Читаем без скачивания Тигр под наркозом - С Корыткин

Зеленая аптека неисчерпаема. Всего на Земле около полумиллиона видов растений. Из них только 10% исследовано в лекарственном отношении. В русской народной медицине используется 160 растений. А сколько названий включает медицина диких животных? На этот вопрос никто сейчас не ответит. В старину на Руси знатоков лечения травами называли знатели, ведуны, лечуны, лекарицы, колдуньи, зелейинки, обоянники и лихие бабы. Дикие животные лечатся на основе неосознанного чувства, лечебного инстинкта.

Лечебный инстинкт. Естественный отбор, существующий в дикой природе, отсеивает все слабое и нежизнеспособное. Поэтому среди зверей и птиц редко встречаются больные и калеки. Но не всякое нарушение тела и жизненных функций ведет за собой автоматический отсев особей, их гибель. Несомненно, что некоторые болезни и уродства совместимы с жизнью в дикой природе, пусть менее продолжительной, чем у здоровых особей. Животные должны были «научиться» предотвращать болезни и лечить их. Накопилось значительное количество фактов, говорящих о том, что звери умеют делать это.

Животные лечатся не только лекарственными растениями. Звери массируют, вылизывают ссадины и ушибы. Выдергивают зубами занозы из лап. Лижут свои раны, дезинфицируя их слюной, содержащей бактерицидный лизоцим. Стачивают когти о стволы деревьев и камни. При перегрузках длительно отдыхают. Лечатся голодом. Пьют воду из целебных минеральных источников и целебную талую воду. Народная пословица гласит: «Лошадь талой воды напьется — все обойдется». Принимают минеральные и грязевые ванны. Вылавливают зубами паразитов, ищут их друг у друга: В борьбе с паразитами купаются в пыли и нечистотах, натираются муравьями, смолой деревьев, запасают в норах растения с отпугивающим запахом, птицы вплетают в гнездо растения, подавляющие летучими выделениями развитие насекомых-паразитов и бактерий. Копытные звери уходят от кровососов в воду, грязь, к морю, на ветер, в горы, образуют скопления, отгоняя насекомых запахом выделений.

Дистрофия, недостаточность питания, авитаминозы преодолеваются у диких зверей перекочевками, аутокопрофагией — поеданием собственных фекалий, богатых витаминами, которые выделяют бактерии, живущие в кишечнике. Пищевые извращения, когда хищник ест траву, а травоядный — мясо, также направлены на восполнение недостаточности питания. При недостатке солей потребляют мочу животных других видов. Борются с антисанитарией, поддерживая чистоту тела, своего меха, пищи, гнезда, норы. Некоторые закапывают трупы своих собратьев. Порой оказывают помощь раненой и больной особи. Чаще слабые, больные и увечные уничтожаются. Самовыбраковка ведет к укреплению здоровья вида. Закаливают организм, принимая воздушные, водные и солнечные ванны. Потягивание после сна заменяет физзарядку.

Все эти формы поведения и подобные им выработались у животных в процессе эволюции, закреплены наследственно и способствуют выживанию вида. Их обилие, специфичность при общности биологического значения позволяют говорить о наличии у животного лечебного инстинкта. Человек многому научился у животных и еще большему научится. Один из знаменитых врачей-травников Вьетнама дожил до 146 лет.

Пожиратели ядовитостей. Ядовитых растений около 10 тыс. Дикие копытные в изрядном количестве едят многие из них без всякого вреда для себя. Подсчеты зоолога Н. К. Тимофеевой показали, что в рационе кабана их бывает до 35%, лося — до 33, благородного оленя — до 31, пятнистого оленя — до 25, северного оленя — до 22, кабарги — до 20, тура — 17, серны — до 16, сайгака — до 13%. В общем, примерно каждая третья, каждая пятая объеденная ими травинка отравила бы человека.

Ядовитость обусловлена наличием в растениях особых химических веществ: алкалоидов, токсинов, глюкозидов, лактонов и эфирных масел. Одни оказывают действие на нервную систему, другие на сердце и сосуды, третьи — на желудок, четвертые — на печень и почки. Самые стойкие среди них — алкалоиды, действующие главным образом на нервную систему. Их тысячи. Механизм действия алкалоидов малоизучен. Многие факты трудно объяснить.

