Читаем без скачивания Неделя холодных отношений - Александр ВИН

Капитан Глеб Никитин продолжал.

– …Через несколько дней – зимнее солнцестояние. Перелом судьбы, возможность решить для себя что-то серьёзное.

Кирилл засмеялся, вытирая слёзы.

– Философия в валенках!

– …Никаких палаток, с пустыми карманами, в обычной одежде. Без еды.

Девушка замерла и, уже не вырывая свою руку и, не мигая, уставилась карими глазищами в холодные глаза капитана Глеба Никитина.

– …Спать на земле. Добывать огонь. Убивать из-за голода. С собой – только ножи.

Вокруг него стало тихо.

– …Семь дней.

– Ты сумасшедший!

Он не заметил, как сзади к нему подошла Софья Алексеевна.

– Сдохнешь сам и сына своего там заморозишь.

– Если вы будете всё время вспоминать нас такими горячими словами…

Теперь хохотал уже Глеб, наслаждаясь растерянностью всех и, особенно, благодарным взглядом Сашки.

– Слабо́! Только болтовня! Невозможно прожить неделю на морозе!

– Я не буду с тобой спорить, Вадим. Не хочу. В эту субботу, то есть послезавтра, мы с Сашкой уходим; через семь дней, в полдень следующей субботы, возвращаемся. Всё просто. Твои сомнения могут оказаться справедливыми.

– А если будет сильный, очень сильный холод?!

«Как же славно некоторые девушки умеют волноваться!».

– Матч состоится в любую погоду.

– Капитан, ты действительно там тронулся, на своей проклятой заграничной жаре?!

Глеб Никитин обернулся.

– Тем более необходимо немного остудить мои фантазии…

Первой завизжала, закружилась и принялась хлопать в восторге ладошками Ева. Тут же, словно нечаянно, она прикоснулась рукой к Сашке и чмокнула его в щёку.

– Мужчина! Настоящий мужчина! Как Маугли!

Кирилл кисло выговорил девушке.

– Маугли был ребёнком…

– Сначала – да, маленький, а зато потом каким он оказался!

Немного поразмышляв в ближайшем же мягком кресле, Вадим Лукин негромко заметил вслух.

– Ничего особенного.

Поморщив брови, крикнул уже на весь кабинет.

– И я могу так же! И на холодной земле…! Да.

– А где вас искать-то, если что?

– Искать не надо – обратную дорогу сами найдём. Место? Без особых выдумок – там, куда вы в прошлом году ездили юбилей вашей конторы отмечать. В лесу, чуть дальше двадцать третьего квартала, там прелестный вид на залив и сосны высокие. Зимой там никого не бывает.

– Точно, на том самом месте? Нарисуй, пожалуйста, напомни.

То, как финансовый гений рекламного бизнеса Кирилл отнёсся к вопросу безопасности их личной, семейной авантюры, радовало и забавляло капитана Глеба Никитина одновременно.

– Давай блокнот. Это вот дорога, это – берег залива… Холм. Примерно здесь, где вы были в прошлый раз.

– А чем питаться там будете?

– Ёжиками, как раненые лётчики.

По лицу Кирилла было видно, что плохо прожаренных ёжиков он недолюбливает.

Рядом с ними Ева серьёзно и настойчиво допрашивала смущённого Сашку.

– И ни спичек, ни зажигалок? А как же костёр…?!

– Способов много, отец мне показывал.

– Ты, если что-нибудь такое, ну, неприятное, с вами там случится, сразу же по мобильнику мне звякни – я организую экспедицию! Приеду, спасу тебя!

– Мы договорились без телефонов. Только нож у каждого.

– А палатка?

– Ну, ты что, Ева, в самом-то деле…

И всё равно, настоящим героям до совершения ими славных дел приходится много, очень много говорить и, правда, в основном по мелочам, долго убеждать остальных людей.

Чтобы им поверили другие и, что самое главное, с целью заставить убедиться в неизбежности своего подвига наиболее юных представителей коллектива, опытные авантюристы просто обязаны оперировать цифрами.

Заранее, чтобы никто не устал и дослушал его до конца, капитан Глеб наполнил разнообразные бокалы и рассадил всех вокруг себя.

– Зима. Но морской канал всё равно разбит буксирами. Из города до посёлка ходят два парома – грузовой и пассажирский. Каждый из них делает два рейса в сутки. В субботу, девятнадцатого, мы с Сашкой переправляемся на пассажирском пароме, он уходит утром первым – в восемь ноль ноль. Это именно то, что нужно нам. Грузовой, с машинами, отправляется позже, в девять ноль ноль, и движется гораздо медленнее, в этом случае мы немного не укладываемся в свой график.

От посёлка идём пешком три с половиной часа по берегу, к полудню мы уже будем на месте. Это начальная точка отсчёта.

