Читаем без скачивания Заговор Людвига - Оливер Пётч

Записи Теодора Марота,

ассистента доктора Макса Шляйса фон Лёвенфельда

Стивен потер глаза. Прежде книга или шкатулка еще ни разу не попадались ему на глаза. Или… Было странное чувство, что он видит эти предметы не впервые. Тем не менее букинист при всем желании не мог вспомнить, как этот ящичек попал к нему. Во всяком случае, среди имущества старой дамы из Богенхаузена его не было. На такую приметную вещицу Стивен наверняка обратил бы внимание. И все, что он приобрел за последнее время на блошиных рынках, было скрупулезно описано и занесено в архив. Так как же эта шкатулка оказалась в лавке?

Стивен вновь взялся за фотографии. Он вдруг понял, что где-то уже видел этого пожилого исполина. Не такого тучного – но глаза, борода и густые черные волосы были те же. Облик поистине величественный и внушительный.

Стивена поразила неожиданная догадка.

Возможно ли это?

Букинист задумчиво коснулся одной из фотографий. Потом со шкатулкой в руках прошел в хранилище. Там стояли стопки книг, уже внесенных в список, которые следовало расставить по переполненным полкам. Стивен принялся лихорадочно копаться в ящиках в поисках дешевой книжки, которую обнаружил несколько дней назад на блошином рынке недалеко от Олимпийского парка. Наконец в третьем по счету ящике он нашел что искал.

Потрепанная книга представляла собой исследование баварской королевской династии, изданное в начале XX века. На приведенных иллюстрациях в величественных позах были представлены все Виттельсбахи, начиная Максимилианом I и заканчивая Людвигом III, последним королем Баварии, неуклюжим дураком, вынужденным в конце Первой мировой войны отречься от престола. Стивен торопливо перелистывал страницы, пока не отыскал нужное изображение. Вот он! Со страницы на него смотрел красивый молодой мужчина с черными волосами. Пока без бороды, но прическа была та же. Как и отсутствующий взгляд, которым он взирал на мир вплоть до своей загадочной смерти. На нем был синий камзол, с плеч ниспадал подбитый горностаем плащ.

Стивен улыбнулся. Несомненно, тучный незнакомец на фотографиях есть не кто иной, как король Людвиг II, прозванный также «сказочным королем». Это был, наверное, один из самых известных немцев. Даже в Китае или Серенгети на кружках или футболках красовалось его молодое лицо.

Стивен еще раз сравнил фотографию с портретом в книге. Судя по внешности монарха, снимок был сделан в поздние годы. Но ошибки быть не могло – в шкатулке действительно лежали фотографии баварского короля. Возможно, сделанные незадолго до его смерти! Может, даже неопубликованные?.. Стивен знал, что в определенных кругах мог получить за них внушительную сумму. Проблема аренды казалась теперь сущим пустяком.

В этот миг снова звякнул дверной колокольчик.

Стивен раздраженно убрал книгу и фотографии в шкатулку, потом задвинул ее на полку и направился обратно в лавку. Когда же его наконец оставят в покое? Уже семь часов. Какого черта им понадобилось перед самым закрытием? Или это опять фрау Шультхайс с новым предложением?

– Вообще-то мы уже закрываемся, – начал он с некоторым недовольством. – Вот если вы заглянете…

Взглянув на посетителя лет шестидесяти, Стивен понял, что человек этот забрел сюда не случайно. Он был в старомодном пенсне, высок и худощав, с высоким лбом и сединой в редких волосах. Костюм на нем был из тех, какие предпочитали носить состоятельные пожилые люди с Тегернзее[6]. Во всем его облике чувствовался непререкаемый авторитет.

– Я не задержу вас надолго, обещаю, – произнес незнакомец скрипучим голосом и взглянул на Стивена сквозь стекла пенсне. – Меня интересует лишь специфическая литература.

У Стивена по спине пробежал холодок.

– Какого жанра литература? – спросил он и слабо улыбнулся. – Если вас интересует Людвиг Тома или Оскар Мария Граф…

– Меня интересуют свидетельства очевидцев времен короля Людвига Второго, – перебил его незнакомец. – Есть у вас что-нибудь в этом роде, господин…

– Лукас. Стивен Лукас.

Стивен продолжал улыбаться, но чувствовал себя все более неуютно. Пожилой господин буквально пронизывал его взглядом, так, словно по какой-то причине не верил букинисту. Затем незнакомец внимательно оглядел стеллажи. Он определенно что-то искал.

Свидетельства очевидцев времен короля Людвига II…

Стивен старался сохранять спокойствие и не подавать виду. Но при этом он лихорадочно соображал. Это действительно совпадение или незнакомец знал о фотографиях? Может, он явился за шкатулкой?

