Наверняка там очень красиво! И поскольку это единственное приглашение, которое она получила, почему бы не откликнуться на него? Ведь её ждут! И, думается, будут расстроены, если она не приедет.
– У меня тоже будет настоящий праздник! – вслух воскликнула Шейлин, глядя на снегопад, который с сегодняшнего дня стал для неё предвестником хороших новостей.
Агна
Возвращаясь домой из кофейни, где она встречалась с Эдмундом дэ Льюисом, Агна думала о том, как причудливо порой складывается жизнь. Этот молодой человек и вправду помог ей, отговорив родителей от идеи выдать её замуж за вдовца солидного возраста. Но тогда она решила, что Эдмунд заинтересован в ней сам, он же… подал идею об её браке с его кузеном.
В Кайрина дэ Льюиса были влюблены многие её подруги. Шутка ли – единственный в Айсверне дракон! Дракон из древнего рода владык и покровителей города. Да ещё и такой красавчик! После возвращения из академии он стал ещё привлекательнее, и девушки едва ли не соревновались за право попасться ему на глаза и обратить на себя его внимание. Однако Кайрин как будто бы и не замечал этих попыток ему понравиться. Нет, он, разумеется, был со всеми приветлив и вежлив, как и полагалось представителю его семьи, но определённо никого из толпы поклонниц не выделял.
Должно быть, ждал встречи с какой-то особенной девушкой…
Самой же Агне казалось, что внешность Эдмунда ничуть не хуже, чем у его кузена. Но стоило ей робко намекнуть на то, что он тоже неплохая кандидатура, родители немедленно возразили. Им слишком уж пришлась по душе выгодная перспектива сделать её супругой дракона и по сути хозяйкой всего Айсверна. А Эдмунд, пусть он тоже носил фамилию дэ Льюис и обладал магическим даром, был всего лишь его родственником, лишённым способности менять облик. Да и предложения он ей не делал и явно не собирался, что стало ещё очевиднее после их сегодняшней беседы в кофейне.
Агна задрала голову к небу, с которого валил снег, и вспомнила о том, что приближается первый праздничный день, который называли Днём загадывания желаний. В прошлом году она загадала влюбиться. Хотелось испытать это чувство, о котором столько говорят и пишут в книгах. Вот и влюбилась… на свою голову. В того, кто никогда не ответит ей взаимностью.
Глава 3
Шейлин
Собрать вещи оказалось совсем несложно. У Шейлин был не слишком большой гардероб, а с собой она решила взять только самое нужное. Всё-таки дорога неблизкая, а тащить саквояж, кроме неё, некому. За некоторыми адептами из богатых семей приезжали личные кареты с кучерами, лакеями и горничными, но Шейлин Холмс могла рассчитывать только на переполненный почтовый дилижанс. Ожидая его, она стояла на перекрёстке неподалёку от академии и, морща нос от морозного солнца, смотрела в ту сторону, откуда должен был прибыть транспорт.
Наконец дилижанс, поскрипывая колёсами, показался впереди. Лошади, понукаемые возницей, бежали резво, и снег летел из-под их подкованных копыт во все стороны. Крупный снежный комок оказался прямо на подоле дорожного платья Шейлин, оставив след. Отряхиваясь, она не сразу заметила, что к ней присоединился ещё один пассажир. Незнакомый молодой человек в залихватски сдвинутой набок шляпе, из-под которой выбивались ярко-рыжие пряди, потянулся к её саквояжу.
– Позвольте помочь, мисс?
– А у вас что же, совсем нет поклажи? – удивилась Шейлин, обнаружив, что он с пустыми руками.
– Я предпочитаю путешествовать налегке. Меня, кстати, Робин зовут. Робин Брок.
– Шейлин Холмс.
Погрузив её саквояж в багажное отделение остановившегося дилижанса, Робин помог девушке подняться на его подножку. Мест в почтовой карете оставалось всего два, как раз для них. Остальные пассажиры дремали или смотрели в окошки, хотя за ледяными узорами на них сложно было что-то разглядеть.
Поблагодарив молодого человека за помощь, Шейлин устроилась на сиденье и сложила руки на коленях. При себе у неё осталась только небольшая сумка, в которую были сложены деньги, документы, а также любимый кулон со снежноцветом и письмо из Айсверна. Всё ещё не верилось, что какая-то семья ждала её к себе, чтобы провести под крышей их дома праздничные дни.
Как давно она испытывала такое чувство? Волнительного ожидания и предвкушения ждущей впереди радости. Должно быть, только в детстве, когда ещё были живы родители, а после – когда надеялась, что тётя и дядя полюбят её как родную. Но их любви едва хватало для собственных дочерей, для приёмыша уже ничего не оставалось. Если бы им не посулили деньги за опеку над ней, Шейлин пришлось бы отправляться в приют, как многим другим сиротам.
Робин, покосившись на других пассажиров и, очевидно, никем не заинтересовавшись, завёл разговор с Шейлин. Поинтересовался, откуда и куда она едет, подивился тому, что такая хрупкая девушка учится в магической академии. Она, не удержавшись, рассмеялась – в королевстве многие считали, что магия, особенно боевая, подходит только для румяных здоровяков. Впрочем, боевую Шейлин и не изучала, её гораздо больше привлекала целительская и другие созидательные направления. В своих мечтах она видела себя штатным целителем в каком-нибудь небольшом, но уютном городке вроде того же Айсверна, а ещё хотела бы открыть лечебницу для животных, которых очень любила.
Обо всём этом Шейлин охотно рассказывала случайному попутчику, а он внимательно слушал, кивал и нахваливал её благие жизненные цели. О себе же Робин говорил мало. Сказал, что помогает отцу в обувной лавке, а сейчас едет в Вейцер навестить старшего брата с семьёй, и девушка удивилась, что он не захватил даже гостинцев для племянников, не говоря о подарках к наступающему празднику.
– По дороге куплю, – махнул рукой собеседник, и Шейлин улыбнулась. Ох уж эти парни! Ни о чём-то они заранее не думают.
Она рассчитывала, что сумеет добраться на почтовом дилижансе прямо до Айсверна, но оказалось, что он туда не идёт. Вернее, идёт, но лишь на другой день, а по дороге останавливается в относительно крупном городе под названием Доринск. Тем пассажирам, кто следовал дальше, предлагалось скоротать ночь на постоялом дворе, где собирался переночевать и сам возница.
Шейлин, пересчитав свои довольно скромные средства, решила, что снимет самую маленькую комнату. Большего ей и не надо, она худенькая и много места не занимает. К тому же ужин и завтрак на постоялом дворе входили в счёт за ночёвку.
Ей никогда прежде не приходилось бывать в таких местах, и поначалу, выйдя из кареты, Шейлин немного оробела. Куда идти, к кому обращаться? Кругом толпились люди. Доставали свои вещи, выгружали почту. Едва успев
