ряд особнячки, все одинаковые: три этажа и мансарда, садик, сбоку гараж. С другой стороны росли деревья, а за ними простирались поля. Дом № 12 был последним, в самом конце улочки. Поблизости припарковаться не удалось, ибо вся мостовая, от одного проезда к гаражу до другого, была забита машинами. За домом места тоже не оказалось: перед столбами, отделявшими улицу от городского парка, стояла семейная «вольво». Единственный выход — втиснуть фургон где-нибудь посредине улицы, хотя и там тоже все было забито; Матера позвонил в двери одной-другой виллы, за несколько домов до 12-го, нашел владельца одной из брошенных на тротуаре машин и заставил подвинуться. Оттуда, набившись в фургон, как сельди в бочку, Матера, Саррина и еще два оперативника с автоматами и в бронежилетах едва могли разглядеть Грацию, которая шла по тихой улочке.
Грация приехала в машине вместе с доктором Карлизи и вышла на углу. Она шла обычным шагом, в руке — иллюстрированный журнал, куртка застегнута до самой шеи, чтобы спрятать бронежилет. Дойдя до дома № 12, склонилась к столбику у ограды, прочла имена на табличке: «Маркини Р. Заули М. Маркини В.» — и позвонила.
Обливаясь потом, она сжимала в руках журнал. Лучше бы пистолет, вдоль бедра, чуть-чуть за спину, но если синьора Маркини его увидит, то ни за что не откроет дверь. А если увидит он, Грации конец.
— Да? Кто там?
Грация увидела синьору, застывшую на пороге, в конце дорожки, и помахала журналом. Подергала запертую калитку.
— Здравствуйте. Витторио дома?
Он никогда не ставил машину перед особнячком. Всегда оставлял ее позади, на другой улице, и шел пешком по тропинке, отделявшей его дом от городского сада. Безо всякой особой причины — не из соображений безопасности, не по привычке тайного агента. Просто потому, что улица Вагнера всегда была забита под завязку, и если не ставить машину в гараж, удобнее припарковать ее тут. Когда он услышал голос, оставалось пройти больше половины тропинки, и от входа в собственный дом его отделяла густая живая изгородь.
— Здравствуйте. Витторио дома?
Синьора подняла руку, прикрывая глаза: редкие солнечные лучи слепили, отражаясь от яркой листвы. Странная, слишком долгая осень, и зима никак не решится прийти; выдались, правда, один-два холодных дня, почти как в январе. Но так оно и лучше, ради бога, пусть погода подольше постоит.
