— И сумка для спортзала у тебя в машине болтается, так что эта отговорка тоже не прокатит. — Подытожила она и, развернувшись на каблуках, бросила через плечо — Жду на первом этаже через пятнадцать минут.
Я посмотрела на документы, лежащие передо мной, внутренне соглашаясь со всеми приведенными Ольгой доводами, и с тяжким вздохом пошла собираться. Все равно не смогу вечно оттягивать этот момент. Как ни крути, увидят они рисунок. Лучше сразу отмучаюсь. И как обычно, стоило принять решение, сразу стало легче. Весело напевая мотив одной из любимых мелодий, закрыла кабинет и пошла вызывать лифт, на ходу натягивая пальто.
В раздевалке спортзала было людно, как и всегда. Самое популярное время для посещения спортзала — сразу после работы. Мы с девчонками оккупировали одну из скамеек и, пока переодевались, весело болтали обо всем. Мысленно подбодрив себя и внутренне еще раз повторив заготовленную речь про то, что я давно вот хотела сделать и наконец-то сделала и тому подобную чушь в духе 'мы строили, строили, и, наконец, построили', стянула свитер. Даже дыхание задержала от волнения. Но ничего не происходило — девчонки продолжали обсуждать Ленкиного нового коллегу, строя гипотезы, сколько ему лет и женат ли. Мне даже как-то досадно стало: я тут готовила речь, а они — курицы невнимательные…
— Насть, — позвала я подругу — посмотри, пожалуйста, у меня тут под лямкой справа чешется очень, может попало что?
— Неа, Саньк, все нормально у тебя там. Ничего не попало.
— Ты хоть посмотрела?? — рявкнула я, оборачиваясь.
— Конечно она посмотрела, Саш. Что ты на ровном месте психуешь? — Ольга удивленно смотрела на меня, уже натянув спортивную форму и забирая волосы в хвост. — Вот я потому и считаю, что нельзя тебе столько работать — уже ненормально на все реагируешь. Вообще мужчину тебе надо. В смысле нам всем надо, но тебе по ходу особенно. Нервы уже ни к черту стали.
А я стою и не знаю, что сказать. И зеркало как раз за спиной. И в нем отчетливо виден дракон на правой лопатке. Но если девчонки ничего не говорят, это может означать только одно — они его не видят. Они новый оттенок лака способны разглядеть на первой минуте разговора, а тут вполне немаленькая татуировка. Все так же погрузившись в свои мысли, переоделась и пошла за всеми в зал. Вопросов было море, а ответов ни одного. Ни одного разумного или хоть сколь-нибудь логичного.
Дома в почтовом ящике дожидалось письмо от Жени. Радуясь, что можно наконец отвлечься от этой идиотской нерешаемой шарады, заварила себе чаю и вскрыла конверт.
«22 октября 2013,
Привет, Сашка!
Извини, что давно не писала, что-то дел навалилась — гора! Каждый день собираюсь написать, но каждый раз находится куча срочностей, которые все мешают и мешают… Хотя чего я рассказываю — сама такая же.
По поводу одежды — полностью согласна. Я тут как раз столкнулась с проблемой, что ходить зимой мне решительно не в чем. У меня есть старый пуховик и все. Выглядит он, мягко говоря, не очень. А что носить вместо него — ума не приложу. На шубу денег само собой нет, на дубленку тоже наверное сейчас не наберу. Так что скорее всего будет просто новый пуховик. Ну да ничего — постоянство наше все.
С татуировкой идея классная, я вот тоже кажется с местом определилась — все-таки за ухом. И даже рисунок придумала, помнишь, я говорила, что хочу или перо или надпись. Пусть будет перо. Изящнее что ли.
Мне снова пора работать. Иначе и на пуховик денег не хватит. Не сердись за короткое письмо, лучше напиши мне побыстрее.
Евгения.
p. s. странная нынче осень выдалась — не находишь?»
* * *
Любое приключение должно с чего-либо начаться… банально, но даже здесь это правда…
Чеширский кот.
Ноябрь как обычно радовал москвичей серым небом, грязью на дорогах и перманентным холодным дождем, который временами сменялся мокрым снегом. Не люблю я этот месяц — унылый и противный, и осень уже не «очей очарованье», и снег еще не выпал и не спрятал всю серость под белым одеялом. Всегда складывается впечатление, что осень в свой последний месяц царствования обижается на всех нас, не успевших в суете городской жизни по достоинству оценить ее пестрые наряды, которыми она богато украшала парки весь сентябрь и октябрь. Поэтому в ноябре она берет пылесос и высасывает из природы все краски. Остаются только все вариации серого и черного. Даже небо уже редко радует синевой, чаще всего оно заволочено тучами или само похоже на одну большую мутную кляксу.
— А терпеть эту гадостную погоду еще целый месяц, — пробурчала я себе под нос, оттирая грязь с ботинок. Вот вроде стараюсь аккуратно идти, а все равно пока доехала на метро до центра, уже измазалась как поросенок. Благо Женька опаздывает, и я могу хоть немного привести себя в порядок. В этот раз выбор места встречи неожиданно пал на Старый Арбат, место, где москвичи гуляют довольно редко, но Женя где-то вычитала, что в одном из маленьких прилегающих переулочков проходит выставка каллиграфии, и быстро убедила меня, что нам просто необходимо туда попасть, не зря же мы столько бумаги изводим. Хоть посмотрим, как это делать красиво.
Я задумчиво отстукивала каблуком ритм барабанов, звучащий в наушниках, когда запыхавшаяся подруга хлопнула меня по плечу, отвлекая от музыки и бесцельного разглядывания прохожих. Весело поздоровавшись и оглядев друг друга, посмеялись, что мы являемся прекрасными образчиками современных москвичей, проповедующих безликость, а проще говоря, обе были одеты в черные пуховики и вязаные шарфы и шапки, джинсы и довольно грубые ботинки.
— Да, Александра, ну откуда тут взяться романтике? Какие принцы должны на это позариться? — Женька хихикнула, оттягивая мой коричневый шарф. — Разве что он будет слеп… Ну или дальтоник какой-нибудь.
— Ну вот кто бы говорил! — сквозь смех возмутилась я, — Мисс серая шапочка, прямой потомок красной шапки, но с поправкой на современные реалии.
— Ты ничего не понимаешь, Сашка, — Женька уверенно тянула меня сквозь шумную толпу гуляющих в известном только ей направлении, — Это можно сказать эволюция. Красная шапочка по лесу гуляла, а у нас кругом серый бетон и кирпич.
— Конечно, конечно, каменные джунгли зовут, — так, подтрунивая друг над другом, мы прошли до середины Арбата, где Женька затормозила и сверилась с картой в мобильнике.
— Слушай, если я ничего не путаю, нам тут налево, а потом второй поворот направо. Там не то тупичок, не то перерыто все, я так и не поняла из описания, — просвещала меня подруга, утаскивая с людной пешеходной улицы, на которой можно было при желании закупиться всем, чего душа пожелает, — начиная от еды всех видов, сувениров типа матрешек и балалаек, прикупить косметики и одежды, и до кучи нарисовать свой портрет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
