просто невыносима и мужчина, уперевшись руками в раковину тихо взвыл, скалясь. Сильно зажмурившись, он вслепую повернул переключатель смесителя. Сложив ладони лодочкой и набрав воды, Генадьевич попытался умыть лицо, но это не помогло, жжение не пропало. Веки правого глаза уже невозможно было разомкнуть и мужчина, совершив волевое усилие, развёл их в стороны сам, чтобы посмотреть на результат.
Увиденное его не порадовало. Глазное яблоко стало красным практически полностью, а зрачок побелел. Внезапно жжение началось где-то за глазным яблоком и эту боль уже нельзя было перетерпеть в адекватном состоянии. Старческий организм не выдержал столь сильной перегрузки, и старик свалился на пол прямо в ванной комнате, потеряв сознание от боли.
А тем временем нечто проникло уже в мозг и прошлось по всей нервной системе и органам. Такая специфическая перестройка организма заняла довольно много времени и потому Кирилл Генадьевич так и пролежал до самого вечера, пока не очнулся и не обнаружил, что лежит в луже собственной крови, на спине. Вот только удивительно было для него другое. Он не дышал. В прямом смысле этого слова. Грудь мужчины не вздымалась и дело даже не в задержанном дыхании. За пять минут проведённые в попытках понять, что же происходит, Генадьевич так ни разу и не вздохнул, что было крайне странно и… Непривычно. Впрочем, в тот вечер его ждало куда большее количество открытий, нежели просто факт отсутствия у организма дыхательной функции.
Глава 2
[Утро первого дня. 9:15. Улица Офицерская]
Двое весьма отчаянных парней неслись уже два квартала, уже даже не обращая внимания на проносящиеся мимо автомобили. Казалось бы, город только начинал просыпаться и выбираться на улицу, однако мафия сделала свой ход. Определённое число заражённых, при котором у оставшихся в городе практически нет шансов на выживание, было достигнуто и потому зараза распространялась с бешенной скоростью.
Пробегая мимо врезавшейся в здание винно-водочного магазина, машины частной охранной группы, парочка заметила, что один из чоповцев уже склонился над телом другого и активно того пожирает. От увиденного Шиз моментально остановился, удивлённо уставившись на мужчину. Неизвестный, в серой спецовке, поверх которой был накинут чёрный жилет, с закреплённым на нём кобурой и парой подсумков под магазины.
— И это, бля, бешенство? — не громко спросил Николай.
— Оно самое, валить надо, — так же тихо ответил Даня, оглядываясь в поисках подручных средств, которые могли бы послужить оружием.
К его счастью, рядом валялось большое количество битого кирпича и стекла. Вооружившись острым красным осколком классического строительного материала, парень уверенно зашагал к безумцу.
В отличии от Шиза, Зум достаточно быстро пришёл в себя и виной всему этому была определённая профессиональная деформация. Человек, проработавший на катафалке водителем и грузчиком по совместителю, уже не боится разнообразных трупов. По работе Дане частенько приходилось выезжать на объекты, где тела фактически приходилось отскребать от пола. Поэтому страха не было, был лишь адреналин и стойкое желание не заразиться.
Охранник, словно почувствовав, что сейчас его будут бить, оторвался от трапезы и оскалился всеми оставшимися десятью зубами, поскольку нижняя челюсть была свёрнута на бок и держалась практически на коже, то её можно было не учитывать в общем подсчёте. Мужчина издал утробный звук и начал подниматься, когда к нему подскочил парень и с силой толкнул ногой в грудь.
От такого удара, заражённый завалился на спину, а Даня уже занял верхнюю позицию, резко нанеся удар осколком в висок. В кисти отдало, поскольку кусок кирпича был не лучшим орудием для нанесения колотых ран, да и дробящих тоже, однако прогресс всё же был. Мужчина дёрнулся и мотнул головой, даруя напавшему несколько мгновений для нового удара. И тот их не потратил зазря. Второе попадание пришлось туда же, куда и первое, только с большей силой, поскольку на сей раз, Зум не стал щадить охранника, в надежде всего лишь вырубить того. Проломив висок, он вогнал острый край в мозг и тут же отшатнулся назад, поскольку руки мужчины уже дёрнулись к его шее, а оказываться в партере с противником, который чисто за счёт массы может тебя придавить и совсем не брезгует укусами, как-то не желательно.
— Ствол, — напомнил Николай, уже присаживаясь рядом с обглоданным телом. У пострадавшего отсутствовал кожный покров на лице и большая часть так называемого «мяса», что выглядело весьма жутко.
Шиз, не сдержавшись, выблевал содержимое желудка на землю.
— Шаришь, сейчас фиг кто хватится парочки пропавших ижаков, а так, хоть какой-то огнестрел, — нервно усмехнулся Даня, дрожащими руками пытаясь расстегнуть кобуру у затихшего заражённого.
Удалось ему это только со второй попытки, однако вытащив Иж-71, он даже как-то приободрился. Рефлекторно отведя защёлку магазина, парень выщелкнул тот и довольно хмыкнул.
— Смотри-ка, а походу девять на семнадцать ещё в ходу, — он одобряюще покивал головой и не досылая магазин, оттянул затвор чуть назад, предварительно скинув флажок предохранителя в нижнее положение. Патрона в патроннике не оказалось, так что Зум поставил затвор на задержку в заднем положении, тут же дослав магазин и сбросив кнопку с насечкой. Характерный лязг и вот, парень уже вооружён и опасен.
— А че, жилет брать не станешь? — негромко спросил Николай, утирая губы рукавом кофты.
— А нафига? — ответил вопросом на вопрос, Даня, сразу же вытаскивая два запасных магазина и пряча их в карманы своих джинсов. — Смысла нет, сейчас наверняка многие на нервах и любое тело в камуфляже или в полувоенной одежде, а уж тем более в жилетке с кобурой, является потенциальной угрозой, так что ну его нафиг. Если уж в городе начались серьёзные беспорядки, словно в фильме про зомби апокалипсис, то лучше иметь стволы, да так, чтобы об этом никто не знал.
Рассуждая вслух, парень так же изъял оружие и полные магазины у второго тела, а также решил проверить машину.
— А там-то ты че хочешь найти? — удивился Шиз, пытаясь не смотреть на то, как мародёрит его друг. Казалось бы, именно боксёр пошёл по кривой дорожке, но более подготовленным оказался парниша, который мог спокойно и трезво мыслить в критической ситуации.
— Это, — отозвался парень, вытащив из багажника резиновые дубинки. — Помнишь, котлета залил одного из баллончика, а тому пофиг? На удары дубинкой он же реагировал, так что гасим в голову, на крайняк, стреляем. Ты как, с макарыча умеешь?
— Неа, я как-то больше кулаками, всякие эти пукалки для пи… — начал было распаляться бывший боксёр, но осёкся. — Короче, на говне я не ходил.
— Ну значит, пока что стволы будут у меня, а там посмотрим, — усмехнулся Даня, досылая патрон в патронник второго ижака и ставя оба пистолета на предохранители. Спрятав оружие под
