Читаем без скачивания Круиз на дно морское - Галина Полынская

- Нет, все-таки здорово ты придумала, Ива, - Божена закурила. - Всегда думала, что порт этот то же вокзал, разве что с водою, а теперь вижу, как сильно заблуждалась. Это особенный мир!

- Хочу жить в порту. - Кивнула я.

- За удачное путешествие, за отсутствие штормов и бурь. - Сказал Марк, и мы чокнулись большими пластмассовыми стаканами.

- Марк, покажи билеты! - Потребовала я.

Он извлек из портмоне красивые картонные прямоугольники с тисненым текстом, и протянул мне.

- Ух, ты! - билеты больше смахивали на пригласительные билеты на какой-нибудь банкет или светский раут. - Так это билеты в первый класс?!

- Да, - грустно вздохнул Марк, - больше мест нигде не было, только там.

- А если бы имелись, ты непременно взял билеты куда-нибудь в трюм с крысами, лишь бы подешевле, да?

- Ива, ну что ты говоришь... - начал, было, Марк.

- Могу-могу! - я повертела билеты. - "Солнечный ветер", какое название, прелесть! Хочу туда немедленно!

- Посадка начинается в пять, ещё два часа времени.

- Пойдемте по магазинам! - немедленно предложила Божена. - Пора закупать сувениры!

- А не рано ли? - засомневался Марк.

- В самый раз, - поддержала я подругу, - идемте, хочу купить маленького игрушечного капитана!

Но Марк уперся злобным бараном и никуда нас не пустил, пришлось распивать пиво и изнывать в ожидании.

- Ну, пора, пожалуй, - сказал Гарри, посмотрев на часы, - заберем вещи, поищем таможню. Хотелось бы придти в числе первых, и не стоять в очереди из трехсот человек.

Забрав багаж, мы оперативно разыскали невыразительное, непрезентабельное и неприветливое здание таможни. Народ с сумками и чемоданами всех цветов и размеров дисциплинированно строился в очереди к большим столам, за которыми сидели наиважнейшие люди в форме. Они сверлили цепкими взглядами будущих пассажиров, и с такой брезгливой тщательностью изучали билеты и паспорта, будто сильнее сильного не хотели пропускать всю эту орду на корабль. Нас тоже долго мурыжили, нудно досматривали багаж, к сожалению, все у нас оказалось в порядке, и нас были вынуждены пропустить.

Корабль меня просто потряс. Здоровенный, белоснежный, как гигантский кусок сахара, он гордо ожидал пассажиров, а на борту красовалась надпись: "Солнечный ветер". По длинному гостеприимному трапу неторопливо взбирались люди с довольными лицами. И тут мне, так некстати, вспомнились кадры из знаменитого кинофильма "Титаник", там тоже очень довольные люди карабкались на большой, красивый корабль... Я тряхнула головой, отгоняя это, в высшей степени неприятное видение, успокаиваясь тем, что в августе мы днем с огнем не сыщем айсберг, даже если специально зададимся целью.

На последних ступеньках трапа нас встречали красивые загорелые люди в белоснежной форме, они улыбались и помогали пассажирам забраться внутрь корабля. Я тоже залезла внутрь, и остолбенела. Да это не корабль, это холл роскошного отеля! Крытые красными коврами полы, пальмы в кадках, сверкающие золотые перила... А посреди холла, линейкой, стоял весь экипаж и персонал в парадном облачении. Они приветствовали нас такими счастливыми улыбками, будто мы являлись дорогими долгожданными гостями, а не бандой оголтелых туристов, которые целую неделю только и будут, что всюду мусорить и ко всему придираться. Нас так же приветствовал и сам капитан лично! Высокий, красивый, немного пожилой, но стопроцентный капитан, просто до мозга костей! Все это меня так растрогало, что я собиралась идти вдоль всего строя, поочередно пожимая руки, и заверяя в искренней и вечной дружбе, но Марк успел пресечь этот порыв на корню, сказав, что достаточно просто улыбнуться и один раз сказать "здравствуйте".

Великолепный капитан сообщил, что через два часа будет счастлив увидеть всех в "Музыкальном салоне", где состоится знакомство друг с другом и кораблем.

В провожатые нам досталась красивая брюнетка. Не переставая улыбаться, она провела нас по крытой коврами лестнице на наш третий этаж. Всю дорогу я без конца задавала идиотские вопросы, а она с поразительным терпением, и, кажется, даже с удовольствием, на них отвечала.

Каюты наши тоже напоминали гостиничные номера, правда, вместо окон были круглые иллюминаторы, а вместо кроватей приделанные к стенам полки, конечно, не такие страшные, как в поездах. Любезная брюнетка все очень подробно объяснила и рассказала, но я все равно ничего не поняла. А зачем? На стене виднелась панель с кнопками вызова различной обслуги. Еще раз напомнив, что ждут нас в музыкальном салоне и, объяснив, как туда добраться, брюнетка ушла.

