Читаем без скачивания Сборник стихов (избранные). Рожденный в СССР - Василий РЕМ

С «Веселого Яра»

С «Веселого Яра», где флот вне законов,Где ходят дозоры не наших солдат,Приехал военный, бушлат без погонов,Призы за победы у шефа забрать.

Вложив «Панасоники» в крепкие сумки,Зашел он ко мне, чтобы хлеб попросить.Но сделал промашку, и «сливки» с бутылкиПришлось пополам ему тут же разлить.

Разлили, распили мы «сливки» с бутылки,Исполнили песню, по нотам прошли.Уехал военный, почистив ботинки,Лишь пыль от машины клубится вдали.

Мне грустно и скучно, не выйти с дежурки.Сижу, ожидаю, когда позвонят.А мне не звонят они, что за придурки,И где этот Стрита, туда его мать?

Ура! Наконец позвонил до отъезда,Теперь можно смело в квартиру идти.Иду осторожно, ведь лед у подъезда,А ноги скользят и хотят уползти.

Весна на заборах развесила тряпки,Сушить прошлогоднюю начав траву.А я на дежурстве мараю тетрадки,Жую свою рифму, как лоси листву.

Их лица, словно эти розы

Когда я слышу песню эту,О белых розах на снегу,В моих глазах сверкают слезы,Иначе просто не могу.

Тихонько плещет нежный голос,За сердце трогают слова.Мы беззащитные – как розы,В душе надежда чуть жива.

Окно решеткою закрыто,А дверь на внутреннем замке.Гора таблеток и микстура,И капельница на руке.

В пижамы синие оделаНас всех болезнь – сюда свела.Уколы тычут в ягодицу,И в БАТ вонзается игла.

Мы все в палатах изнываемОт боли в душах и сердцах.Одни затянуты ремнями,У многих души все в рубцах.

Их лица, словно эти розы,Белеют, лежа на снегу.Мужчина – рыцарь, царь природы.Весь ранен службой на бегу.

И виноват я до могилы,Наверно, все же потому,Что не имею Божьей силыПомочь из них хоть одному.

Прощая сестрам заточение,Лечитесь, братья, от «чумы».Пусть стих очистит ваши душиИ ваши прояснит умы.

Цветок с дозора

Сегодня с дозора принес я цветок,Сиренью светился его лепесток.Он рос на тропинке, вдали от воды.Над ним, одиноким, смеялись цветы.

И вдруг он сказал: «Не могу больше сам,Ну сколько молиться еще небесам?Поверь, ведь любовь в ее сердце живет,Пошли ей меня, ведь так преданно ждет».

Послушал цветок, наклонившись, сорвал,Теперь вот ему свое слово сказал:«Скажи ей, что трудно мне здесь одному,Как цепи разлуки порвать, не пойму.

Скажи, что люблю я её все сильней,Желаю домой прилететь поскорей.Мечтаю, как нежно ее обниму,Потом поцелую, на руки возьму.

И будешь кружиться ты в вальсе со мной,Пусть горе с разлукой уйдут стороной».Соленые волны мне лижут сапог,Вон справа скала нависает как стог.

В ущелье ручей протекает, звеня,И шепчет он камням события дня.Сорока шумит, ведь увидела нас,Мешает болтунья. Взлетел вон бекас.

И вдруг где-то рядом запел соловей,А слышится мне: «Приезжай поскорей.Устала смотреть, как плывут корабли,Одна без тебя проживая вдали».

Уставший пришел я и в море нырнул,Поплавал по волнам, прилег и уснул.Во сне тебя видел, с тобой говорил,В письмо, что отправил, цветок положил.

День рождения и «шило»

В день рождения Андрея,На Приморье в феврале,Собрались мы все, робея,Выпить «шило» на столе.

В бане номер заказали,Мыло взяли и белье.Но, увы, еще не знали,Чем закончится мытье.

Разомлев в большой парилке,Приняв душ, в бассейн нырнув,Мы присели на подстилке,Ждем, закуску развернув.

Но, увы, забыли «шило»,Чтоб вам сто колов в мозги.Вот теперь грызите мыло.Боже! Выжить помоги!

Хорошо, что я был в форме,Рассказал про институт.Как держал компьютер в норме,Всем понравилось, все ржут.

Ну, потом уж на квартиреМы до «шила» добрались.Было все на этом пире,Все наелись, напились.

Даже видео смотрели,День рожденья удался.Получили, что хотели,Пир без драк закончился.

А когда пешком шагалиИ курили на ходу,Все про баню вспоминали,Всех послав в Караганду.

