Он был таким же высоким, как Лэндер, но телосложением больше напоминал подтянутого, мускулистого Меррика. Под тканью смокинга угадывались очертания крепких упругих мышц. Почему она не заметила этого раньше? Он был в смокинге. Майри сомневалась, что мужчины в такой одежде нападают на заблудившихся женщин. Впервые с тех пор, как её начали преследовать, она немного успокоилась. Но ненадолго.
Что-то быстро обсудив между собой, трое мужчин самодовольно заулыбались и подошли ближе, но ее защитник даже не пошевелился. Он просто стоял и ждал.
– Вы не собираетесь ничего предпринимать? – взволнованно спросила она, подергав его за рукав. – Может, нам лучше убежать?
– Делайте так, как я сказал, и вам не причинят вреда. Держитесь у меня за спиной и не вмешивайтесь.
Он бросил на нее предупреждающий взгляд.
– Не убегайте.
В этот момент в руках у каждого из трех нападавших сверкнуло лезвие. Майри испуганно вскрикнула, но ее защитник никак не отреагировал на это предупреждение. Борьба продолжалась не более десяти секунд. Резкий рубящий удар, пинок, удар кулаком – и все трое нападавших бесформенной грудой распростерлись на тротуаре. Их оружие со звоном разлетелось по сторонам.
Повернувшись, мужчина в смокинге галантно предложил ей руку.
– Откуда вы?
Он вывел ее с темной аллеи на освещенную улицу. Когда он понял, что она была босой, то замедлил шаг, чтобы она не поранилась.
– В каком отеле остановились?
Майри сглотнула и попыталась собраться с мыслями. Теперь, когда самое страшное осталось позади, ее дыхание постепенно восстанавливалось.
– В «Карлтоне», – ответила она, назвав единственный пятизвездочный отель на острове.
Мужчина почтительно склонил голову. Этот жест она видела много раз прежде на королевских торжествах и светских мероприятиях. От этой головы она долго не могла отвести взгляд.
– Я тоже.
В этот момент до нее наконец дошло, почему его голос и манеры показались ей знакомыми.
– Мне знаком этот акцент. Вы из Вердонии!
Они вышли на освещенное место, и ей наконец удалось как следует его разглядеть.
– Брандт, – изумленно произнесла Майри.
От осознания того, что благодаря этому человеку ей удалось избежать катастрофы, у нее закружилась голова. Она всегда считала Брандта рыцарем в сверкающих доспехах, и его сегодняшний поступок стал тому лучшим подтверждением.
– Брандт! Ты меня не узнаешь? Это я, Майри Монтгомери.
Брандт пристально уставился на нее.
– Майри?
– Спасибо тебе.
Она поднялась на цыпочки и расцеловала его в обе щеки, а затем нежно коснулась суровых губ. Майри не была такой искушенной, как его последняя любовница, но знала, что делала. Отстранившись, она широко улыбнулась.
– Огромное тебе спасибо за то, что спас меня.
Он обнял девушку за тонкую талию. На ней ничего не было, кроме короткого шелкового платья. Черт побери, она практически была обнажена. О чем она только думала, разгуливая ночью в таком виде? Кто отпустил, эту милую девушку бродить ночью одну по самым опасным кварталам Мацоне? Вместо того чтобы улыбнуться в ответ, Брандт нахмурился.
– Что ты здесь делаешь, Майри?
– У меня каникулы.
Она взяла его под руку, как бы нечаянно коснувшись грудью его предплечья.
– А ты почему здесь?
Брандт старался не реагировать на неё как на женщину. Это было бы неправильно. Майри практически член семьи, не говоря уже о ее юном возрасте.
– Но что ты делала в этой части города? Тебя могли ограбить… или сделать с тобой что-то более ужасное.
Гнев в его душе соперничал с беспокойством.
– Я заблудилась.
– Где твоя семья? Твои братья? Кто за тобой присматривает?
Вскинув подбородок, Майри посмотрела на него своими удивительными зелеными глазами, в которых отражались все ее чувства. Замешательство. Возмущение. Гнев.
– Я сама по себе, – спокойно ответила она. – Мы так давно не виделись, что ты, наверное, забыл, что я младше тебя всего на семь лет, Брандт. Через несколько месяцев мне исполнится двадцать пять.
Неужели они столько лет не виделись? Окинув взглядом фигуру Майри, Брандт обнаружил, что прежняя угловатая девчонка превратилась в зрелую женщину. Это только распалило его гнев.
– В таком случае ты должна понимать, что тебе не следует бродить ночью одной по городу.
– Я достаточно взрослая и могу сама о себе позаботиться.
– Ты делала это, когда убегала от тех парней? Заботилась о себе?
Освободив руку, Майри присела в реверансе и с сарказмом произнесла:
– Вы всегда умели наводить страх, Ваше высочество.
Она улыбнулась.
– Брандт, перестань вести себя как мои братья.
Брандт поднял бровь. Если он и наводил на нее страх, то она не подавала виду: Он подошел к ней вплотную.
– Что бы ты стала делать, если бы эти трое тебя поймали?
Босая Майри едва доходила ему до плеча. Она запрокинула голову, и водопад шелковистых черных волос заструился по ее спине.
– Я бы выцарапала им глаза. Пиналась бы, звала на помощь.
Она пожала плечами.
– Меррик научил меня приемам самозащиты.
– Да, со мной они сработали просто, замечательно.
Он схватил ее за запястья и заставил посмотреть себе в глаза.
– А у меня ведь даже не было ножа.
При воспоминании о сверкающих лезвиях в руках преследователей Майри передернуло. У нее не было бы никаких шансов, будь они даже безоружны. Впервые за время их встречи она выглядела напуганной.
– Отпусти меня, Брандт.
– Заставь меня. Докажи, что можешь защититься хотя бы от одного человека.
Вместо того чтобы дать ему отпор, Майри подошла к нему, вплотную и прижалась щекой к широкой груди.
– Ты прав, я не смогла бы, – устало произнесла она. – Позволь мне еще раз тебя поблагодарить. Я знаю, что, если бы тебя там не было, все закончилось бы по-другому.
Ее тихий голос поразил его в самое сердце. Отпустив запястья молодой женщины, он запустил пальцы в густые волосы Майри и посмотрел ей в глаза.
– Я бы не допустил, чтобы с тобой что-то случилось. Я бы никогда себе этого не простил.
Его губы вытянулись в тонкую линию.
Майри по-прежнему стояла, прижавшись к нему.
– Ты знаешь, что в детстве я была в тебя влюблена? – спросила она и тут же пожалела о своем вопросе. Проклятая импульсивность! – Это было безумие, правда?
Первый раз за весь вечер Брандт расслабился и улыбнулся.
– А сейчас?
Не в силах устоять перед искушением, он провел пальцем по изгибу ее шеи. Гладкая кремовая кожа оказалась мягкой и нежной на ощупь.
– Ты всегда была безрассудным ребенком, и я не уверен, что с тех пор многое изменилось.
– Возможно, – согласилась Майри, небрежно пожав плечами. – Впрочем, одно изменилось точно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
