Читаем без скачивания Шаман. Дверь домой - Калбазов Константин

Ерохин внимательно наблюдал за происходящим со своего НП. Едва разобрались с дозором, как помехи пропали.

– Мех, это Опер.

– Мех на связи, – отозвался Савченко, главный механик их общины.

По голосу видно, что мужчина нервничает. Не боец, что тут сказать. Человек сугубо гражданский. Как и его специальность. Семейный. За шесть лет, что находится здесь, успел обзавестись пятью детьми. Супруга из аборигенок, сейчас ходит очередным. Работал на казенном заводе и в ус не дул. Никуда не лез. Ни с кем и никогда не конфликтовал. Специалист, что говорится, широкого профиля. И тут высылка как снег на голову.

Его определили в группу зачистки. Нельзя оставлять «Ниву» в ручье. Наследить изгнанники не боялись. Там и без того все истоптано. Так что никаких особых навыков не требовалось. Увести автомобиль, прибрать трупы и забросать возможные следы крови снегом.

– Работай, – приказал Ерохин.

– Принял, – отозвался Савченко.

И тут же из-за взгорка, за который уходил набитый колонной след, появился разгруженный КАЗ. Грузовик довольно бодро подбежал к «Ниве», и из него выпрыгнули шесть человек, которые бросились подбирать тела.

Седьмой, сам механик, направился к «Ниве». Оттолкнул мертвого на пассажирское сиденье. Осмотрел приборную панель. Включил передачу и отъехал назад. Вывернул руль и без труда поднялся на подрытый берег.

– Опер, это Мех.

– На связи.

– Машина в порядке. Трупы подобрали. Кровь присыпали снегом. Уходим.

– Поторапливайтесь.

Грузовик отправили на случай, если чисто сработать не получится и «Нива» окажется поврежденной. Но все сложилось как надо, и оба автомобиля бодро покатили в сторону взгорка, чтобы укрыться за его обратным скатом. И даже слишком бодро. Вот никакого желания у мужиков оказаться в эпицентре боя.

Они, конечно, в свое время прошли срочку и, возможно, даже поучаствовали в перестрелках. Регулярно бывали на сборах и учениях. Скорее всего, будучи под надежной защитой в Невьянске, даже чувствовали себя орлами. Но все это слетело с них как шелуха, едва только замаячила реальная опасность и пролилась первая кровь.

Видел Игорь, как они грузили трупы и присыпали снегом кровь. Правильно все же решили не привлекать к делу гражданских. Лучше уж пусть бойцов будет меньше, но в каждом из них быть уверенным. Чем надеяться на кота в мешке. Во всяком случае, пока. Потом-то жизнь заставит. Никуда не денутся. Но это будет позже.

Автомобили скрылись из поля зрения. И вновь повисла тишина. По идее, Вирус сейчас ведет активный радиообмен с колонной от имени передового дозора. Благодаря памяти имплантатов он сделал целый ряд нарезок фраз. Так что теперь, используя их, мог даже вести несложные переговоры.

Есть! Появилась колонна преследователей. Далековато оторвался дозор. Впрочем, при дальности эффективного огня пулеметов это нормально. По имеющимся у них сведениям, у беглецов есть два пулемета Дегтярева. Достаточный аргумент поберечься, при двух взводах, расположившихся в кузовах КАЗов.

– Шаман, это Опер.

– Шаман на связи.

– Ты там держи своих за яйца, чтобы не начали раньше времени.

– Андрюшенька, ты, может, не в курсе, но как минимум у двух из нас яиц отродясь не водилось, – раздался в гарнитуре голос Поповой.

– Брось, Настенька, пусть подержатся. Жалко, что ли, – томно и даже призывно произнесла Борисова.

– Ах, Дашенька, ты такая проказница, – игриво заметила Настя.

– Разговоры, – оборвал разошедшихся девушек Игорь.

Вообще-то понять их несложно. Они уже битых три часа сидят в засаде. Иначе как загодя занять позиции не получалось. Преследователи могли либо тянуть вола за подробности, либо ускориться. А им еще нужно и замаскироваться так, чтобы не оставить на снегу следы. Ну и нервное напряжение никуда не делось. На секундочку, противник имел трехкратное превосходство. А они по факту лежат в чистом поле.

Раньше Игорю доводилось видеть местные бэтээры только неподвижными. Да и то только один, что стоял на пограничной заставе. Теперь же сразу три, да еще и в движении. Не сказать, что скорость поражала. Километров двадцать, не больше.

