— Ну разве это не отвратительно, я вас спрашиваю! — произнес Уолтер Пламенный Язык.
— Вот так-то, сначала они изводят буйволов, бизонов и делают черт те что, а потом добираются уже и до этого бедняги! — пожаловался Тедди Медвежий Зуб.
— Будь они прокляты, бледнолицые! — добавил Сидней Девять Огней.
— Тяжела ты, ноша краснокожих, — уточнил Уолтер.
— Ну разве не печальна участь нашего народа! И мы еще должны возводить для этих обросших жиром солдатишек величественное здание, что мы строим сейчас, — подлил масла в огонь Тедди.
— А что такое бизон, черт возьми? — поинтересовался Сидней Девять Огней. Все молча пожали плечами и спешно удалились.
* * *
Преподобный отец Лерой Л.Бил, шествуя во главе делегации графства Поук, Миссисипи, на первом годичном конгрессе Международной Евангелической Лиги за процветание христианской любви и повышение уровня жизни низкооплачиваемых слоев населения, остановился и широким жестом руки пригласил свою паству последовать его примеру. Он печально покачал головой при виде гигантской туши, закупорившей перед ним перекресток. Все вместе они обстоятельно изучили это величественное, но сокрушенное, с поломанными крыльями явление.
— Ну что, Лерой, ваше мнение на этот счет?
Преподобный Бил тяжко вздохнул.
— Если бы благоразумно использовать те средства и ту энергию, которые были затрачены на разработку этого розыгрыша с целью помешать нам двигаться по избранному маршруту, то три семьи неимущих могли бы с относительным комфортом безбедно прожить по меньшей мере пару месяцев, — изрек он.
Двое беседовавших из делегации приблизились к толстокожей махине. Преподобный Бил указал перстом на бренные останки.
— Пластмасса, — уверенно произнес он. — Очевидная мистификация.
— Судя по всему, Лерой, они попытались подвесить эту штуку на проволочных растяжках и намеревались потом, дергая за них, привести это исчадие ада в движение над нашими головами. Но, слава Господу, подвески, видимо, вовремя лопнули.
— Согласен. Но — тсс! Я порой удивляюсь тому, в каких забавных формах наша оппозиция старается играть на нашем простодушии и излишней доверчивости. Сначала они затеяли это дело с простынями над головой. А теперь на тебе вот: резиновый птеранозавр!
— Так что будем делать?
— Расслабимся, — предложил преподобный, — и посмотрим, что будет дальше.
И они затянули «Мы преодолеем…», в то время как откуда-то из мрачного чрева «Рейлиз-бар» выскочила на свет группа политических деятелей из Американского Общества Обеспечения Незыблемости Недвижимости (АООНН), привлеченных шумом и гамом, в котором смешались стоны раненых, пересуды зевак и энергичный розыск неутомимым полицейским нарушителей, которым надлежало вручить уже выписанные квитанции об уплате штрафа. Видавшие виды политиканы переглянулись и сразу же наметанным глазом определили размеры и расположение гигантской летающей рептилии.
— Клянусь Святым Джорджем, Чарли, вы не сумеете пустить в оборот эту штучку менее чем за двадцать восемь с половиной долларов, или считайте меня тогда сыном бабуина!
Чарли в этот момент пристально рассматривал сгрудившихся у хвоста монстра фанатов, распевавших религиозный гимн.
— Не пытайтесь уверить меня, что за этими неграми не просматриваются денежки коммунистов, — проворчал он.
Лилия в тридцать который уже раз взглянула на часики. Ладно, еще десять минут, и ни секунды больше, а потом, бог ты мой, она махнет на такси к Шрафту и закажет себе самые дорогие блюда, и пусть только этот Мелвил когда-нибудь еще осмелится предстать перед ней со своей коллекцией шрамов, которую он почему-то упорно называет лицом!..
* * *
— Извините, дамочка, — отодвинул Лилию своим огромным животом, даже не взглянув в ее сторону, мужчина в кожаной куртке. Он уперся ногами в землю и оценивающе примерился к монстру, оглядев его сначала от клюва до хвоста, а затем наоборот.
— Эй, Джек! — обратился к нему человек в рабочей одежде. — Ты хочешь, чтобы я рассовал по местам всю нашу технику?
— Нет, — сухо отрезал Джек.
— И то верно, — обрадовался сухощавый. — Не наше это дело…
Джек стремительно обернулся и, ухватив за комбинезон, гневно приподнял его.
— Еще не было таких работ по слому и сносу, которые компания «Эйджэкс» не взялась бы выполнить! — прорычал он. — И хорошенько заруби себе это на носу! А ну бери живо это чертово устройство. Передай парням, чтобы приготовили суставчатую пилу.
— Все ясно, Джек. Только отпусти ты, ради бога, волосы на груди…
— Тот хлыщ сказал — не более двадцати минут! И чтобы впредь я видел вас только со спины и энергично работающими локтями, пока не расчистим весь перекресток, понятно?
Супружеская пара туристов из Джоплина, Миссури, удобно устроилась на уровне предплечья и пясти околевшего чудища. Муж наладил автопуск своего фотоаппарата. Затем небрежной походкой не спеша подошел к супруге (что убедительно доказывало, насколько успешно он освоил фотодело), принял приличествующую обстоятельствам позу и, улыбаясь, стал дожидаться щелчка взведенного механизма.
— У нас еще есть время, чтобы до обеда проскочить до Гринич Виллидж и сделать там несколько снимков хиппи? — полюбопытствовала супруга. Но ответа она не расслышала из-за воя, поднятого вертолетом мэра, который прибыл лично разобраться в обстановке и осматривал в этих целях с высоты центральную часть Шестой авеню как раз над Сорок седьмой улицей.
На углу Сорок восьмой улицы и Шестой авеню показались запыхавшиеся полицейские, которые тут же начали разбиваться на боевые группы.
— Эй, вы! Поосторожнее там с ракетой! — прогремел в мегафон капитан Ширмер. Тут же какие-то попрятавшиеся по верхним этажам зданий снайперы начали через окна палить по уличным фонарям.
— Ах так, рассеять всю эту публику! — рассвирепел капитан Ширмер. Первая цепочка полицейских стала пулять гранаты со слезоточивым газом и поливать кругом тугой струей из брандспойтов. Студенты— евреи разбежались, так и не придя к согласию, было ли мясо птеранодона кошерным или нет, но все же достигнув консенсуса в отношении того, что его яйца были съедобными при условии сотворения соответствующей молитвы.
Спасательные команды наконец-то вызволили из-под ящера последних уцелевших в катастрофе и вынесли их за линию разгоревшегося сражения.
Кили все еще висел на шее страхолюдины, настойчиво, хотя и безуспешно продолжая свои попытки содрать золотой амулет. Удрать он уже не мог: с восточного фланга мешали студенты с правового факультета Колумбийского университета, а также члены партии свободы Черных Пантер, с запада — полицейские, применявшие ракету и легкие дубинки, с севера — лихие парни из «Эйджэнса» (кстати, все — бывшие саперы), а далее к югу — толпы из Объединенной Ассоциации мясников и работников боен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
