осторожностью водрузил на стол большие, крепкие руки.
– Вас просто все боятся, поэтому и молчат, – прыснула Кира.
– Возможно, – лукаво улыбнулся мужчина. – Кстати, меня зовут Егор, а вас?
– Кира, – представилась Кира и искоса посмотрела, нет ли у него на пальце обручального кольца. Кольца не было, хотя это совершенно ничего не означало.
– А вы самокритичны, – улыбнулся Егор, – с вашей-то фигурой представляться в Интернете «очаровательной пампушечкой». Или то, что я вижу, результат долгой и изматывающей борьбы с собственным аппетитом?
– Ну, Аллочка, поэтесса хренова, – в сердцах подумала Кира, а вслух сказала: Мне просто хотелось узнать, есть ли на свете мужчины, для которых главное не обложка, а внутреннее содержание.
– Я был единственным, кто оправдал ваши надежды? – лукаво осведомился Егор.
– Увы, – Кира шутливо развела руками.
– Ваш кофе, – все та же рыжая официантка принесла маленькую чашечку, наполненную обильной шапкой взбитой пены. – Будете что-нибудь заказывать? – она вопросительно посмотрела на Егора.
– Да, конечно, – спохватился он. – Кира, вы что будете?
Кира, обычно евшая на ужин легкий салатик и не успевшая сегодня пообедать из-за очередного аврала на работе, впервые в жизни решила наплевать на установленные правила.
– Я буду отбивную, – она сглотнула слюну и быстро (пока удалось придушить просыпающуюся совесть), добавила: С картошкой-фри.
– Значит, нам две отбивных с картошкой, – подвел итог Егор, – И салатики, и еще кофе.
– Пирожные будете? – деловито осведомилась строчившая в блокнотике официантка.
– Будем, и воду какую-нибудь захватите.
– Вы не думайте, что я вас раскручиваю, – испуганно проговорила Кира. – Просто я действительно голодна.
– Я и не думал, – досадливо перебил ее Егор. – В кафе ходят для того, чтобы есть, а не по какой-то иной причине. Вам так не кажется?
– Не знаю, – рассеянно произнесла Кира. – Вы ломаете мои веками устоявшиеся стереотипы.
– И сколько же их натикало, этих веков? – рассмеялся Егор.
– Много, – нахмурилась Кира. – И давайте не будем об этом. Лучше поговорим о чем-нибудь другом. Вы, например, чем занимаетесь?
– Я? – Егор пожал плечами. – Я вообще-то охранник в одной частной фирме.
– Стоите на дверях и просите на чай? – съязвила Кира.
– Почти, – усмехнулся Егор.
– Что ж, ваш внешний вид говорит сам за себя, – задумчиво произнесла Кира.
«Милый» разговор был прерван официанткой, которая каждое свое появление преподносила как Триумфальное шествие. Когда еда, наконец, оказалась на столе и официантка, виляя тощим задом, удалилась, Кира тут же принялась за еду, искоса поглядывая на своего спутника. Тот ел быстро, не пользуясь ножом, запивая еду минеральной водой. Кира невольно позавидовала ему. Она никогда в жизни не ела вот так – с аппетитом, без всякого стеснения и жеманства. В ее семье следовало демонстрировать полное отсутствие аппетита и с выражением легкого презрения к пище лениво отпиливать ножом микроскопические кусочки, долго пережевывать, а потом еще дольше взахлеб говорить о чем-нибудь, оставляя еду остывать, после чего есть ее совсем не хотелось.
– А семья у вас есть? – с невинным видом поинтересовалась Кира. – Или вы одинокий волк?
– Смотря что вы имеете в виду, – абсолютно спокойно отреагировал Егор. – Если речь о жене и детях, их нет. А семья, конечно, есть – я ведь появился на свет с чьей-то помощью. У меня есть бабушка, только она живет в деревне.
– И какая она, ваша бабушка? – поинтересовалась Кира.
– Обыкновенная. Как и все бабушки, – пожал плечами Егор. – Ей скоро будет восемьдесят, а у нее еще есть хозяйство, и она ни за что не хочет переезжать в город. Она любит меня до беспамятства и всегда печет к моему приезду пироги. А разве Ваша бабушка не такая?
– Нет, – хмыкнула Кира, представив Матильду Генриховну в переднике, обсыпанном мукой, раскатывающую тесто. – У меня вообще все другое, понимаете?
– Вы намекаете, что мы совершенно разные люди? – спросил Егор.
– Я ни на что не намекаю, – устало пожала плечами Кира. – Но у меня все действительно по-другому, не так, как у вас. Все гораздо сложнее, что ли. Она потянулась за салфеткой и вздрогнула от громкого писка мобильного в своем кармане.
– Вот черт! – она полезла за телефоном, проклиная любопытную Аллочку, которой, очевидно, не терпелось осведомиться о внешнем виде кавалера и выяснить все нюансы свидания. Но номер на дисплее был незнаком, как, впрочем, и грубоватый мужской голос, раздавшийся в трубке. Егор, с интересом наблюдавший за Кирой, удивленно смотрел, как она бледнела все больше и больше, и ничего не говорила, а только судорожно кивала, как будто собеседник мог ее видеть. Когда Кира закончила разговор и положила телефон на стол, Егор подумал, не придется ли вызывать Скорую.
– Что-то случилось? – спросил он и тут же укорил себя за откровенно глупый вопрос, но Кира неуместности вопроса не заметила, похоже, она вообще ничего не замечала, настолько отрешенным и испуганным одновременно было ее лицо.
– Что случилось, Кира? – настойчиво повторил Егор. Кира недоуменно смотрела на него, силясь понять, кто он такой и что она делает здесь, с ним, и что она должна ему отвечать.
– Кира! – Егор перегнулся через стол и потряс ее за плечо. – Что-то с вашими близкими?
– Нет! – Кира выговорила это слово и сама удивилась: оказывается, она еще умеет разговаривать. – Звонили из полиции. Они сказали, что моя квартира… – Кира судорожно сглотнула. – … что она… сгорела, там взорвался газ.
– Вы что, оставили чайник на плите, или плита была не в порядке?
– Да нет, – пожала плечами Кира, – в том-то и дело, что я все проверила перед уходом, а плита у меня новая… была, я ее совсем недавно купила, и устанавливали ее специалисты.
– Странно, – протянул Егор. – Я так понимаю, сейчас вам не до разговоров?
– Да, – Кира встала из-за стола, – Мне нужно ехать, только как я туда зайду? Она вдруг осознала, что произошло, и испугалась. – Как я пойду туда? Что теперь со мной будет, там ведь все мои вещи, и деньги, и документы! Это же моя квартира!
– Успокойтесь, пожалуйста, – Егор тоже встал и, вытащив из бумажника несколько купюр, придавил их пепельницей. – Давайте, я вас отвезу, а то в таком состоянии вы еще попадете в аварию.
– Спасибо, – кивнула Кира. – Меня действительно как-то не по себе.
– Ну, не по себе – это еще мягко сказано, – улыбнулся Егор.
В машине по дороге к дому Кира сидела молча, отрешенно глядя в окно на проплывающий ночной город. Егор пару раз пытался заговорить с ней, но она, видимо, не слышала, погруженная в свои невеселые мысли. Подъехав к дому, Егор увидел скопление пожарных и полицейских машин, полыхавших красно-синими огнями. Кира, как неживая, неловко выбралась из машины и медленно побрела в сторону
