Читаем без скачивания Акт исчезновения - Ричард Матесон

— Ладно, ладно, забудем. Но я-то тут при чем?

— Я не могу их найти. Они исчезли. Я даже не могу доказать, что они когда-либо существовали.

Он пожал плечами.

— И что с того?

Потом он спросил меня, знает ли Мэри. Я отмахнулся от его вопроса.

— Разве я не упоминал Джин в одном из своих писем? — спросил я его.

— Не могу сказать. Я никогда не храню письма.

Вскоре я ушел. Он сделался слишком уж любопытным. Я ясно представил себе дальнейшее. Он рассказывает своей жене, его жена рассказывает Мэри — и катастрофа.

Когда я потом ехал на работу, меня охватило кошмарное чувство, что и сам я являюсь чем-то временным. А когда я опустился на сиденье, мне показалось, что я завис в воздухе.

Мне кажется, я схожу с ума. Потому что я нарочно толкнул одного старика, проверить, видит ли он меня, осязает ли. Он возмутился и обозвал меня неуклюжим болваном.

Я был ему за это благодарен.

Сегодня во время работы я снова позвонил Майку, выяснить, помнит ли он Дейва из колледжа.

Я услышал гудок, затем сброс. Подключилась телефонистка и спросила:

— По какому номеру вы звоните, сэр?

Меня пробрал озноб. Я назвал ей номер. Она сказала мне, что такого номера не существует.

Трубка выпала у меня из рук и грохнулась об пол. Мэри встала из-за своего стола посмотреть.

— Алло, — кричала телефонистка, — алло, алло…

Я поспешно поднял с пола трубку и положил ее на рычаг.

— Что случилось? — спросила Мэри, когда я вернулся за свой стол.

— Уронил телефон, — сказал я.

Я сел, принялся работать, дрожа от озноба.

Я боюсь говорить Мэри о Майке и его жене Глэдис.

Я боюсь, она ответит, что никогда не слышала о таких.

Сегодня я заходил в «Руководство по дизайну». В справочном мне сказали, что издательства с таким названием не существует. Однако я все равно отправился в город. Мэри рассердилась на то, что я ухожу. Но я должен был пойти.

Я вошел в здание. Просмотрел список компаний в фойе. И хотя я знал, что не найду в этом списке журнала, я был потрясен, на меня накатила дурнота и чувство опустошенности.

У меня кружилась голова, когда я поднимался на лифте. Было такое ощущение, будто меня уносит куда-то вдаль.

Я вышел на третьем этаже, на том самом месте, откуда как-то раз забирал Джин.

Здесь помещалась текстильная компания.

— Тут никогда не было редакции журнала? — спросил я секретаря в приемной.

— На моей памяти не было, — сказала она. — Правда, я здесь работаю всего три года.

Я отправился домой. Сказал Мэри, что заболел и сегодня вечером на работу не пойду. Она сказала, ладно, тогда она тоже не пойдет. Я отправился в спальню, чтобы побыть одному. Я стоял на том месте, куда мы собирались поставить новую кровать, когда ее привезут на следующей неделе.

Вошла Мэри. Нетерпеливо потопталась в дверном проеме.

— Боб, что происходит? — спросила она. — Неужели у меня нет права знать?

— Ничего, — ответил я.

— Прошу тебя, не надо так говорить, — сказала она. — Я же знаю, что что-то происходит.

Я пристально посмотрел на нее. Потом отвернулся.

— Я… мне нужно написать письмо, — сказал я.

— Кому?

Я взвился.

— Это мое личное дело, — сказал я.

После чего сказал ей, что письмо Джиму.

— Хотела бы я тебе верить, — сказала она.

— Это еще что такое? — возмутился я.

Она посмотрела на меня долгим взглядом, после чего развернулась.

— Передавай Джиму привет от меня, — сказала она, и голос ее дрогнул.

От того, как она это произнесла, меня передернуло.

Я сел и написал Джиму письмо. Я решил, что он сможет помочь. Слишком отчаянное положение, чтобы заботиться о конспирации. Я рассказал ему, что Майк пропал. Я спрашивал его, помнит ли он Майка.

Забавно. Рука у меня практически не дрожит. Может быть, так обычно и бывает, когда с тобой почти покончено.

Сегодня Мэри отправилась печатать какой-то дополнительный заказ. Она рано ушла.

Позавтракав, я взял из металлической коробки в шкафу свою банковскую книжку. Нужно было снять денег на кровать.

В банке я заполнил бланк на снятие со счета девяноста семи долларов. Потом встал в очередь и наконец протянул бумагу и книжку кассиру.

Он раскрыл книжку и, нахмурившись, уставился в нее.

— Вы полагаете, что это весело? — спросил он.

— Что именно весело? — не понял я.

Он толкнул банковскую книжку ко мне.

— Следующий, — сказал он.

Наверное, я закричал.

— Да что с вами такое?!

Краем глаза я увидел, как один из работников подскочил на своем стуле и поспешил ко мне. Женщина у меня за спиной сказала:

— Пропустите меня, пожалуйста, к окошку.

Тот человек подошел и засуетился вокруг меня.

— У вас какие-то неприятности, сэр? — спросил он.

— Кассир отказывается выдавать деньги по моей книжке, — объяснил я ему.

Он попросил мою книжку, открыл ее. После чего поднял на меня удивленные глаза. И заговорил негромко.

— Но ваша книжка пуста, — сказал он.

Я схватил ее и уставился, чувствуя, как колотится сердце.

Книжка была совершенно чистая.

— О боже мой! — застонал я.

— Может быть, мы проверим по номеру книжки, — сказал мне банковский служащий. — Не пройдете ли вы к моему столу?

Но на книжке не было никакого номера. Я видел. И чувствовал, что слезы текут из глаз.

— Нет, — сказал я. — Нет. — Я прошел мимо него и направился к двери.

— Подождите минутку, сэр, — окликнул он меня.

Я побежал и бежал всю дорогу до дома.

Я уселся в гостиной, ждать, когда Мэри вернется домой. И жду до сих пор. Смотрю на чистую банковскую книжку. На строчку, в которой стояли две наши подписи. На графы, куда мы вписывали суммы вкладов. Пятьдесят долларов от ее родителей на нашу первую годовщину. Двести тридцать долларов, выплаченных по страховке для бывших военнослужащих. Двадцать долларов. Десять долларов.

Ничего нет.

Все исчезло. Джин. Салли. Майк. Имена упархивали прочь, а вместе с ними и люди.

Теперь вот это. Что дальше?

Я знаю.

Мэри не вернется домой.

Я позвонил на работу. Услышал голос Сэма, спросил его, там ли Мэри. Он сказал, что я, наверное, ошибся номером, никакая Мэри здесь не работает. Я назвался. Спросил его, работаю ли у него я сам.

— Кончай разыгрывать, — сказал он. — Увидимся в понедельник вечером.

Я позвонил своей двоюродной сестре, родной сестре, двоюродной сестре Мэри, ее родной сестре, ее родителям. Никто не ответил. Даже гудков не было. Ни один из номеров не работал. А потом исчезли и номера.