поджав губы, рыжеволосая и с ужасной бородавкой слева над губой. – Опозорила императора и улыбается! Веселится!
– Сразу видно – санморинка! – презрительно подтвердила вторая, темноволосая и худощавая, в чёрной, словно траурной одежде.
– А по-вашему, я должна плакать? – хмыкнула я. – Будь я на вашем месте – так и поступила бы. А вот на своём… Молодая, привлекательная, в здравом уме и доброй памяти императрица. Мне продолжать?
Третья, тоже рыжеволосая, но кудрявая и с выпученными глазами, вся покраснела. Или, может, это её естественный цвет лица – по ней видно, что она любит пригубить. Темноволосая – чуть в обморок не упала, а вот первая, которая с бородавкой, вздёрнула подбородок повыше и… собиралась наверняка сказать что-то праведное, да я её опередила:
– Избавьте меня от своих высокопарных речей. Слушать не желаю. Оставьте меня в покое!
– Не положено, – поджав губы, сообщила первая. – Мы пришли, чтобы сопроводить вас на обед.
Надеюсь, там не будет сотни столовых приборов? Но зато, пока мы идём до столовой, у меня будет время высмотреть лягуха.
По пути я продолжала восторгаться лепниной и фресками на потолке, узорами на тканевых обоях, вазонами с необычной росписью и статуэтками на высоких тумбах. Я жадно впитывала каждую деталь, из-за чего шла медленнее, чем хотели бы мои провожатые.
Интересно, как быстро они меня “раскусят”? Каяться в том, что я – самозванка, ещё определенно рано. Нужно найти этого зелёного.
– Ваше величество, у вас болит спина от ночных… упражнений? – “мило” поинтересовалась темноволосая матрона.
Я бросила на неё недоумённый взгляд. Она о волнении? Быть может, если бы там стояли мои настоящие родственники, которых я давно не видела, я бы и испытывала волнение, но там меня ждут совершенно незнакомые люди. Более того – совершенно незнакомый мир. И ещё не известно – люди ли там вообще?
– Откуда такие выводы? – меланхолично уточнила я и получила прозаичную шпильку.
– Иначе зачем вы так горбитесь?
Ах, ну да, императрице подобает ходить ровной, как палка. Уж извините, не привыкла. Думаете, я выпрямилась? Ха! Специально сгорбилась сильнее, чтобы их позлить.
– Это всё плебейские корни дают о себе знать, так что наша императрица вовсе не виновата, Цеания, – елейным голосом протянула рыжая, которая с бородавкой.
Значит, чёрненькую зовут Цеания, видимо, потому что она цедит ядом.
– Ты права, Рима, – вздёрнула подбородок Миссис Яд, – нам стоит её пожалеть. Не правда ли, Бьяна?
Третья матрона, которая тоже рыжеволосая и вдобавок красная (всё-таки её естественный цвет лица, угадала!), пряча обратно в ридикюль небольшую плоскую фляжку, благородно кивнула. Пьяна она, а не Бьяна. Ну и фрейлины мне достались… или они тут в роли надсмотрщиков?
– А вы, собственно, кто? – неожиданно спросила я.
Женщины оскорбились. Нет, ну правда оскорбились! Они приняли мой вполне резонный вопрос за издёвку, поэтому сейчас, гордо расправив плечи, прошествовали вперёд. М-да, надо было как-то позавуалированнее вопрос задать. Проколюсь я, как есть – проколюсь! Хотя я и не надеялась долго играть комедию.
Спектакль будет окончен! Но чем позже – тем веселее.
Привели меня в небольшую столовую в светлых тонах. Посередине стоял большой круглый стол, уже накрытый на четыре персоны, у правой стены – рояль, а слева – зона для отдыха. Напротив входа был широкий балкон с витражным остеклением, откуда открывался чудесный вид на фруктовый сад, отчего вся комната была пропитана сладкими ароматами.
М-м, аппетит разыгрался ещё больше! Но где же Лягух?
К слову, боялась я совершенно зря! Тут была не сотня, а всего лишь десять столовых приборов.
Надеюсь, понятно, что я иронизирую. Ибо от этих десяти приборов у меня разбежались глаза, и я пожалела, что не загуглила обучение этикету еще дома. Хотя кто знает, какой здесь этикет? И как можно было к такому подготовиться?
Но порадовалась, что хотя бы знала, как использовать чашу с лимонной водой. Ополоснув руки и промокнув их полотенцем, я следила, как лакей снимает крышку с блюда. И признаться, пока он снимал, я молилась, чтобы кухня тут была адекватной. Никаких живых осьминогов и обезьяньих мозгов!
Облегчённо выдохнула. Светло-оранжевый крем-суп выглядел весьма обычно. Проследила, какую ложку берут остальные – взяла такую же и с некоторым опасением попробовала. Вкусно! И не важно, из чего это приготовлено.
– Ваше величество! Вы решили окончательно убить нас своими манерами? – спросила Цеания, хватаясь за сердце. – Почему вы держите ложку в правой руке?
А надо в левой? Ради интереса переложила прибор и… едва не расплескала суп, пока донесла до рта. Переложила в правую и улыбнулась моим тюремщицам.
– А так вкуснее!
Скосила взгляд на Бьяну. Судя по тому, что она наливала алкоголь из фляжки в сок, она-то точно знала, как “вкуснее”. Тоже, что ли, попросить плеснуть? Хотя нет, точно нет. Мне нужно оставаться в трезвом уме и твёрдой памяти.
– Вы сегодня ведете себя необычно, – произнесла Рима и даже её бородавка, казалось, посмотрела на меня настороженно. – Может вы…
Попаданка? Она так быстро меня раскусила? Я даже рот приоткрыла в ожидании её дальнейших слов. Но Риме удалось меня удивить:
– …беременны?
– Уголь тебе на язык, Рима, – шикнула на неё Цеания и посмотрела на меня, прищурившись: – А мне ведь не кажется, императрица прибавила в весе. Стала крупнее, грудь больше…
Ой-ей! Я ведь вполне могу отличаться габаритами от своей предшественницы, даже если на лицо мы с ней идентичны.
– А я думала, это она с похмелья, – внесла свою лепту Бьяна. – Вчера четыре бутылки с маркизом опустошили – именно столько выносили из покоев служанки.
– Да-да, это всё опухоль, – кивнула я. – Никакой беременности! Уверяю вас.
– Дайте боги ей мозги не забеременеть не от императора, – помолилась Цеания, устремив глаза к потолку.
Я тоже посмотрела на потолок. Красивая там была люстра: круглая, с такими странными лампочками… будто магическими светлячками размером с детский кулачок.
А потом вновь опустила глаза к супу и продолжила его есть. Разумеется, под неутихающие комментарии кумушек. Второе еле проглотила под их взглядами, хотя оно было весьма неплохо – мясо с овощами. К моменту, когда мне всё это надоело, я встала и отправилась на балкон. Может там прискачет лягушонок?
– Куда вы, ваше величество? А десерт?
Я лишь отмахнулась и вышла в сад – благо тут через балкон было недалеко. Устремилась по гравийным дорожкам, разглядывая диковинные плоды. Красиво тут! И пахнет сладко.
– Прекрасная мьена, – раздалось справа, – разрешите поцеловать ваши сладкие губки?
Лягушонок? Попыталась найти источник звука, но не смогла, зато откуда-то снизу вновь повторили:
– Да тут я, тут. Целуй скорее!
Опустила взгляд и
