Взяв полотенце, Джеймс тщательно вытер лицо. Нет, что ни говори, а перспектива иметь женой ледышку Шарлотту со всеми ее светскими достоинствами его совершенно не соблазняла. Вот если бы ему подвернулась какая-нибудь симпатичная девушка, пусть не знатного рода, но которая пришлась бы ему по душе, он не стал бы долго раздумывать, но таковой не было и в ближайшее время не предвиделась.
Джеймс потер глаза ладонями. Черт побери, он попал в западню. Ситуация требует, чтобы он срочно женился: во время последнего покушения Ричарда колесо кареты прогрохотало в каком-то дюйме от его головы...
Вдруг в комнате отчетливо послышался тихий вздох, и Джеймс круто обернулся. Милостивый Боже! – кажется, в комнате есть еще кто-то! Как он допустил такую беспечность? В «Грин мэн» он чувствовал себя совершенно спокойно, что делало гостиницу отличным местом для расстановки западни. Джеймс наклонился, чтобы взять стоящую у камина кочергу, и, заметив развешанное повсюду белье, замер. Чулки, сорочка, платье – все вещи дешевые, из простой ткани. Откуда здесь женская одежда? А-а, так вот оно что! Теперь он понял, почему Роберт так хитро хихикал. Мерзавец притащил к нему в комнату проститутку!
Оставив кочергу у огня, Джеймс осторожно приблизился к кровати – в ней действительно спала девушка, до самого подбородка закутавшаяся в одеяло. Герцог поднял свечу повыше. Девушка что-то пробормотала во сне и пошевелилась; одеяло немного сползло, приоткрыв ее шею и плечи.
Джеймс изумленно смотрел на красавицу, словно с неба свалившуюся в его кровать: длинные волосы в беспорядке рассыпались по подушке волнистыми прядями, тонкие черты свежего лица, разрумянившегося во сне, ничуть не соответствовали обнаруженной Джеймсом одежде простолюдинки. Он с восхищением всматривался в высокие скулы, длинные ресницы и изгиб тонкой шеи. В мягком освещении единственной свечи незнакомка казалась совсем еще юной и невинной.
– Давай, моя прелесть, пора вставать. – Джеймс дотронулся до ее плеча. Кожа ее была нежной и теплой на ощупь. Его взгляд проследил за изящной линией, тянувшейся от ее скул до углубления на шее, представляя, с каким наслаждением он провел бы по этой линии губами.
Ему уже не хотелось, чтобы девушка проснулась. Хотя она и проститутка, все равно ее застало бы врасплох слишком явное свидетельство его заинтересованности. Он стоял обнаженный, так что не мог скрыть доказательство своего восхищения.
Девушка повела плечом и глубже зарылась лицом в подушку. Кто она? Уж не привез ли ее Робби из Лондона? Впрочем, вряд ли. Она явно понапрасну теряла время в такой тихой заводи, как «Грин мэн» – при ее красоте девушка вполне могла бы стать любовницей какого-нибудь богатого человека... например, его собственной любовницей... А что, замечательная мысль!
Однако, поколебавшись немного, он решил отложить этот вопрос на утро. Девушка выглядела слишком утомленной. Герцог никогда об этом не задумывался, но, вероятно, обычным проституткам приходится мало спать: дни они проводят в охоте за клиентами, а по ночам зарабатывают себе на хлеб. Пусть она как следует выспится, а утром он решит, что с ней делать.
Джеймс осторожно забрался в кровать с другой стороны и лег. Он чувствовал исходящее от девушки тепло и слышал ее ровное чистое дыхание. Улыбнувшись, он устроился поудобнее, стараясь не побеспокоить девушку, и закрыл глаза.
Хорошо бы побыстрее заснуть, чтобы не мучиться ожиданием утра...
Сначала Джеймс ощутил нежный запах – тонкий, чистый... женский. Он глубоко вздохнул, почувствовав у себя на груди какую-то легкую тяжесть и восхитительное тепло рядом со своим телом: что-то мягкое и округлое у предплечья и легкое дыхание, щекочущее ему шею...
Ах да, эта девушка, вспомнил он. Она по-прежнему спала рядом с ним. Джеймс осторожно перевел дыхание, чтобы успокоить внезапное возбуждение. Только не вздумай бросаться на нее, как дикое животное, строго приказал он себе, постарайся лучше подольше насладиться моментом.
Джеймс медленно открыл глаза. За ночь одеяло сползло ему до пояса, и теперь поперек его обнаженной груди лежала тонкая рука девушки. Не поворачивая головы, он прошелся взглядом от изящного изгиба ее кисти вплоть до нежного локтя. Лицо ее скрывали густые и волнистые рыжие волосы, а в углублении между его боком и рукой приютилась ее небольшая грудь. Он чувствовал ее мягкую и упругую округлость, и ему захотелось увидеть девушку всю, целиком.
Осторожно подняв свободную руку – чтобы не разбудить девушку, – он коснулся ее волос: на ощупь они были мягкими, словно золотистый шелк. Просунув пальцы сквозь шелковистые пряди, Джеймс приподнял их, чтобы заглянуть девушке в лицо. Нежная кожа, напоминающая свежий персик, была чистой, без веснушек, которые обычно свойственны рыжеволосым. Плюс к этому прямой нос, нежные тонкие губы. Может быть, когда она откроет глаза и заговорит, эта иллюзия рассеется, но сейчас она казалась похожей на сказочную принцессу. Он в жизни не встречал такой очаровательной проститутки.
Джеймс не мог оторвать взгляд от нежного тела, доверчиво прижимавшегося к нему. Эта девушка – просто чудо!
Герцог не стал ломать голову над тем, где Робби ухитрился достать ее. Главное – она здесь, у него! Он улыбнулся и прижался к розовым губам девушки своими губами.
Сару это прикосновение застало во время чудесного и удивительного сновидения. Она лежала в огромной мягкой кровати и почему-то без своей теплой ночной рубашки из фланели. Холода она не чувствовала, напротив, ей было очень тепло. Тепло исходило от чего-то большого, к чему она плотно прижималась, и хотя ей было очень приятно чувствовать это тепло, у нее возникло смутное ощущение чего-то греховного: возможно, потому, что вокруг нее витал теплый запах бренди.
Затем ее губы почувствовали сладостное прикосновение. Твердое и вместе с тем мягкое. Что-то напоминающее бархат. Невероятно искусительное. Ее губы шевельнулись, пытаясь определить новое ощущение, и были вознаграждены опаляющим жаром.
«Проснись, – сказал ей внутренний голос. – В этом хорошем есть что-то неприличное».
Сара отмахнулась от слабого голоса и тут же услышала странный хрипловатый стон, а ее губы освободились от этого необычного прикосновения. Она захныкала, желая вернуть его, и оно вернулось, только на этот раз коснулось ее шеи, прямо за ухом. Она приподняла подбородок, чтобы дать прикосновению больше места. В несколько легких касаний оно скользнуло по горлу и вниз, остановившись у самых ее сосков, которые в ответ сладостно заныли.
Что-то теплое и сильное массировало ее затылок и шею, затем по спине спустилось до бедер, скользя вдоль ее тела, которое неистово стремилось навстречу этим касаниям, горя как в огне. Сара вздрогнула и тяжело задышала.
