Читаем без скачивания Восточный квест - Анатолий Матвиенко

Просмотрев материалы по Сартакову, а также сенсационные новости из глобальной сети про шпионский скандал, шеф Тибета наконец сформулировал свое отношение к Олегу. Его отказ информировать о важнейших подробностях транзита и утрате левой кисти свидетельствовал, что он, действующий полковник Объединенного флота Земли, не может считаться достаточно лояльным и доверенным лицом. Не исключено, что неуправляемый русский способен преподнести новые сюрпризы, за которые держать ответ также придется его прямому начальнику.

В середине ночи или в начале утра, смотря по какому часовому поясу считать, когда скандал еще только начинал заполнять средства массовой информации, председатель Совета Земли на несколько минут отвлекся от шокирующих подробностей инопланетной деятельности и связался со Штруделем.

— Здравствуйте, господин директор.

— Мое почтение, господин председатель Совета.

— Франк, скажите, вся эта ерунда с исчезновением галактов как-то связана с работой комплекса?

— Да, господин председатель. Через полчаса предварительный отчет будет у вас.

— Он нужен не через полчаса, а вчера. Не узнаю вас, мой протеже. От Заречного мог ожидать сюрпризов, от него за неделю их высыпалось больше, чем от вас за пять лет. Что вы там опять натворили? В трех словах.

— Изоляция Земли-2 и последующая пространственная флуктуация, вследствие которой внедренные галактами существа испарились, есть результат действий и внутренних противоречий в стане врага. Предположительно имеем передышку порядка двадцати-тридцати лет, находясь вне непосредственной угрозы оккупации Солнечной. Связь с Миссией на Земле-2 восстановлена.

Председатель оценил новости. Снижение уровня внешней угрозы являлось еще более важным политическим фактором, нежели выявление предательства нескольких земных лидеров и их окружения. Он влек за собой смену главных приоритетов, особенно в преддверии избирательной кампании в нескольких ключевых государствах: можно заявить о личных заслугах в обеспечении успеха и переориентировать часть ресурсов на повышение жизненного уровня. Строительство космических кораблей и развитие фундаментальных наук тоже архиважно, но паузой нужно воспользоваться иначе.

— Франк, как там поживают ваши посланники? За сутки с лишним не умерли с голоду?

— Нет, сэр. На Земле-2 между разрывом и восстановлением связи прошел год. Наоборот, они усилились и действуют в правильном направлении.

— У меня имеется отчет о недопустимо огромных растратах энергии. Кроме последних суток. Ваш предшественник совсем с ума сошел?

— Не думаю. Он старался обеспечить их всем необходимым, чтобы создание супероружия против галактов не задержалось ни на минуту. Переправка людей и оборудования действительно энергоемка.

— Значит, процесс нужно упорядочить. Отравляйте им, скажем, десять килограммов в день.

— Сэр, у них пройдет двести один день!

— По вашим словам, они справлялись и без внешней помощи?

— Справлялись, им было труднее.

— Интересно. Насколько же они задержались в развитии? На пятьдесят или сто лет?

— Возможно.

— А у нас три месяца или полгода. Пусть даже год. Говорите, есть двадцать или тридцать лет в запасе, тогда год — не срок. Иначе избиратели порвут нас раньше, чем галакты. Решено. Бюджет остальных отделов согласован ранее. Пересылка десяти килограммов в день является максимумом, старайтесь, чтобы поменьше.

Демократия имеет массу преимуществ перед авторитарной формой правления. Но только в мирное время. Слишком часто войны выигрывались диктаторами лишь потому, что они могли выжать из страны все соки ради победы, не оглядываясь на обиженные вопли электората.

05. ЗЕМЛЯ-2. 19.01.1670. ДЮНКЕРК

Вильям Джонс предъявил охране свиток с президентской печатью и вошел внутрь огороженного высоким деревянным забором пространства с бараками. Не хватало лишь прожекторов и колючей проволоки. Привнеся в патриархальный мир передовые технологии, миссионеры одарили его и минусами цивилизации. Под Дюнкерком расположился первый в Европе стационарный лагерь для военнопленных.