Глеб Никитин с чувством поклонился.

Большинство слушателей были поражено точностью плана.

Удивился даже Сашка.

«Он не лжёт! Он это точно знает! Он что, действительно готовился к этому походу?!».

– Мы должны продержаться там до двенадцати часов дня субботы, двадцать шестого декабря нынешнего года. Возвращаемся в цивилизацию на вечернем катере, который отходит из посёлка в город в шестнадцать ноль ноль. Шампанским встречать нас не надо – оно холодное. Лучше приготовьте к этому времени героям негустой куриный бульончик. Искренне ваш…, примите самые наипочтеннейшие наши уверения, и прочая, и прочая….

– Уважаемый Глеб! – Голос Софьи Алексеевны был патетически твёрд. – Если вы когда-нибудь будете претендовать на самые высшие посты нашего государства, то знайте – один преданный избиратель у вас уже есть!

И добавила уже буднично.

– Предлагаю выпить за этих убедительных безумцев. Кстати, дорогой, ты что, действительно хочешь добывать там огонь этим самым, как его…, трением?

– Рассматриваю как вариант. Если до наступления первой ночи в лесу нам не удастся развести огонь, то утром мы уныло покинем место нашего поражения, побежим с поля боя как паршивые собаки и все, с ног до головы, покрытые несмываемым позором, предстанем перед вами.

– Я не жду вас так рано.

Это уже с упрямством и назло мачехе вставила своё веское слово Ева.

Тщательный и пунктуальный Кирилл продолжал расспрашивать окрылённого таким вниманием Сашку о деталях похода.

Софья отвела Глеба Никитина к окну.

– Ну, и зачем тебе это надо? Летал бы по своим жарким странами – там ведь всё гораздо проще и приятней – тёплый песочек, зонтики, пальмы, а? Не бил бы себя в грудь, красуясь перед неразумными пацанами…

– Я хочу увидеть снегирей. Колибри для меня слишком суетливые птички.

– А если так, герой, – женщина прекрасно контролировала свои точные взгляды и прикосновения, – возьми лучше в лес меня. Отведи куда-нибудь в чащу. Или хотя бы отвези в гостиницу, как в тот раз…

– За последние несколько лет ты очень изменилась, и я могу начать сильно нервничать в твоём обществе. Особенно в диком лесу. Тем более что ты уже замужем.

– Х-ха! Надеюсь, что такой загар продержится на тебе всю эту неделю. После твоего приключения я хочу видеть подробности.

– Милая Соня…!

– Не хами.

Их разговор прервали крики.

Сашка отталкивал Вадима, а тот, хватая его за рубашку пьяными руками, пытался добиться ответа на свой вопрос.

– Отпусти его! Сейчас же! Отпусти, идиот! Боже, какой же ты идиот…

Зарыдав, девушка закрыла лицо руками.

Сашка всё же смог толкнуть, почти ударить Лукина-младшего и тот невредимо шлёпнулся задом прямо в упругое кресло.

– Вы с папашей должны взять меня с собой! Я пойду с вами! Никаких делов, так нечестно… Я тоже буду героем. Фактически.

Не решаясь сильно обнять плачущую Еву, Сашка только прикасался к тоненьким вздрагивающим плечам и настойчиво отворачивал её лицо от всех остальных. Не отнимая ладоней от зарёванных глаз, она сама прижалась к его груди.

На звуки неправильного и совсем непраздничного скандального шума из своего кабинета в общую комнату вернулся Ефим Маркович. По-прежнему улыбаясь, налил себе коньяка, сложил модные маленькие очки в нагрудный карман пиджака.

– Что такое, молодежь?!

Ситуацию прояснила Софья Алексеевна. Плавно поводив незажжённой сигаретой перед носом Ефима, она добавила:

– …Мальчики хотят быть в лесу вдвоём. А твой Вадимка кого-то из них ревнует.

– Какой лес? Вы что?! Скоро уже салаты нужно будет строгать на Новый год, а вы, мои родные, какие-то пикники на природе вздумали организовывать!

Дожидавшийся Ефима Марковича в коридоре и успевший там вволю накуриться его личный водитель и охранник Анатолий тоже улыбнулся такой нелепой выдумке. Нет, цепкие глаза этого рослого мужчины по-прежнему оставались внимательными и серьёзными, просто их уголки на мгновение спрятались в лёгких весёлых морщинках.

Не желая своему боссу неприятных переживаний, почти все присутствующие принялись объяснять Ефиму Марковичу суть затеи капитана Глеба и связанные с ней некоторые сомнения.

– Куда говоришь?! На залив, в те самые сосны? Сейчас, без продуктов?! Ну, ты действительно Мюнхгаузен!

– Отпустишь сотрудника, Ефим Маркович? На неделю, за свой счёт?