Он махнул рукой, приглашая Мину пойти вперед.
Она не сдвинулась с меня. И рассмеялась.
— Я же не… не попаду через этот порог в ад? — спросила она на всякий случай.
Он склонил голову, внимательно её изучая.
— Ты уже второй раз говоришь мне об аде. — Он на мгновение замолчал. — По какой-то конкретной причине?
Мина сглотнула.
— Нет. Извини. — Она расправила плечи, и вошла в дверь. Мир мгновенно потемнел. Больше не было никаких модных ковров. Никаких сверкающих люстр и прекрасных произведений искусств. Она оказалась в грубо обработанном каменном туннеле. Старом, очень старом… даже сам воздух там казался затхлым. Дверь за ней захлопнулась, и Мина подпрыгнула.
— Надеюсь, я тебя не напугал, — пробормотал Люк.
«Ты напугал. Ты очень сильно меня напугал. Я просто не могу позволить этому ужасу остановить меня».
— Не глупи, — сказала она, перебросив волосы через плечо — Мина подумала, что это очень мило. — Что в тебе страшного? — Всё.
Он проскользнул мимо нее в узком туннеле. На каменном полу мерцал свет — очень тусклый свет, казалось, исходивший из самих камней. И этот свет не мешал мраку клубиться вокруг. Слишком насыщенный, слишком плотный и…
Люк удалялся от нее. Никогда не говорите, что Люк Торн джентльмен. Она просверлила сердитым взглядом его спину и, цокая каблучками, в два раза быстрее припустила за ним, стараясь не отставать.
Вскоре туннель закончился. Впереди их ждала другая дверь с кодовым замком. Только она оказалась толще предыдущей. Мина снова нервно рассмеялась, пока он набирал код.
— А каких именно преступников держали здесь? — И почему в старой тюрьме установлен современный кодовый замок?
Потому что он очевидно всё ещё использует это место.
Она искала сейф, в котором запрятаны его самые ценные сокровища. Использовала силу, принуждая Люка раскрыть ей свои секреты. Поэтому он привел её сюда, возможно, он использовал старую тюрьму как сокровищницу. От волнения её сердце забилось быстрее.
Дверь распахнулась, и Люк обернулся к Мине. Скользнул по ней взглядом полуприкрытых глаз.
— Очень, очень плохих преступников. — Его голос охрип сильнее. — Тех, которых нужно было изолировать от всего остального мира.
По её коже прокатились огромные мурашки. Инстинкт кричал Мине бежать. Она чувствовала себя героиней ужастиков, которых так много смотрела подростком. И собиралась совершить очень глупый поступок. Она должна бежать. Беги, беги, но…
«Я не могу сбежать. Мне очень нужно это сокровище».
На карту поставлена не только её жизнь.
Поэтому она, широко улыбнувшись, подошла к нему. Прижалась грудью к его груди, скользнула пальчиками по его руке.
— Что ты знаешь о том, как быть плохим? — Она добавила в голос нотку флирта. Лишь намек на обольщение, шепча в его голове, контролируя сознание.
Он наклонился к ней, и она ощутила насколько напряжено его тело.
— Всё, — прошептал он мрачным и зловещим голосом.
И она поверила ему.
Её сердце на мгновение заколотилось в груди, но она приподнялась на цыпочки. И оставила дразнящий поцелуй на его губах.
— Тогда, возможно, ты покажешь мне, насколько плохим был.
Его глаза — казалось, они изменились. Засияли. Его взгляд ожесточился от обещания.
— Я покажу.
Она быстро и нервно облизнулась, скользнув языком по губам, и Люк тихо зарычал.
Ей стало не по себе.
Она должна продержаться ещё немного. Он загораживал дверь. Ей нужно, чтобы он отошел в сторону.
— Отведи меня внутрь, — прошептала она.
Он склонил голову.
— Только если ты пообещаешь мне тоже самое.
Он не просто так сказал это, и у нее едва от изумления не отвисла челюсть, но он… лишь рассмеялся. Хриплым, почти зловещий смехом, и вошел в дверь. Сомкнув пальцы на ее запястье, потянул Мину за собой. Она распахнула глаза, стараясь хоть что-то разглядеть в темной комнате. Только… это оказалась не просто комната.
