Читаем без скачивания Искатели Миров - Сергей Лисицын

— Да.

— Медицинская подготовка есть, я часть разговора с дежурным слышал, — врач не спрашивал, перечислял факты.

— Углубленка в училище, практика — в поле.

Директор сунул руки в карманы, хитро прищурился:

— Послушайте, а идите к нам работать!

Ян Зарев

Больница на рассвете, даже припортовая, по определению неспокойная, крикливая, шебутная — одно из самых тихих мест в городе. В такие часы затихают даже порезанные в драках пьяные матросы и трясущиеся без дозы нарки. Дремлет дежурная сестра, нацепив ободок «тревожного» диагноста реанимационного отделения, сложив руки на груди, вытянулся в кресле ночной охранник — отставной рейнджер Марк, тихонько гудят медсервы, облетающие палаты.

Прокравшись к терминалу регистратуры, Ян перегнулся через стойку и тихонько забрал пакет с лентами. Аккуратистка Альби уже упаковала их в вакуум-пакет, пометив аккуратным острым почерком «Для доктора Яна Зарева».

Марк бдительно приоткрыл глаз, и Ян прижал палец к губам. Другой рукой поднял пакет, ткнул указательным пальцем себе в грудь: для меня, мол, посылка.

Марк кивнул и снова провалился в дрему. Способность засыпать у него была просто фантастическая.

Перекусив в кафетерии-автомате на втором этаже, Ян вытянул из пачки первую на сегодня сигарету и с наслаждением затянулся. То, что курил он, сидя в абсолютно пустом зале, где курить вообще-то не полагалось, придавало каждой затяжке особый смак. Но если он хотел побыстрее разобраться с диагнозом Чтеца, следовало поторопиться.

Чиркнув карточкой по глазку замка, Ян прошел в смотровой кабинет. Померцав, загорелось дежурное освещение. Смотреть ленты в одиночку, без ассистента, запрещалось. И Ян считал, что совершенно правильно. Пусть и в режиме фильтрации, с максимально ослабленным уровнем эмпатии, ленты могли загнать врача в Сумерки так же верно, как и Чтеца. Иногда не помогало и вмешательство ассистента. Впрочем, таких случаев было немного.

Приладив датчики «мозголома», Ян вскрыл пакет, повертел в руках голубоватые кристаллы, которые, собственно, с незапамятных времен и называли лентами. Вставил один в разъем считывателя. На всякий случай выставил на минимум уровни трансляции и откинулся на силовой кушетке. Перед глазами замигала дата записи. И пометка «об. зап. разр.». Ясно, бывает и такое: «Объект записи разрушен».

Запись психоинформационного следа — штука тонкая. Это же практически беседа с призраком, тончайший след энергетики существа или существ, плюс, если получится, расшифровка памяти ДНК. Это если удастся найти годные останки. Да еще многое зависит от места записи. Частенько в ходе записи что-то из этого комплекса, вольно или невольно, уничтожалось. Тогда, увы, лента становилась единственным источником информации.

Поговаривали, что некоторые исследователи, особенно если корабль был снаряжен кем-нибудь из Орденов, уничтожали объекты намеренно. Разумеется, если находили и фиксировали что-либо ценное.

Первая лента длилась около сорока минут реального времени.

Мрачная грязно-коричневая равнина. Кольцо вулканов на горизонте, тучи пепла, бегу, бегу из последних сил, десантный бот уже в режиме секундной предстартовой готовности, вижу, как откидывается люк, радужно переливается мембрана силового поля. Приглушенным фоном — страх, вдруг не успею. И радость — не напрасно! Все не зря!. Еще один слой фона — прокручиваю в голове какие-то цифры, каждая вызывает отзвук-картинку... Сильный удар по шлему.

Лента заканчивается.

Открыв глаза, Ян увидел обтянутую белым халатом спину Пауля, колдовавшего возле шкафчика с диагност-системой. Ассистент почувствовал движение, глянул через плечо:

— Ян, вы себя когда-нибудь точно угробите. И буду я кормить вас с ложечки, подбородочек ваш мужественный вытирать.

Спорить совершенно не хотелось, тем более что Пауль был прав на все двести процентов. Так что Ян сделал рукой неопределенный жест и поднялся с кушетки:

— Значит так, ничего выдающегося на ленте я не узрел. Правда, если ты обратил внимание, все уровни восприятия я выставил на минимум, элементарно мог пропустить «спусковой крючок». Если я правильно словил картинку, ребята наткнулись на запись отступления какого-то исследователя. Парни снимались на фоне бурной вулканической активности, скорее всего того, чей слепок тут записан, просто шибануло вулканической бомбой.

— И его вот так просто оставили? — недоверчиво вздернул бровь ассистент. — Странно как-то.

