Мф. 25, 31-46
И пойдут сии в муку вечную,
а праведники в жизнь вечную.
Мф. 25, 46
Первое наименование этой Недели (воскресенье в православии называется неделя) объясняется из того, что с нею оканчивается разрешение вкушать мясо (мясопуст - отпуст или прекращение употребления мяса) и возобновляется в среду и пятницу пост, а второе - из напоминаемого в эту Неделю евангельским чтением будущего всеобщего Страшного Суда живых и мертвых, который изображается во всей церковной службе. Напоминанием о последнем неподкупном и Страшном Суде Святая Церковь, изображая ужасные следствия беззаконной жизни, устрашает и побуждает всех нас к покаянию и указывает на милосердие к бедным как на средство помилования от вечного за грехи осуждения на Страшном Суде, внушая, что никто не должен чрезмерно надеяться на великое милосердие Божие, представляемое в Неделю о сыне блудном, потому что милосердный Господь есть и праведный Судия, воздающий каждому по делам, и что покаяние и благочестие наше должны непременно сопровождаться благотворением ближним. Ибо Господь произнесет последний суд Свой преимущественно по делам милосердия, и притом возможных для всех, не упоминая о других высших добродетелях, неодинаково доступных для каждого. Из нас никто не скажет, что не мог алчущего напитать, жаждущего напоить, посетить больного и узника. Но творя телесные дела милости, позаботимся особенно о духовных делах милости, которыми тело и душа ближних облегчаются.
Побуждая и располагая нас к посту и покаянию изображением будущего Страшного Суда, Церковь в Неделю мясопустную приготовляет нас к приближающемуся пощению сокращением пищи и страха ради судного: ибо прародители за невоздержание изгнаны были из рая и подверглись осуждению.
Протоиерей Григорий Дебольский,
"Дни богослужении Православной Церкви".
ПЕСНОПЕНИЯ ИЗ СЛУЖБЫ В НЕДЕЛЮ МЯСОПУСТНУЮ
Плачу и рыдаю, егда в чувство прииму огнь вечный, тьму кромешную, и тартар, лютый червь, скрежет же паки зубный и непрестанный, болезнь имущу быти без меры согрешившим, и Тебе Преблагаго нравом лукавым прогневавшим, от нихже един и первый есмь аз, окаянный: но, Судие, милостию Твоею спаси мя, яко Благоутробен.
"Плачу и рыдаю, когда только вспомню огнь вечный, тьму кромешную, ад, лютого червя, а также и постоянный скрежет зубов, и страдания, ожидающие без меры грешивших и Тебя, Премилосердого, прогневавших злою жизнью, из коих первый и единственный грешник - это я, окаянный. Но, Судия, как Всещедрый, спаси меня по Твоей милости!"
Стихира на "Господи, воззвах", глас 6
"Познавши заповеди Господни, будем жить так: голодающих накормим, жаждущих - напоим, нагих оденем, странников введем в дом, болящих и в темнице находящихся посетим. Да скажет и нам Грядущий судить всю землю: "Приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царство" (Мф. 25, 34).
Господни разумевши заповеди, тако поживем: алчущия напитаим, жаждущия напоим, нагия облечем, странныя введем, болящия и в темнице сущия посетим. Да речет и к нам Хотяй судити всей земли: придиите, благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие.
Стихира на литии, глас 7
Увы мне, мрачная душе, доколе от злых не отреваешися; Доколе унынием слезиши; Что не помышляеши о страшном часе смерти; Что не трепещеши вся Страшнаго Судища Спасова; Убо что отвещаеши; Или что отречеши; Дела твоя предстоят на обличение твое, деяния обличают клевещуща. Прочее, о душе, время наста: тецы, предвари, верою возопий: согреших, Господи, согреших Ти. Но вем, Человеколюбче, благоутробие Твое, Пастырю добрый, да не разлучиши мене одесную Тебе предстояния, великия ради милости Твоея.
"Горе мне, мрачная душа! долго ли ты не отстанешь от зла? долго ль ты будешь беспечно жить? что ты не думаешь о страшном часе смерти? Отчего ты не трепещешь Страшного Суда Спасителева? Что ты будешь отвечать? Или в чем будешь запираться? Твои дела стоят в обличение тебя; твои поступки - не в твою пользу. Впрочем, душа, время наступило: спеши, иди и с верою возопий: согрешила я, Господи, согрешила пред Тобою. Но я знаю, Человеколюбец, милосердие Твое. Пастырь добрый, не лиши меня стояния одесную Тебя по великой Твоей милости!"