– Вы в раздумьях, – произнес господин и с любопытством взглянул на букиниста.

– Нет. К сожалению, я ничем таким не располагаю. Но я могу записать ваш номер и, если что-нибудь раздобуду, дам знать.

Стивен принял решение в считаные секунды. Этот человек не вызывал у него доверия, весь его вид был ему неприятен. Он напоминал своими действиями некоторых баварских политиков, которые привыкли всегда получать то, что им заблагорассудится.

Но от меня ты ничего не получишь!

– Вы уверены, что у вас нет ничего такого? – допытывался незнакомец.

– Совершенно уверен. Дайте мне ваш номер…

Губы господина растянулись в тонкой улыбке.

– В этом нет необходимости. Мы к вам еще вернемся.

Он кивнул на прощание и вышел. Снаружи уже стемнело.

Чувство было такое, словно по лавке пронесся ледяной ветер и покрыл инеем все книги. Стивен поежился и подошел к витрине. Но незнакомец уже скрылся.

По стеклу стучал дождь.

Через некоторое время Стивен покачал головой и тихо рассмеялся. И что только на него нашло? Сначала то странное головокружение, когда он открыл шкатулку, а теперь еще и это!.. Он, в общем-то, был не из пугливых. Кроме того, в его лавку захаживали и не такие субъекты. Пару лет назад во время Октоберфеста какой-то пьяный помочился на его витрину. А неприятные типы в костюмах встречались не только на фешенебельной Максимилианштрассе.

Взглянув напоследок на мокрую от дождя, тускло освещенную фонарями улицу, Стивен вернулся в хранилище и снова взял с полки шкатулку. Он вдруг испугался, что ее содержимое могло исчезнуть как по волшебству. Но, когда он поднял крышку, все было на месте. Выцветшие фотографии, локон черных волос, книга под синей бархатной обложкой…

Стивен ощутил вдруг жуткую усталость и голод. Он вспомнил, что с самого утра ничего не ел. Книга братьев Гримм, разговор с фрау Шультхайс, визит незнакомца – разве вспомнишь тут о еде… Но теперь голод напомнил о себе с удвоенной силой. Стивен решил на сегодня закругляться, а дома позволить себе большую порцию пасты и бутылочку вина. Пока будут вариться спагетти, он внимательнее изучит странную книжку и фотографии. Если снимки окажутся подлинными, это будет равносильно маленькой сенсации. Стивен знал множество людей, готовых хорошо заплатить за такие фотографии. Окажись он перед выбором, чем оплатить аренду – иллюстрированным изданием сказок братьев Гримм или этими снимками, – Стивен не раздумывая расстался бы с фотографиями.

Довольный, Лукас спрятал шкатулку в потертую кожаную сумку, накинул габардиновый плащ и вышел на улицу. В лицо хлестнул влажный ветер. Слабый моросящий дождь перешел в настоящий ливень. Стивен натянул капюшон, запер дверь и поспешил домой. Он тихо выругался – как назло, велосипед пришлось оставить дома из-за проколотого колеса. До его дома в районе Шлахтхоф было не так уж и далеко, но и шагать под таким ливнем удовольствия мало. Навстречу со стороны офисных центров, устроенных на месте старого выставочного комплекса, спешили бесчисленные служащие с зонтами и в дождевиках. В супермаркетах сновали запоздалые покупатели, торопливо набирали продукты и скрывались на парковках, нагруженные замороженной пиццей и упаковками суши.

Стивен прошел несколько улиц, и стало заметно тише. Перед ним в низине простирался Луг Терезы[7], безлюдный и словно вымерший после Октоберфеста. Колесо обозрения и несколько павильонов еще не успели демонтировать, и они железными скелетами высились на ровной асфальтированной площади. Неподвижные аттракционы и заколоченные ларьки сверху выглядели как заброшенные дома города-призрака.

Стивен решил, несмотря на многочисленные лужи, сократить дорогу и пройти через Луг. Он повернул направо, вскоре показалась «Бавария»[8] перед белой храминой Зала славы. Бронзовая скульптура высотой почти в двадцать метров, со львом и дубовым венком, всегда напоминала Стивену американскую статую Свободы. На углу Зала славы, прямо под бюстом короля Людвига I, устроился какой-то нищий на газетах и что-то бормотал себе под нос. После шумных улиц царящая вокруг тишина показалась Стивену какой-то неестественной.

Он осторожно спустился по широкой и скользкой лестнице. Сдутый воздушный шар, подхваченный ветром, пронесся мимо и скрылся в темноте. Пахло разлитым пивом и мусором. Погода стояла скверная, и, кроме него, на широкой, усеянной лужами площади никого не было.