Опасный. Взрывной. Влстный. Наглый. Надменный. Бесцеремонный…псих!
Идеально!
Глава 2
Follow you — Imagine Dragons
Джеймс
Спортзал располагался на цокольном этаже под гостиной. Пробыв там избитых два часа, я, протирая лицо полотенцем, поднимался в свою комнату через гостиную, где отец во всю готовился к приезду новой женушки и падчерицы. Не то, чтобы меня это сильно волновало, — после развода родителей, мне абсолютно все равно, кто из них, с кем и чем занимается, — раздражала мысль, что теперь придется делить личное пространство с женским полом.
Спортивная черная майка с глубокими вырезами по бокам, плотно прилипла к мокрому телу. Мне быстрее хотелось принять душ и завалиться отдохнуть. Конечно же, я не собирался участвовать в церемонии коронации новых членов семьи, поэтому быстро проскользнул мимо комнаты на лестницу.
— Джеймс! — окликнул меня отец, и я устало развернулся. Кристиан Тёрнер «по-домашнему» облачился в белую футболку и, болотного цвета, брюки. Подойдя немного ближе, он чуть ли не новогодняя елка, аж светился от счастья. Жуткое зрелище… — Приводи себя в порядок и скорее спускайся. Грейс с Эрикой уже на подъезде.
— По-моему, ты и сам с ними отлично справишься, — окидывая взглядом прибранную донельзя комнату, заметил я. Отец устало вздохнул и кажется, уже собирался меня упрашивать. Надо было потянуть до этого необычного зрелища подольше, но я зачем-то ляпнул прежде, чем он открыл рот. — Окей. Пятнадцать минут.
Больше не слушая ничего, я поднялся в комнату, и сразу же направился в душ. С отцом у нас не было враждебных отношений, чаще всего, мы просто не обращали друг на друга внимание. Ладно, признаю — я не обращал на него внимание.
После развода родителей, когда мама десятилетнему ребенку объявила о новом «папочке» и переезде за границу, я потерял малейшие семейные ценности. Естественно, я остался с отцом. Мысль о том, чтобы жить с маминым молоденьким выкрашенным альфонсом в Амстердаме, никак не укладывалась у меня в голове. Кристиан Тёрнер делал всё возможное для удобства сына, но какие к черту удобства, когда в сознательном возрасте я ни минуты не жил в полноценной семье. Дорогие подарки, тачка сразу же после получения прав, отсутствие родительского контроля и комендантского часа, свобода действий, любые поблажки — я привык к этому.
Будем говорить прямо, от меня просто откупались бабками. Могу сосчитать на пальцах разы, когда папа вместе предлагал куда-то съездить, позаниматься в зале или просто провести время, не включая долбаных деловых встреч и барбекю с друзьями. И еще, утренняя пробежка, когда старик решал следить за своим здоровьем. Два одиноких волка в одном пустом особняке. Нет, меня всё устраивало. К другому, пожалуй, я не привык.
Натянув черные спортивные штаны и серую футболку с логотипом частной школы, я взъерошил мокрые волосы и, захватив телефон, сбежал по ступенькам вниз. Как вовремя!
Дверь распахнулась, и на пороге оказались мои новые родственницы. К Грейс у меня претензий-то и не возникло. Ухоженная, вполне милая тетка, да и явно не на бабки отца клюнула. Глядя на неё, ее дочурку и то, как они жили в столице, можно было сделать вывод, что в деньгах они не нуждались. Но как говорится, денег много не бывает.
Конечно, то, что отец пытался навязать её общество и «мамочку» в одном лице, меня не устраивало. Когда папаша объявил о женщине, мы сразу договорились — каждый сам по себе. Естественно, его это не устроило, но поддавшись шантажу и характеру, который любимый сын унаследовал от него, он уступил. Слишком поздно Кристиан Тёрнер решил семью восстановить. Теперь у него была новая дочурка, о которой можно заботиться, дарить отцовскую любовь и опекать. С её-то характером, который я узнал на Сейшелах на свадьбе отца, я бы посмотрел, как она принимает его отцовскую опеку.