Огромное подземелье. Большое, обширное, но вот только там не оказалось сокровищ, на которые она так надеялась. Дерьмо.
В этом подземелье находились камеры. Тюремные камеры. С толстыми, тяжелыми, блестящими, словно сделанными из серебра прутьями. Она осмотрела их безумным взглядом, но к счастью, в там никого не было.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Они оказались пусты, как будто ждали постояльцев.
И вдруг у нее возникла идея. Очень, очень нехорошая для мужчины идея.
— Твоя очередь, — прорычал Люк.
Её очередь? Она оглянулась через плечо, его лицо исказилось от страсти, стало ясно, чего именно он хотел.
«Только если ты пообещаешь тоже самое сделать для меня».
Его слова снова всплыли в её голове.
Хитрый дьявол. Но у Мины были свои уловки. Расправив плечи, она вошла в ближайшую камеру, дверь которой оказалась широко открыта. В камере не было даже мебели, абсолютно пустой каменный зев, и находиться в нем оказалось страшнее, чем весь ад вместе взятый, и тем не менее Мина прошла на середину этого каменного мешка. Обернулась к Люку. Улыбнулась и поманила его согнутым пальцем.
Он приподнял темную бровь.
— Ой, да брось… в тебе же есть… темная сторона, — промурлыкала она.
Люк даже не улыбнулся.
— Ты себе даже не представляешь.
Ох, она представляла. Но он даже не сдвинулся с места. Ей нужно было, чтобы он затащил свою задницу внутрь.
— Поцелуй меня, — позвала Мина. Нет, приглашение не сработает. — Подойди и поцелуй меня, — приказала она ему.
Медленно, с опасной грацией, он направился к ней. Люк не сводил с нее взгляда, полного обжигающего голода и дикой страсти, Мина испугалась бы этого, если бы не думала, что всё ещё может его контролировать. Она могла всё держать под контролем. Во всяком случае, недолго.
Люк зарылся пальцами в её волосы, запрокинув её голову. Другой рукой обнял за талию и прижал к себе.
А затем Люк её поцеловал.
Почти поглотил её.
За все двадцать восемь лет жизни Мину никогда ещё так не целовали. Со страстью, от которой плавилось всё тело. С почти болезненной потребностью. Он не был осторожен и нежен. Люк оказался грубым и властным и пользовался своим языком просто потрясающе.
Она вцепилась пальцами в его плечи. План состоял в том, чтобы отвлечь его, но… конечно, поцеловаться ещё немного никому не навредит.
Просто чуть… подольше…
Он знал, как целоваться. Как использовать язык. Как лизать. Как заставить её тело воспламениться. Он притянул её к себе ближе, и она едва осознавала, как он потянулся к подолу её блузки. Она просто потерялась в этом поцелуе. Наслаждалась им, отпустив себя, чего не должна была делать.
Затем легкий ветерок коснулся её кожи. Люк задрал её блузку. Его пальцы — горячие, со слегка шероховатыми подушечками — оказались на её обнаженной коже, и ей это понравилось. Она хотела, чтобы он скользнул пальцами ещё выше. Хотела ощутить их на своей груди, хотела, чтобы он прикоснулся к её полностью обнаженному телу, и…
Обнаженному.
Она толкнула его в грудь. Посмотрела в его глаза. И в этом сверкающем взгляде увидела отражение собственного дикого желания. И Мина задумалась, каким же силами в действительности обладал Люк. Потому от него она безусловно теряла рассудок.
И все из-за одного поцелуя.
Она должна была его остановить. Нет, она сама должна остановиться.
— Раздевайся, — приказала она, и на этот раз в её голосе было не только обольщение и сила. Там слышалось отчаяние, потому что она теряла себя. Очень быстро. — Разденься для меня, Люк.
Он улыбнулся. О, эта улыбка была проблемой. Он медленно и соблазнительно ухмыльнулся. Затем произнес:
— Только если ты пообещаешь сделать тоже самое для меня.
Снова те же слова, что он говорил ей раньше. Она ничего не ответила, главным образом, потому что не доверяла себе, сомневалась, что сможет сейчас солгать. Она с трудом кивнула.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он отошел, закружил вокруг нее, сделав то, что она хотела.
Сейчас она находилась между ним и дверью камеры. Так близко…