- Ну, что, - Марк с удовольствием огляделся, - давайте располагаться.

- Мы зайдем за вами. - Божена с Гарри отправились в свою каюту чуть дальше по коридору.

Распотрошив чемоданы, мы с супругом разбросали вещи по всей каюте и, довольные проделанным, принялись собираться в "Салон". Как пассажиры первого класса, мы просто обязаны были источать богатство и роскошь, поэтому, не взирая ни на какое протестующее брюзжание Марка: "душно, пекло, август месяц...", я впихнула его в парадную рубашку, галстук и костюм, а сама облачилась в изумрудное вечернее платье, оно лучше всего подходило к не поймешь какому цвету моих волос.

Вскоре постучались Божена с Гарри. На подруге было умопомрачительное сверкающее платье, а Гарри мужественно парился в выходном костюме.

- Идемте! - произнесла недосягаемо прекрасная Божена. - Пора показать им всем!

Что конкретно и кому мы собирались показывать, я не уточнила, но согласилась с подругой на все сто.

В поисках "Музыкального салона" мы немного, минут эдак сорок или пятьдесят поплутали по кораблю, забрались едва ли не в трюм, но нас вовремя успел отловить чем-то очень сильно озабоченный матрос, и великодушно проводил к "Салону".

"Музыкальный Салон" оказался чудесным рестораном красно-золотых тонах, с полукруглой сценой в центре. На столах празднично сверкали бокалы, бутылки шампанского, вазы с фруктами, блюда со всевозможной вкуснятиной.

Нас проводили к столикам первого класса, мы уселись за центральный, и заважничали. За стол к нам подсадили ещё двух господ и какую-то сонную даму. В процессе знакомства, я сообщила, что являюсь художницей, причем произнесено это было так, что ни у кого не должно было возникнуть сомнений, что Сальвадор Дали был моим учеником, причем не самым лучшим. Марк, попавший под гибельное влияние корабельной роскоши, так же возвестил о своей профессии, как о чем-то невероятно почетном и прибыльном. Как он это произнес: "Я историк-археолог!" О-о-о-о! Кто бы мог подумать, что откапывает он не золотые пирамиды, а черепки от старых горшков.

Божена сама представила Гарри:

- Это мой супруг Гарри Либерти, частный детектив!

О, надо было слышать, как она это сказала!

- Очень приятно познакомиться, - кланялись мужчины, а сонная дама сонно кивала. Настала очередь соседей представляться.

- Я Лев Петрушевич, - сказал лысоватый, полный, часто вытирающий лоб полосатым платком, господин, - имею фабрику по производству люстр, ламп, светильников "Петрушевич и сыновья".

Мы выразили радость по поводу знакомства.

- Мое имя Мавр Элиф, - представился второй - пожилой, седовласый, с симпатичным, немного расплывшимся лицом и печальными черными глазами.

Мне он понравился гораздо больше Петрушевича и я, совершенно искренне сказала, что счастлива познакомиться.

Сонную даму, как выяснилось, звали Ариадна Сирук, на этом она и ограничилась, впрочем, мы не настаивали на более подробном знакомстве.

Вскорости на сцену поднялся капитан. Он поприветствовал публику, пожелал приятного времяпрепровождения, сообщил, что после ужина нас поведут знакомиться с кораблем и техникой безопасности, ещё раз выразил надежду, что все нам понравится, и покинул наше светлое общество.

- Ну, господа, за хорошую дорогу, - шумно вздохнул Петрушевич, поднимая бокал с шампанским. - Хоть бы нас ветры обошли, только б качать не начало!

- У Вас морская болезнь? - спросила я для поддержания светского разговора.

Петрушевич неопределенно качнул лысиной и залом выпил.

- За незабываемое путешествие! - изрекла сверкающая Божена.

- За неповторимое путешествие! - добавила я.

Пророческие фразы сыпались одна за другой.

Глава пятая: Море, синее море!

Увлекшись ужином, мы и не заметили, как корабль снялся с якоря, и отправился в путь. Я немного взгрустнула по этому поводу, ведь хотелось посмотреть на отплытие, но быстро успокоилась, ведь ещё можно будет посмотреть на прибытие. Божене было все равно, поплыл корабль, или нет, она наслаждалась собственным присутствием в новой обстановке, и наверняка ощущала себя главной героиней какого-нибудь известнейшего фильма.

На сцене оркестр наигрывал зажигательные мелодии, распевал веселые песни, и основательно поддавшая часть пассажиров, постепенно начинала выплясывать. Мне тоже захотелось что-нибудь сбацать, но Божена запретила, сказав, что таким важным дамам не пристало оскандалиться в первый же вечер. Я не стала вступать в диалог. Мне был очень симпатичен Мавр Элиф, и я изо всех сил пыталась втянуть его в беседу. На все вопросы он отвечал вежливо, дружелюбно, но как-то рассеяно, казалось, он все время думает о чем-то важном, но малоприятном.