Его строительство началось, когда стали известны масштаба акции возмездия, которую Карл II Веселый запланировал против Республики Объединенных Провинций после уничтожения британских торговых судов в устье Темзы. Уже в те времена царила политическая демагогия. Король не мог заявить парламенту о начале войны из жадности, амбиций и просто желания спереть чужое и плохо охраняемое. В парламенте сидят меркантильные ребята, но им надо объяснить избирателям, зачем тех пошлют на убой в интересах короны и торговых компаний. Поэтому любая война начиналась как защита от неминуемой агрессии, а каждый новый удар — как возмездие за предшествующие действия противника.

У Карла планировалась мобилизация более сотни кораблей, на борту каждого предполагалось присутствие мстителей в количестве нескольких сотен человек экипажа и десанта. Даже с учетом неминуемых потерь, количество пленных ожидалось в пределах от пяти до десяти тысяч.

После того как «Олег» и «Ван Нааген» истребили цвет боевого флота, тщательно обходя флагман, командующий эскадрой оценил их деликатность и безнадежность ситуации. Но еще до начала разворота на обратный курс среди транспортов началась паника. При виде взрывающихся и горящих как факелы линейных кораблей они сталкивались, путались снастями, садились днищем на прибрежные камни. Выбравшиеся на суровый южноголландский берег были настолько измождены борьбой со стихией, промокли в ледяной воде и деморализованы, что сдавались в плен армии Провинций без единой попытки сопротивления. Благодаря своевременному решению адмирала, в плен попало всего около трех тысяч англичан и шотландцев. Погибло в несколько раз больше. Попытка мести обошлась жителям Британии слишком дорого.

Судьба пленников решалась просто. Нидерландские купцы, специализирующиеся на живом товаре, были готовы без промедления оприходовать любое количество «человеческого мяса» и переправить его через океан. Часть из них непременно бы попала на плантации, принадлежащие англичанам, что абсолютно не меняет судьбу рабов.

Джонс и Голдберг, идеологические противники работорговли, главным условием помощи в разгроме флота поставили передачу всех английских пленных Франции, памятуя судьбу остатков десанта, который уничтожили с помощью «добровольческой» французской дивизии фон Браухича. Тогда нидерландские власти выдали только дворян, которых выкупили родственники. Остальные отправились в увлекательный круиз на острова Карибского моря в трюмах голландских флейтов и галеотов.

После завершения строительства лагеря силами самих пленных его население составило чуть более двух тысяч. На родину не вернулся еще никто. Убыль произошла только от болезней и смертей заключенных.

Как и в прошлый раз, знатные семьи предложили выкуп за дворян. Но Государственный совет республики в доступной форме объяснил, что не признает различий по высокородности и богатству. Английской короне предлагалось выплатить по десять ливров за душу независимо от того, в теле какой знатности она обитает. Но только за всех и сразу. Сумма в двадцать с лишним тысяч ливров в этот момент оказалась неподъемной для королевской казны, истощенной подготовкой провалившегося реванша. Задержка в плену представителей наиболее видных британских семейств оказалась последней каплей, переполнившей чашу терпения и стоившей трона Карлу Веселому. Заканчивался январь, французы предупредили об увеличении ставки за каждую голову на один ливр, якобы на покрытие дополнительных расходов по содержанию узников, англичане продолжали торговаться.

В бараке начальника лагеря было тепло, а в сравнении с ветреным январским побережьем — даже уютно. Джонс поинтересовался списками VIP-клиентов. Их держали в отдельном бараке, чуть лучше кормили и не гоняли на работы по обслуживанию лагеря. Все равно комфортными данные условия не назвать и в первом приближении.

Молодой офицер в подранном флотском мундире, с наброшенной сверху солдатской шинелью даже в плену пытался сохранить достоинство. Что останется от твоего достоинства, если отсидишь в лагере еще хотя бы год, подумал Джонс. Он внимательно изучал моряка и пытался понять, насколько возможно склонить его к сотрудничеству. От правильности выбора кандидата среди высокопоставленных пленных и благоразумия избранника зависел успех многоходовой комбинации, которую нельзя провалить.

— Вильям Джонс, член Государственного совета и министр иностранных дел Французской республики, — представился бывший «святой» Клинтон.

— Уолтер Гастингс, лейтенант английского королевского флота.

— Как ваше самочувствие, господин лейтенант? Я слышал, купание в Северном море для многих не прошло бесследно.