"Вы ничего не понимаете", говорит Миранда, гасит сигарету об исцарапанный красный пластик стола и встает. Банка Коки опрокидывается, выплескивая шипящий ручеек. "Не знаю, во что вы играете, но хочу, чтобы вы оставили меня в покое. Хорошо?"
Я удивлен, обнаружив, что чувствую разочарование ее отказом. Когда она поверачивается, я говорю: "Если снова захочешь поговорить со мной, приди сюда и спроси мистера Карлайла. Сделаешь?"
Она просто пинает входную дверь и выходит.
Стоя за стойкой, Роза смотрит на меня и слегка качает головой, но изумление ли это, симпатия или неодобрение нельзя сказать.
x x x
С тех самых пор, как скончались мои родители, и я покинул Эдинбург ради Лондона, я провел большую часть жизни в одиночку, и большую часть этого времени я прожил в узком, высоком георгианском доме в районе Спиталфилдс на краю Сити. Это тихое, комфортабельно запущенное место. Единственным современным улучшением было газовое освещение и газовый гейзер, который, если его зажечь, с мощным вулканическим грохотом выплевывал в ванную мизерную струйку горячей воды. Немногие духи, населявшие дом, были безвредны; они, да мыши в стенах, были моей единственной компанией. Я обеспечил, чтобы каждый порог дома был хорошо защищен, и не давал объявлений для своей клиентуры. Если кому-то были нужны мои услуги, он должен был найти свою дорогу ко мне.
Двое в антикварном Ягуаре еще не обнаружили мой дом, однако в четвертую ночь кряду, когда я иду домой после неудачного разговора с Мирандой, они меня находят по дороге.
Их кроваво-красный автомобиль стоит возле автобусной остановки напротив городского зала района Шоредитч. Когда я приближаюсь, пассажирская дверца открывается и наружу выбирается человек, который уже трижды приставал ко мне. Ему за сорок, он высокий и широкоплечий, со шрамами и сломанным боксерским носом. Кремовый льняной костюм и рубашка матового шелка выглядят дорогими, но измятые и пропотевшие. У него пробивается борода, и поэтому хмурый, изможденный вид. Когда я пробую обойти его, он шагает следом. Он пока не отваживается наложить на меня лапы - пока еще нет.
"Вы упрямый человек", говорит он, "однако мой босс очень терпелив."
"Другие сказали бы, что он до глупости настойчив."
"Мой босс крайне сильно желает эту книгу. Он приказал мне сделать все, что я могу, чтобы заставить вас увидеть смысл в его предложении. Вы понимаете, что я имею в виду, мистер Карлайл?"
Он говорит ровно и механически, словно цитируя то, что заучил наизусть.
"Можете передать ему, что он напрасно тратит время. Книга не продается."
Я убыстряю шаг, однако человек легко шагает рядом. Ягуар тащится сзади. Я гляжу на водителя, но не могу разглядеть лица сквозь полоску света, отраженного на стекле.
"Мой босс щедр на свое время", говортт громадина. "Он вообще очень щедрый человек. И как таковой, он готов принять во внимание любую цену, которую вы назовете. Он сказал, чтобы я передал вам это. Я предупреждал его, я говорил, что этот человек вас надует, но ему все равно. Деньги для него ничего не значат. Почему бы вам не сесть в машину, мистер Карлайл? Мы могли бы обсудить все в комфорте."
"Думаю, нет."
"Вы не доверяете мне?"
"Я вам, конечно, не доверяю. И также нахожу некомфортабельными все разновидности современного транспорта."
"Я обратил внимание, что вы повсюду разгуливаете пешком. Это опасно. Всякое может случиться."
Мы достигаем перекрестка с шоссе А10, пять рядов свежего асфальта чернеют, как глубокая вода. Вдоль него располагается группка бледных духов, словно цапли на берегу реки. Я останавливаюсь перед светофором, и Ягуар останавливается тоже. Свет горит зеленый, белый фургон гудит своим горном, объезжает его и рвет через перекресток.
"Вы живете где-то поблизости", говорит человек. "Почему бы нам не зайти к вам и не поговорить обо всем?"
"Зачем ваш босс, чтобы поговорить со мной, посылает марионетку?"
Светофор над нами переключается на красный и я бегу через А10, перемещаясь меж горстки машин, что набирая скорость от перекрестка, соревнуются, кто быстрее доберется в Сити. Человек дергается было за мной, но ему приходится отпрыгнуть назад, когда черный кабриолет чуть не переезжает его. Я скольжу мимо другого черного кабриолета в дизельный выхлоп от громадного грузового трейлера и достигаю той стороны дороги.
Человек отступает и нетерпеливо топчется рядом с Ягуаром. Он кричит мне, его голос прерывался грубым ревом уличного движения: "Мы отыщем, где вы живете! Мой босс, он не сдается!"
Я не могу удержаться и салютую своим гомбургом. Я хожу еще час, пока ощущение преследования окончательно не уходит прочь, потом, наконец-то, поворачиваю к дому.
x x x
Я растрачиваю следующий вечер в бесплодных поисках Миранды. Несколько моих обычных информаторов зналют девушку, за которой следуют прирученные импы, но ни один не знает, где она живет. "Она проводит прорву времени ниже на Кинг-Кросс", говорит один. "Отпугивает приставал своими дружочками. Те фланируют в поисках кратковременных игр и забав, а она склоняется к стеклу и дает им почуять. Они потом мчат по дороге, с плачем и в слезах."
Похоже на то, что она пугает приставал на машинах уже несколько месяцев. Когда я спрашиваю информатора, почему он не говорил о ней прежде, он выдает нечто эквивалентное пожатию плеч и отвечает, что я не спрашивал.
"Ты должен знать, что я интересуюсь подобными ей."
"Подобными вам, вы хотите сказать. Наверное, да. Но я вижу всяких, мистер Карлайл, особенно в последние дни. Просыпаются твари, которые должны были давно уйти. Голодные твари. Я сейчас пытаюсь держаться сам по себе, но это не легко, даже здесь."
Мы встретились на краю пустыря. На дальней его стороне трое мужчин сидят у костерка, который они соорудили из щепок и картонных коробок, передавая по кругу бутылку сивухи.
"Бедные уроды", говорит мой информатор. Он тонок, как струйка дыма, и клонится под углом, словно на большом ветру. "Довольно скоро они присоединятся ко мне."
Я делаю свое ритуальное предложение отправить его на покой, он так же ритуально отвечает отказом. "Мне все еще интересно, что происходит, мистер Карлайл. В тот день, когда это станет не так, я, возможно, прибегну к вашему сервису, и вы развоплотите меня или что вы там делаете, чтобы заставить подобных мне исчезнуть. Но сейчас я никоим образом еще не готов."
Я настраиваю себя на поиски на шумных улицах района Кинг-Кросс, терплю неудачу, и иду вверх по холму в Айлингтон. Хотя и здесь мне нет счастья найти Миранду, и под конец я сдаюсь и возвражаюсь домой. Три утра. На сей раз не видно ни следа кроваво-красного Ягуара, а когда я достигаю улицы, где стоит мой дом, то понимаю почему. Все препоны, что я установил, нарушены, пронзительно вопя у меня в голове, словно обычные сирены от воров. Более века я никогда не чувствовал необходимости запирать переднюю дверь, однако теперь, когда я вступаю в знакомый мглистый хаос моей прихожей, я запераю ее за собой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
