Читаем без скачивания Западня - Джерри Эхерн

Рядом упала граната, Дэвид услышал, что Стил что-то крикнул и бросился на землю. Ударил взрыв, и на спину посыпались комья земли и трав.

– Жив? – бросил он в сторону поднимающегося на ноги Лютера.

– Как видишь, – прохрипел тот.

Они подбежали к невысокой каменной стене, опоясывающей главное здание гостиницы, и упали за ним, переводя дыхание. Основной бой разгорелся справа, там, где в стене был проход напротив главного входа в гостиницу.

Вдруг воздух наполнил усиливающийся гул приближающихся вертолетов.

– Вторая штурмовая волна! – воскликнул Лютер.

И вот с запада появились вертолеты – на этот раз более мощные, с навесным вооружением, – идущие в боевом порядке на бреющем полете. Когда первый из них завис над внутренним периметром гостиницы, вниз полетели тросы и по ним заскользили вооруженные фигуры в темно-синей форме, в полном десантном снаряжении.

– Морская пехота, – заметил Стил. – Что-то они припоздали.

К этому времени все вертолеты выровнялись и с них во двор так быстро спускались морские пехотинцы, что можно было подумать, будто они просто падают с неба на землю. Те, кто десантировался первыми, уже штурмовали гостиницу, расстреливая двери, забрасывая окна первого этажа гранатами и врываясь в них сразу после разрывов, поливая все вокруг очередями из М-16. Нечего сказать, воевать они умели.

Дэвид и Лютер преодолели стену и устремились к зданию. Вдруг его потряс мощный взрыв изнутри. Толстые стекла огромных окон, уцелевших до этого времени, разлетелись во все стороны, осыпая все вокруг острейшими осколками, такими же опасными, как и осколки гранат. Не добежав нескольких шагов до гостиницы, Холден вынужден был упасть на землю и искать защиту от опасного стекла под ненадежным укрытием из кустарника. Стил что-то прокричал, но слов его в грохоте было не разобрать.

Дождавшись сравнительного затишья, Дэвид поднялся на ноги. С его спины, головы, ног со звоном посыпались прозрачные осколки. Оттуда, где недавно были окна, вырывались жадные языки пламени.

Лютер стоял рядом. В свете занимающегося пожара Холден увидел, как у его товарища на ноге расплывается красное пятно.

– Ничего, – заметил тот его взгляд. – Просто царапнуло немного. Стекло…

Дэвид понял, что все, кто находился внутри здания в непосредственной близости от взрыва, погибли – и террористы, и заложники, и морские пехотинцы – все. Холден поднял голову и отступил назад. В крыше образовалась дыра, сквозь которую пробивались дым и огонь. Ночное небо окрасилось в золотисто-красный цвет.

Он облизал губы, почувствовав на языке привкус материи защитной маски. Она пахла потом и, как показалось ему, страхом. Дэвид потряс головой, отгоняя навязчивые мысли, сделал знак Стилу и стал пробираться вдоль стены гостиницы. Он чувствовал, какими частыми толчками бьется сердце. Будет ли второй взрыв?

Когда до служебного входа, к которому они подкрадывались, осталось всего несколько шагов, из него вдруг наружу высыпало десятка полтора человек в обычных и спортивных костюмах, некоторые – в шортах. Все они были вооружены винтовками и автоматами «Узи».

– Террористы! – закричал Лютер.

Некоторые из бандитов увидели их и стали стрелять на бегу. Холден и Стил открыли ответный огонь. Несколько противников упало, человек пять метнулось к деревьям у наружной стены, остальные развернулись и забежали внутрь.

Дэвид и Лютер переглянулись – живые? – бросились к двери и выпустили в проем несколько очередей, поразивших боевиков, укрывшихся внутри помещения у противоположной стены. В ответ раздался редкий беспорядочный огонь, свидетельствующий о том, что противник стремится унести ноги, а не ввязываться в бой.

Пока Стил перезаряжал винтовку, Холден сорвал с пояса гранату, выдернул чеку и бросил «шарик» внутрь сквозь клубы вырывающегося из дверного проема едкого дыма. Они упали по обе стороны двери и, когда рванул взрыв, вскочили и бросились в помещение, сжимая в руках оружие.

В неверном свете лижущих стены языков пламени были видны лежащие вповалку на полу тела, разбросанные тлеющие куски мебели, битая узорчатая плитка. Дэвид заметил на шеях некоторых трупов ножевые раны, другие были прострелены или пробиты осколками. Кожа некоторых из них успела приобрести мертвенную синеву, это свидетельствовало о том, что они – зверски убитые террористами заложники, другие, видимо, расстались с жизнью только сейчас.