С весны, я запомнил девчонку смутно, но какие-то черты припоминал. Невысокая, без особых каких-то женственных форм, с обычным бэби-фэйсом, странной обрезанной челкой, закрывавшей глаза и большими оливковыми глазищами. Как сейчас помню, ее дикое смущение, когда я оказывался вблизи, надутый взгляд и странный смех. Дитя дитём.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Когда я преодолел последние ступеньки и оказался чуть позади отца по центру гостиной, засунув руки в карманы штанов, натянутая ухмылка сменилась удивлением.
Ух нихрена себе!
Пока их чемоданы завозил наш водитель, Грейс тепло здоровалась с отцом, а моя сводная сестренка, устало вздыхая, безразлично оглядывала комнату, пока взгляд не остановился на мне. Я же в ту секунду уставился на неё, как баран на новые ворота, потрудившись, не выдать удивления.
За те три месяца лета, что мы не виделись, язык не поворачивался назвать её дитём. Я говорил об отсутствии женственных форм? Забираю свои слова обратно. Одетая в светло-бежевые спортивные штаны и футболку в обтяжку до пупка, она держала, перекинув на руку, спортивную кофту. Тонкая талия, маленькие плечи, неплохой бюст, подтянутое фигуристое женское достоинство, загорелая кожа и приоткрытые пухлые губы.
Она без эмоционально оглядывалась вокруг себя и переводила отсутствующий взгляд на папу с Грейс, которые обнимались, пока не застала меня, наблюдающего за ней врасплох. Взгляд не задержался даже на минуту, и она сразу же приняла тот же безразличный вид, больше не удосужив меня взглядом. Вот же стерва самовлюбленная…
Глядя на неё сейчас, я не узнавал свою партнершу по танцу на свадьбе отца. Хоть и деловая, но там она казалась мне не более, чем капризным ребенком, хоть разница в возрасте была всего полгода. Сейчас же, попытавшись отвести от неё взгляд, я изредка невольно разглядывал её, склонив голову набок. Неплохо округлилась, да и безразличие не выглядело наигранным.
Она была больше похоже на мать, чем пару месяцев назад, хоть разница между ними и была радикальна. Что-то я не замечал в сестренке того добродушия, открытости, и доброжелательства, что было в её матери. «Яблоко от яблони…» — явно не про неё.
— Как доехали? — пекся папочка, улыбаясь во все тридцать два.
Неужели ему реально так в кайф стоять тут и ломать эту комедию? Или старик настолько свихнулся, что действительно влюбился… Согласен, Грейс ничего такая, но по сравнению с мамой, она сущий ангел. Мама же, больше характером смахивала на дочурку мачехи. От этой мысли я хмыкнул, привлекая взгляд сестренки, чьи брови тут же сдвинулись, нахмурившись. Забавная…
И я тут же подумал, что, возможно, будет не так уж скучно, как я ожидал.
— Эрика, рад тебя видеть!
Ну как же! Рад он…Ухмыльнувшись, я поймал как раз в тот момент на себе странный взгляд девчонки. Она, неподвижно стоя, вымученно улыбалась, чего отец, видимо, не замечал, ну или делал вид. Не уводя глаз, я выдержал её напор и, в конце концов, приподняв брови, подмигнул. Тело сестренки, как будто передернуло, и она, смущенно отведя глаза, поджала пухлые губы.
— Джеймс, привет! — обходя отца, подошла ко мне с лучезарной улыбкой Грейс. Пришлось ответить тем же, хоть получалось и не совсем правдоподобно. Какого черта, я вообще должен строить примерного семьянина? — Ты так подрос за лето…
Практически за четыре месяца, я действительно изменился. Больше времени стал уделять спорту, усилил тренировки кикбоксинга и я, наверное, соответствующе природе, окреп и подтянулся в росте. Драгоценная мамуля, которая звонит по видеосвязи не больше двух раз на месяц, выразилась, что совершенно не узнаёт сына. По её словам, настоящий шкаф. Ещё бы она меня узнала… За пять лет после развода с отцом, удосужилась появиться всего два раза и три звала к себе.
Заметив мою молчаливую реакцию, улыбка Грейс немного спала, но она продолжала держаться, неуверенно прикоснувшись к моему плечу. Наверное, обычно так делают родители, но я, окаменев от её прикосновения, только кивнул, сменившись в лице. Как раз в тот момент, отец закончил вести беседу с новой дочуркой, и повернулся к нам.
