Читаем без скачивания Звёзды Иллирии - Алина Багазова

Когда шлюз за моим тлоннером закрылся, и атмосферное давление внутри было урегулировано, я поняла, что назад отступить невозможно. Нужно срочно вспоминать всё, чему меня учили. Как и что надо предпринимать в подобных ситуациях.

Неожиданно мне пришло в голову, что я не связалась с базой и не поставила их в известность о предпринимаемых действиях. Я даже не попыталась вызвать подкрепление! Но ведь вроде и ситуация не выглядит, как боевая, чтоб звать на помощь…

Согласно инструкции, я взяла с собой все необходимые атрибуты агента полиции, нужные для чрезвычайных ситуаций. Весь набор спокойно разместился в карманных отделениях моего рабочего комбинезона, не привлекая внимания. Прокрутила в голове всё, что мне положено знать в этой ситуации, и решительно покинула тлоннер. Вперёд и с песней! В голове резво грянул похоронный марш…

Ну и паникёрша!

Я шла по длинному коридору от шлюза и мысленно готовилась к страшной схватке с самым ужасным отродьем Вселенной. Но, наверное, лучше уж так перестраховаться в ожидании худшего, чем оказаться лицом к лицу с опасностью и не быть к ней готовой. И, с девизом: «Не так страшен монстр, как его малюет…моё воображение», я раздвинула тяжёлые двери и решительно переступила через порог.

Зал управления. Огромный и пустой… Ну совершенно никого! Пульты управления отключены, даже не в фоновом режиме, видимо хозяева не намеревались быстро вернуться. Так, ну моё дело — быстренько официальненько эту штуковину опечатать (за неимением хозяина на месте), потом немного подождать (авось кто объявится), предъявить штрафные санкции владельцу или преспокойненько удалиться на базу (к тому же моё время уже как бы и вышло… Не забыть стребовать с босса сверхурочные!).

Я, чтоб хоть чем-то заняться, стала медленно по периметру обходить зал, осматривая его. Неожиданно мой слух (к счастью или наоборот — к сожалению, он у меня острый от природы) уловил едва слышный звук и я могу поручиться, что доносился он соседнего отсека. Ну, вот тебе и на! Я оказывается тут и не одна вовсе. Мой долг… К чёрту долг! Это уже зверски любопытно! Может нарушители, завидев мой тлоннер издалека, решили спрятаться и переждать пока я уйду?.. Ну, уж нет!

В прятки я не играла со дня переселения на Иллирию. Но не думаю, что потеряла форму! И наивен тот, кто так подумает. Не родился ещё на свет тот, кто от меня…

Стоп! Что-то я отвлеклась! Надо заняться своими непосредственными обязанностями.

Возможно, это опасно. Что ж, как говорится: «не мы первые, не мы последние, люди нас запомнят».

Я не очень решительно двинулась к выходу. Моя бурная фантазия услужливо выставляла перед мысленным взором картинки — одна другой «симпатичнее». В общем так. На будущее: с фильмами ужасов — завязать! А может взять да и просто вернуться в свой тлоннер и вызвать подкрепление? Мысль не так уж и плоха, учитывая в каком секторе я нахожусь.

«Боишься?…»- противно захихикало что-то внутри меня, — «а ты подумай, трусишка, что если бы была какая-то опасность, то она не пряталась бы, и ты уже напоролась бы на неё».

И то правда… Просто это была удачная возможность, не делать то, чего я побаивалась.

Всё! Прочь страх и вперёд! И да поможет мне Бог! Я сделала оставшиеся три шага в сторону выхода, и двери (видимо на фотоэлементах) автоматически разъехались передо мной…

Я вышла в коридор, на всём протяжении которого, по обеим сторонам располагались двери, ведущие в отсеки и каюты. Тишина. Никого. Но теперь я ещё чётче, прямо кожей, ощущала чьё то присутствие.

— Агент Полиции Семи Галактик! — громко представилась я, — всем присутствующим покинуть укрытие, это приказ!

В ответ — тишина. Но как-то ещё напряжённее стало в воздухе. Я ощутила, как в пространстве разливается неприкрытая агрессия, и мне стало жарко. Я была напугана, но старалась, чтоб голос не дрогнул:

— Я ещё раз повторяю: вы нарушили правила передвижения в космическом пространстве, и я требую, чтобы вы понесли ответ. Готова выслушать ваши объяснения!

Вот здорово!.. В ответ снова тишина, но какая-то искусственная, ненастоящая. Я в какой-то момент ощутила на себе чей-то пристальный взгляд и крепко сжала в руке служебный ионно-плазменный «РАЙДОК».