Холден повел стволом автомата из стороны в сторону и открыл огонь по немногим уцелевшим бандитам. Стил присоединился к нему, посылая вслед убегающим короткие очереди. Вдвоем они расстреляли укрывшихся за перевернутым диваном боевиков, которые вовсю палили из «Узи», не имея возможности прицелиться.

Вскоре все было кончено. Друзья подсоединили полные магазины и внимательно осмотрелись по сторонам. Ни единой живой души…

– Куда нам теперь? – бросил Лютер. – Где, ты говорил, находится этот подвал?

Дэвид кивнул туда, где за завесой дыма можно было смутно различить начало коридора.

И они побежали к нему.

Глава третья

Чарли Ланг неуклюже держал в руках автомат. Для него это было так же непривычно, как, скажем, обращаться с метлой. Его тонкие пальцы – мать всегда называла их грациозными – были предназначены для работы пером, чтобы превращать написанное слово в произведение искусства. Он тащился в конце колонны из пяти главарей террористов, которые гнали перед собой перепуганных женщин – официанток в дурацкой форме, перепачканной так же, как и их лица; богатых курортниц, в основном в теннисных шортах и платьицах; совсем юных девушек-отдыхающих. Всего заложниц было восемнадцать человек. Их заставили нести папки с документами, коробки с бумагами, большие конверты с данными об операциях ФОСА в США, Канаде и Мексике.

Что случилось с Борзым, черт побери? И с его блокнотом? Говорил ведь он ему, чтобы тот не брал его с собой, а просто запомнил нужные имена. Но, несмотря на своеобразный ум, Борзой не мог похвастаться хорошей памятью и – Ланг знал это с самого начала – был чересчур самонадеянным. Что же с ним произошло? Почему острова оказались в блокаде?

– Быстрее! Бегом! – послышался спереди окрик Мули, человека, которого, по всей видимости, боялись остальные четыре командира. Чарли его тоже боялся, так как знал, что Мули недавно прибыл из Ливана; его усиленно разыскивал Интерпол во всех странах, так что ему пришлось даже сделать пластическую операцию. Однако ни один хирург не смог бы переделать его черную душу, порочность которой отражалась в его глазах.

Вот одна из девушек, бегущая впереди, – совсем подросток – споткнулась, упала и рассыпала по бетонному полу бумаги, которые несла. Мули со злостью двинул ее в спину прикладом и стал избивать ногами. Ей на помощь попыталась прийти мать, стараясь одновременно не уронить свою коробку с бумагами. Мули ударил несколько раз и ее, затем заставил обеих собрать документы и погнал их дальше.

Кроме оружия, Мули нес, как и остальные четверо главарей, двухгаллонную канистру с бензином.

В сыром тоннеле, который вел из кабинета Ланга в подвал, было холодно, но он старался не обращать внимание на холод. Это был их последний шанс на побег, если хаос наверху будет продолжаться и дальше. Еще до того, как они узнали о полной блокаде Седар Ридж с моря и с воздуха, для побега было приготовлено три катера, которые должны были доставить их к советскому судну, незадолго до этого привезшему на курорт Мули и остальных командиров. Теперь оно поджидало их на безопасном удалении от берега.

Подачу электричества на острова прекратили несколько часов назад. Сразу включились аварийные генераторы, которые были установлены на курорте на экстренный случай, чтобы не доставлять уважаемым гостям неудобств в случае аварии на электролинии, но их хватило ненадолго.

Тяжело дыша, Чарли вытер на бегу лоб когда-то чистым носовым платком. До конца тоннеля осталось совсем немного.

Они выскочили из тоннеля в огромный подвал, заставленный вешалками с дешевой одеждой, но нарочито американской по виду. Это было сделано специально, чтобы такие люди, как Мули, могли незаметно смешаться с уличной толпой и, не вызывая подозрений, добраться до своих конечных пунктов – в Мексике, США, Канаде. Сейчас эту одежду предстояло сжечь.

– Бросайте бумаги на пол! – крикнул женщинам Мули. – И сами ложитесь!

Неужели он задумал сжечь их вместе с одеждой и документами… Даже Ланг не мог поверить в это и кинулся к нему.

– Спокойно, старик, если хочешь уйти вместе с нами! – прорычал тот и вогнал откуда-то появившийся у него в руке нож в живот одной из официанток. На передник брызнула кровь, бедняжка пронзительно закричала и упала. Подвал наполнили горестные вопли всех женщин. Мули кинулся с ножом ко второй жертве, остальные четверо открыли огонь по заложницам.