Славник стихир на стиховне, глас 8
Егда приидеши, Боже, на землю со славою, и трепещут всяческая: река же огненная пред судищем влечет, книги разгибаются, и тайная являются: тогда избави мя от огня неугасимаго, и сподоби мя одесную Тебе стати, Судие Праведнейший.
"Когда Ты придешь, Боже, в славе на землю, все затрепещут: ибо огненная река потечет перед местом Суда, откроются книги совести, и тайны обнаружатся. Тогда избави меня от огня неугасимого и сподоби стать справа от Тебя, Судия Праведнейший".
Кондак по 6-й песни канона, глас I
ТРИ ГЕЕНСКИЕ МУКИ
Други наши, сегодня, в Неделю о Страшном Суде Божием, грядущем, как тать, на всю вселенную, в воспоминание о дне, когда решится окончательно и бесповоротно участь всякого земнородного, живущего и уже поглощенного смертью, когда каждый из нас услышит - или: ... приидите, благословенный Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мира, или: ... идите от Мене, проклятии, во огнь вечный, уготованный диаволу и ангелом его - мне хочется привести для вас мало кому известное свидетельство живого человека об истинности адских мук, ожидающих тех, кто услышит страшное слово последнего приговора: ... отымите от Мене... (Мф. 25; 34,41). Сегодняшний рассказ укажет всем страждущим единственно верный путь несения подвига и путь к исцелению - это вера, молитвы Церкви и Божий милости, подаваемые страждущим в таинствах Церкви.
Николай Александрович Мотовилов - человек горячего и искреннего сердца, дабы действительно послужить памяти отца Серафима, решил лично поехать на родину великого старца, в Курск, и собрать сведения о его детстве и юношестве. Поездка эта имела весьма тяжкие последствия для Николая Александровича: он заболел по попущению Божию от врага, излившего на него свою месть за труд, послуживший к прославлению угодника Божия, отца Серафима. Обстоятельства, предшествовавшие болезни Николая Александровича Мотовилова и объясняющие ее начало, были следующие.
Как-то раз в беседе с преподобным Серафимом зашел разговор о вражьих нападениях на человека. Светски образованный Мотовилов не преминул, конечно, усомниться в существовании злой силы. Тогда преподобный поведал ему о своей страшной борьбе с бесами в течение тысячи дней и ночей. Авторитетом своей святости, силою своего слова, в котором не могло быть даже тени лжи или преувеличения, старец убедил Мотовилова в существовании бесов не в призраках или мечтаниях, а в самой настоящей горькой действительности.
Пылкий Мотовилов так вдохновился повестью старца, что от души воскликнул:
- Батюшка, как бы я хотел побороться с бесами!
Батюшка Серафим испуганно перебил его:
- Что вы, что вы, ваше Боголюбие! Вы не знаете, что вы говорите. Знали бы вы, что малейший из них своим когтем может перевернуть всю землю, так не вызывались бы на борьбу с ними!
- А разве, батюшка, у бесов есть когти?
- Эх, ваше Боголюбие, и чему только вас в университете учат?! Не знаете, что у бесов когтей нет. Изображают их с копытами, когтями, рогами, хвостами потому, что для человеческого воображения невозможно гнуснее этого вида и придумать. Таковы в гнусности своей они и есть, ибо самовольное отпадение их от Бога и добровольное их противление Божественной благодати из Ангелов света, какими они были до отпадения, сделало их ангелами такой тьмы и мерзости, что не изобразить их никаким человеческим подобием, а подобие нужно, - вот их и изображают черными и безобразными. Но, будучи сотворены с силой и свойствами Ангелов, они обладают таким для человека и для всего земного невообразимым могуществом, что самый маленький из них может своим когтем перевернуть землю. Одна Божественная благодать Всесвятаго Духа, туне даруемая нам, православным христианам, за Божественные заслуги Богочеловека Господа нашего Иисуса Христа, одна она делает ничтожными все козни и злоухищрения вражий.
Жутко стало тогда Мотовилову. Прежде, под защитой преподобного, он мог не бояться злобы сатанинской. Но легкомысленный, дерзкий вызов, по попущению Божию, не остался без последствий - он был принят. После кончины старца Мотовилов поехал в Курск. Поездка в Курск и пребывание в нем были вполне благополучны. Гроза ждала Мотовилова на возвратном пути в Воронеж. На одной из почтовых станций по дороге из Курска Мотовилову пришлось заночевать. Оставшись совершенно один в комнате для приезжих, он достал из чемодана свои рукописи и стал разбирать при тусклом свете одиночной свечи, еле освещавшей просторную комнату. Одною из первых ему попалась запись об исцелении бесноватой девицы из дворян, Еропкиной, у раки святителя Митрофана Воронежского.