— Да нет. Все могло случиться. Если бедолаге, скажем, напрочь голову оторвало, могли и оставить. Да могло и сам бот накрыть.

— И когда все это стряслось? — спросил Пауль. — Опознал что-нибудь?

— Ну, судя по боту и тому, что я углядел из скафандра, лет триста назад. Ну, уж точно до войны Орденов. Кстати, у бота на борту эмблема Ловцов.

— Ого! — присвистнул Пауль. — Непростые ребятки были.

— Так, ладно, — прекратил треп Ян, — давай этого Горана в большую смотровую. Я сейчас подойду.

Пауль кивнул и отправился за Чтецом. Ян заглянул в туалет для персонала, постоял около приоткрытого окна, покурил. Бросил окурок в унитаз и отправился мыть руки.

Больница потихоньку просыпалась. По коридору сновали медсестры-разумные и сервы-диагносты, медленно плыл на гравокресле в сторону туалета пожилой темирник с зафиксированной ногой. В ухе мелодично тренькнул коммуникатор, на сетчатке левого глаза появилось голо Пауля.

— Ян, а ты этому парню никаких назначений на утро не делал?

— Нет, а что?

А его в палате нет.

— Как это нет?

Да вот так. Либо он чудесным образом в себя пришел, либо его кто-то забрал на обследование и процедуры. Которых ты не назначал.

— Хм... Ладно, погоди, я терминал посмотрю.

Ян снял с пояса тонкий стержень личного терминала. Слегка нажал на торец, и перед ним развернулся в воздухе план больницы. Матово-серый стержень сменил цвет на зеленоватый, подтверждая завершение опознания.

— Система, произвести поиск больного, — Ян ткнул пальцем в участок экрана, изображавший палату Горана. — Регистрация в палате одиннадцать шестьдесят пять.

Экран подернулся рябью и показал служебный вестибюль. Ярко-желтая точка, обозначающая больного, уверенно перемещалась к выходу

Не выпуская из рук терминала, Ян бросился по лестнице на первый этаж:

— Системе — доктор Ян Зарев, уровень допуска пять, пароль сигма-лейка-стазис! Перекрыть двери служебного вестибюля, выход к третьему сектору служебной стоянки!

Терминал бодро мигнул, но вместо зеленого цвета налился тревожно-красным. Система блокировала выполнение команды.

Вот это было совсем странно, и Ян почувствовал, как недоумение сменяется отчетливой тревогой. Если сначала он думал, что это скряга-капитан решил втихаря забрать Горана и поискать подпольного врача подешевле, то теперь все было явно куда серьезней. Кто-то блокировал систему безопасности клиники, и, причем так, что она и не пикнула. Ян почувствовал, как, впервые за три года, в солнечном сплетении зародился позабытый уже ледяной кристаллик ожидания схватки.

Тронув усик коммуникатора, негромко сказал:

— Служба охраны. Вызов.

Подождал, соображая, чья сейчас смена. Держать полный штат охранников-разумных клиника была не в состоянии. Несмотря на постоянные стоны главврача на городском Совете, ответ был неизменным: «Магистрат не видит достаточных оснований для увеличения этой статьи расходов». Так и обходились — смены по два разумных, да пяток давно списанных полицейским управлением сервов с адаптированным поведенческим модулем.

Горошина динамика молчала. Это было уже совсем нехорошо, и Ян остро почувствовал, как не хватает поддержки киб-колонии, подключения к тактической карте, полевого режима зрения, встроенной огневой системы.

— Увы, колония-симбиот необратимо повреждена, но вы должны радоваться — нам удалось полностью восстановить гумано-органику. Нет, оставшиеся симбиот-системы мы отключаем в момент увольнения. Не можем же мы выпускать к гражданским неподконтрольную боевую машину — и глаза у полковника-кадровика добрые такие. Понимающие. Порвал бы.

Всё, времени на повторные вызовы нет. Перед ним уже двери, ведущие к служебной стоянке. Если верить терминалу, Горан сейчас подходил к ее дальнему концу. Вот только идти он не мог. Значит его несли. А, скорее всего, везли в стандартном больничном гравокресле.

Пригнувшись за створкой, Ян тихонько приоткрыл дверь. Выглянул. Вроде никого. Приходилось полагаться исключительно на зрение и слух. Да еще на опыт и интуицию. Хотя и это уже немало. Поскольку опыт говорил, раз похитители забыли отключить такую « мелочь», как пассивное слежение за больничными браслетами с терминалов персонала, то это любители. Причем с зашкаливающим уровнем самомнения. И любом случае службу безопасности они в расчет не берут, а с личными делами персонала если и ознакомились, то крайне поверхностно.