Оглядевшись по сторонам, я поняла причину своих ощущений: повсюду оптические сканнеры. Кто-то или что-то, находясь в непосредственной близости от меня, наблюдал, тщательно фиксируя каждый мой шаг. Дрожащей рукой я нащупала левое запястье, на которой носила браслет-генератор естественного фона. В доли секунд я создала вокруг себя поле со знаком «?». Сканнеры перестали меня фиксировать, а я обрела сравнительное ощущение безопасности. По крайней мере, у нас с противником теперь примерно одинаковые условия — он тоже не знает, где я нахожусь.

Также у меня (про запас — начальник не знает об этом) было карманное устройство, способное изменять уровень гравитации в помещении. Шестым чувством я ощущала, что оно мне может пригодиться. Так всё и вышло…

Внезапно страшная сила обрушилась на меня сверху и, мощно приложив об пол, буквально пригвоздила к нему. Я едва успела сообразить, что это резко повысился уровень гравитации — примерно 10g, не меньше. Но на учебных тренировках нас обучили переносить подобные нагрузки и справляться с ними, экстренно переводя организм на режим выживания. Всё же, я думаю, пора бы ввести в набор агента ПСГ такой же хитрый приборчик, как у меня (вернусь живой — обязательно вынесу этот вопрос на повестку дня! Нет! Сначала потребую медаль за отчаянное мужество).

Дотянувшись, я отрегулировала уровень гравитации до нормального — 1g, параллельно полностью выведя из строя всю систему регулирования, которая размещалась в корпусе трейгарда (ВСЁ-ТАКИ Я ИМ ХОТЬ ЧТО-ТО СЛОМАЛА! ТАК ИМ!!!), чем значительно удовлетворила жажду мести, вспыхнувшую во мне, и слегка приободрилась. Ведь теперь вся система гравитации корабля держалась полностью на мне, точнее на моём маленьком приборчике с милым названием «Пташка». Мощности у него должно хватить минимум на сутки, но ведь вся эта ерунда не растянется настолько? Надеюсь…

Так, ну и что теперь? Я медленно поднялась на ноги, которые меня едва держали от перенесённых «неудобств» и огляделась.

Сканнеры не фиксировали меня — можно было спокойно продолжать поиски. Во мне теперь росла ярость и хотелось во что бы то ни стало найти моего противника (или противников?) и разобраться с ними! Надо же, наглость какая — нападать на агента Космической Коалиции! Я там может и невелика шишка, но горжусь своим званием.

Преисполненная гордости за свою миссию, я бесстрашно шла по коридору, распахивая боковые двери — одну за другой. Ой, что это? Мой слух уловил сдавленный стон.

Неизвестно, откуда он нёсся, но я могу поручиться: это был детский стон. Я заметалась: что делать? Это вполне может быть ловушкой! Но стон донёсся снова, более явственно, точнее даже не стон, а вскрик. Я вытерла пот со лба и бросилась к двери в конце коридора — звук точно доносился оттуда.

Перед дверью я замерла в нерешительности. Дверь, вероятно, была запрограммирована на биологический код экипажа корабля, потому что не раскрылась приветливо при моём приближении. Но тут я вспомнила, что вокруг меня силовое поле, не позволяющее меня фиксировать. Убирать поле я не решилась и в растерянности думала, что бы предпринять?

Ребёнок мучительно вскрикнул снова, и я больше не думала ни секунды. Мой «Райдок» просто-напросто, как бы это помягче сказать, — «вывел из строя дверной механизм». Пусть кто-то скажет, что я превысила свои служебные полномочия!

Плевать я хотела на это! Там же ребёнок! И с ним что то происходит.

Я бесстрашно материализовалась в дверном проёме и вмиг замерла. В центре огромного зала возвышался прямоугольной формы алтарь из металла серебристого цвета. Прямо в центре него находился ребёнок — мальчик лет 12-ти. Вокруг алтаря — энергетический кокон, исключающий всякие попытки приблизиться к нему на расстояние ближе метра.

Но через тело бедняжки время от времени пробегают разряды, видимо неслабые, так как ребёнок бьётся и корчится от боли, а находится вроде как бы в полуобморочном состоянии.

Он слабо застонал, увидев меня, и попытался протянуть в мою сторону руку. Моё сердце защемило от боли, а глаза — от слёз…Первым побуждением было: рвануться к нему на помощь, но в следующую секунду я подумала, что во что бы то ни стало должна его спасти, а для этого мне надо быть осторожнее. Кто и зачем так измывается над мальчиком?

Я быстро оценила обстановку — вроде бы в этом помещении больше никого не наблюдалось.

— Здесь есть ещё кто-нибудь? — крикнула я мальчику, медленно передвигаясь с «Райдоком» наготове.

Мальчик плакал и как-то непонятно дёргал головой. Я решила принять это, как знак отрицательного ответа и уже более решительно двинулась к нему, не теряя впрочем бдительности.