Все же паровик он и есть паровик. Слишком уж громоздкий. Если на грузовике-трехтонке работает еще терпимо, то с машиной более одиннадцати тонн уже не так эффективен. Чтобы получить более или менее приемлемые характеристики, на бэтээре устанавливаются по два котла и паровые машины. Но даже в этом случае гусеничная техника не сравнится в скорости с колесной. Впрочем, тут и задачи совершенно иные.

Зато вооружение по местным меркам впечатляет. Бойницы для пяти стрелков с каждого борта. В конической башне пулемет Дегтярева с водяным охлаждением и ленточным питанием обеспечивает высокую плотность огня. Вкупе с бездымным порохом в местных реалиях это более чем серьезно.

Ручные пулеметы также имеют ленточное питание. Но ввиду неудовлетворительного качества стали замену ствола рекомендуется проводить через каждые двести выстрелов. О том, чтобы выпустить сотку непрерывным огнем, и говорить не приходится. Ствол перегреется.

Ну и защита. Броневые листы, расположенные под оптимальными углами, надежно защищают даже от пуль невьянских винтовок и пулеметов, что уж говорить о местных аналогах. Но, как уже говорилось, тут гвардейцев ожидал сюрприз.

Едва на берег ручья выполз третий бронетранспортер, как ударил хлесткий выстрел СВД. Вторя ей, грохнули остальные снайперские винтовки и пулеметы. Другое оружие в деле попросту не участвовало.

Ювелирная стрельба не получилась. Какие-то пули попали в котлы, из которых тут же вырвались струи пара. Первый грузовик сразу остановился на подъеме. Второй съехал по короткому спуску и уткнулся в его прицеп. В кабинах живых уже не было.

Свинец в считаные секунды изрешетил борта и изорвал брезент грузовиков. Дистанция в сотню метров для винтовочной пули все равно что в упор. Кинжальный огонь пробивал тела насквозь, поражая двоих, а то и троих разом.

Игорь наблюдал за тем, как бойцы вываливались из кузова. Кто-то воспользовался задним бортом. Другие вспарывали парусину с противоположной от противника стороны. И выбраться из этого ада получилось хорошо как трети.

У личного состава в бронетранспортерах дела обстояли не лучше. Пусть нападающие и отказались от использования против них огнеметов. Патроны повышенной пробиваемости с дистанции в сотню метров прошивали броневые листы на раз. Первые пули прилетели по водителям. В результьте две машины тут же встали как вкопанные, одна отвернула в сторону, но, проехав совсем немного, также остановилась.

Далее снайперы начали отрабатывать по пришедшим в движение коническим башням. И судя по тому, как те замерли, либо заставили пулеметчиков жидко обделаться, либо достали-таки их. Не забыли отстреляться и по бортам, выцеливая примерное местоположение стрелков, по бойницам.

Не прошло и минуты, как гвардейцы начали покидать коробочки. Из защищенной мобильной огневой точки те вдруг превратились в смертельную ловушку. М-да. Придется потом заклепывать пробоины. И будет их там немало. Но радует уже хотя бы отсутствие вырывающегося пара. Значит, не расстреляли котлы, как в случае с грузовиками. А то как волочь все это богатство?

– Группа один, работаем по секторам, – приказал Игорь.

И сам же, выполняя свой приказ, навел галочку на пулеметчика, уже залегшего в снегу и открывшего огонь по всполохам. Хлопок. И гвардеец уронил голову на приклад оружия. Второй номер так и не понял, откуда прилетела смерть. Он отвалил тело товарища в сторону и сам взялся за пулемет. Но выстрелить не успел. Прилетевшая бесшумная вестница смерти заставила его откинуться на спину.

Бородин сместил прицел на другую цель. Автоматчик. Не растерял хладнокровия. Бьет экономными расчетливыми двойками. Лупить очередями по засевшему противнику – почем зря переводить патроны. Хлопок! И этот готов.

И тут перед ним прошлась строчка фонтанчиков. Игорь вжался лицом в снег. Это явно не гвардейцы. Они как на ладони, так что он отлично наблюдает их. Получается, прилетел дружественный огонь. Интересно, у кого там проявилась повышенная косорукость? Или кого-то достали, и он задрал ствол? Вообще-то, засада была организована грамотно, так, чтобы не попасть в сектора своих. Но в бою чего только не случается.