Например, хвощами нередко травятся лошади, а лось, северный олень и зубр едят хвощи, и хоть бы что. Скармливание скоту необработанной хвои ведет к тяжелым отравлениям. Лоси же, сибирские косули, кабарга хрумкают побеги сосны, кедра и можжевельника без всякого вреда для себя. Уж на что ядовит аконит. Его именуют даже аконит-волкобой, потому что из него охотники делали отраву для волков. А для кабана в Кавказском заповеднике — это обычный корм. Волчьим лыком даже в малых количествах травится скот. В Беловежской пуще благородные олени охотно едят его. В истории животноводства известны случаи массового отравления скота цикутой (иначе — вех ядовитый). Та самая трава, настоем которой отравили древнегреческого философа Сократа. Дикие животные ее не часто едят. Однако на побережье Рыбинского водохранилища цикута — обычный корм для лося.

Ядовитое растение вороний глаз домашние животные не едят совершенно. Нигде и никогда. А зубры, лоси и кабаны хоть немного, но жуют. Для аппетита, наверное, используют как горчицу.

Коровы надоумили ученых. Очень ядовита таврическая полынь. Петр Первый во время похода на Персию за одну ночь потерял под Кизляром свыше 500 лошадей, наевшихся этой травы. Не известно ни одного случая поедания таврической полыни дикими млекопитающими.

Не только дикие, но и домашние животные помогают человеку найти действенные лекарства в зеленой аптеке. Эти привлекают внимание человека не исцелением, а своим нездоровьем или гибелью. В тридцатых годах в Канаде скот заболевал и погибал при скармливании сладкого клевера: у коров плохо свертывалась кровь и возникали кровоизлияния во внутренних органах. Когда выделили из клевера вещество — источник заболевания, им оказался дикумарин, синтезированный химиками, как выяснилось, много раньше — еще 40 лет назад, в 1901 г. Но тогда медики не догадывались, что его можно с успехом использовать для лечения болезней человека при повышенной свертываемости крови: при инфарктах, тромбозах и т. д. Сейчас же догадались: коровы надоумили.

Чаще всего ядовитыми растениями травится домашний скот, завезенный из других мест. Этого не скажешь про диких животных. Много разных зверей перевозили охотоведы с целью обогащения фауны, и почти не было случаев, чтобы гости отравились местными ядовитыми растениями.

В 1916 г. из зоопарка в Гонолулу сбежала пара австралийских кенгуру. Они размножились и создали новую популяцию в условиях Гавайских островов. Теперь эти животные отличаются от своих австралийских собратьев меньшим размером, более светлой шерстью и способностью питаться растениями, которые обычно считались для них ядовитыми. Оказалось, что у гавайских кенгуру в легких вырабатывается особый фермент, позволяющий есть эту ядовитую пищу. Факт невероятно быстрой эволюции, связанный с употреблением ядов и наркотических веществ, удивляет ученых.

Свинья змее не товарищ. Почему же домашние животные чувствительнее к растительным ядам, чем дикие? Никто пока толком не знает. Примитивные породы домашнего скота менее чувствительны к ядам, чем породы усовершенствованные. В общем, чем дальше животное от природы, от своего начального образца, тем чувствительнее оно к ядовитым растениям. Отчасти это можно объяснить тем, что дикари наряду с ядовитыми едят и растения с высоким процентом дубильных веществ: кору осины, дуба и крушины, а также гравилат, кипрей, таволгу и др. Дубильные вещества — противоядие: они адсорбируют, нейтрализуют алкалоиды.

Дикие животные крепки не только к растительным отравам, но и к ядам животного происхождения. Ежи не болеют от укусов змей и скорпионов. На черного хоря не действует яд гадюки. Скунсы устойчивы к яду гремучих змей. Этих пресмыкающихся, однако, не боятся и свиньи. Колонисты, населявшие Северную Америку, страдали от гремучих гадов. В отличие от завезенных из Европы лошадей и коров потомки вепрей — свиньи совсем не боялись этих змей, смело на них нападали и с удовольствием пожирали. «Неуязвимость хавроний,— сообщают писатели В. Песков и Б. Стрельников,— довольно быстро была замечена. И прежде чем осесть в облюбованном месте, колонист одалживал у соседей стадо свиней и пускал его на участок».

Оказывается, нечувствительность к змеиному яду возможна и у людей. Этим феноменальным, загадочным свойством обладает 33-летний голландец Антони ван Старкен. На него не действует даже яд кобры. Кстати, смертельная доза яда гремучей змеи для здорового человека оказывается безвредной для больного проказой Пытаются лечить этим ядом прокаженных, и не без успеха.

Звериная мудрость выбора пищи. Лосенка, потерявшего мать, приютили в охотхозяйстве. Идем с ним за компанию погулять. В молодом сосняке мой спутник решил закусить. Скусил вершинку сосенки, пожевал, смешно шевеля губами. Но рядом стоящие есть не стал, отошел в сторону, из нескольких деревцев облюбовал одно и занялся им вплотную. Почему он стал есть именно эту сосенку, игнорируя другие?