Размышление о службе

Все двадцать лет я Родине отдал,И двадцать лет она меня кормила.Есть еще силы, но душой устал,Видать, моя звезда не засветила.

Когда призвали, помню, был я рад,В погранвойсках почетнейшая служба,И у судьбы я не просил наград,Для нас, солдат, была наградой дружба.

Во многих передрягах я бывал,Китайцев бил я черенком лопаты.От «желтолицых» край наш защищал,А что поделать, были мы солдаты.

Однажды заблудились мы в пургу,И как назло, ни связи, ни ракеты.Никто не крикнул: – Больше не могу!Мы пограничники, и в этом все секреты.

С боеприпасами машина под откосТак медленно сползала, сердце млело.Но ни один не спрыгнул, вот вопрос,Потом все скажут: – Действовали смело.

Чабан примчался, лошадь вся в поту,Китайцы отобрали всю отару.И снова сердце чувствует беду,И снова в бой идем с дружком на пару.

Ну а когда отару забрали,С той стороны пятьсот, не меньше, встали.Как хорошо, что бить их не пошли,А то бы нас в строю не досчитали.

Вот так в высокогорье я служил,Прошел «Чиган – Або», «Май – Копчеган».И пограничной дружбой дорожил,Хотя был по натуре хулиган.

Вот нынешние – смотришь, Боже мой,Ни бицепсов, ни совести, ни чести.Лишь на словах он истинный герой,А в коллективе он, как дрожжи в тесте.

От них и издевательства цветут,И унижают тех, кто мало служит.Откуда только их в войска берут?Тех, кто потом с законами не дружит.

Откуда все те паиньки сынки,Те маломощные, трусливые пижоны,Что первый год дрожат как сосунки,А на втором перешагнут законы.

Я бы в лицо всем крикнул матерям:– Не в нежности рождаются мужчины.Для дочерей оставьте этот хлам,Мальчишки же штурмуют пусть вершины!

Пусть ветер бьет холодный им в лицо,А ноги розовеют от мозолей.Друзей пусть удаляется кольцоПодальше от прокуренных застолий.

Тогда и служба будет по плечу,Не дрогнут перед подлостью, как шведы.А трудность побеждать я научу,Коль воля есть, то будут и победы.

Вот так я мыслю, может, я не прав,Наверно, устарел для поучений?Солдат – мужчина, смертью смерть поправ,Он должен стать таким, в том нет сомнений!

Из души

Жизнь нас бросает круто,Как буря на море суда,И горьким ядом каракурта,В душе осадок навсегда.

Учили нас стрелять по цели,Следы чужие различать.Без пищи быть по две неделиИ, как ударил, «кийя» кричать.

А по субботам вечерами,Перемахнув забор без страха,Ласкали нежными рукамиМосквички нас, забросив Баха.

Молодые лейтенанты —Две звезды, один просвет —Едем, будто эмигранты,В край, где Родины рассвет.

Годы мчатся, мы стареем,Служба нервы теребит.Звезды светят, но не греют,Лучший друг вчера убит.

И посмертные награды,Что прислали с ДРА,Не вернут семье утраты,Плач не стихнет до утра.

В жизни всякое бывает,И на Солнце пятна есть.Кто в любви преуспевает,Тот марает свою честь.

А отмыть потом непростоЭти пятна на душе.И они у нас так частоОстаются на клише.

Раньше кровью их смывали,Вызывая на дуэль.А теперь умнее стали,И живучи – как форель.

Можно смыть пятно слезами,Женщин взяв себе в пример,Хлопать мокрыми глазамиИ реветь, как пионер.

Но и слезы не увидишь,Чувств земных залит очаг.И ничем их не обидишь,Равнодушие в сердцах.

Два полюса

Что-то давит в груди,Видно, сердце устало стучать.Что-то горько в душе,Видно, больше не может молчать.

Но сказать непривычно,Ведь мы родились в пятидесятых.Когда смерть от репрессийЛежала на судьбах проклятых.

Нам вздохнуть не давали,Имя Сталин стирали мы в книжках.А еще кукурузу все пололиВ коротких штанишках.

И в период застояМы поверили: вот она, правда.Но спивались отцы,И сбегали евреи – из ада.

Нас ковали из стали,Заново, верно, надежно.Погранвойска – это Родины щит,И учились курсанты серьезно.

Да, учились мы прилежно,ВЧК, КГБ прославляя.Надежно машинаУчит, мозги втирая.

Все равны, у всех одни погоны,Но вдруг разделение – как летом снег.Одних – в самолеты,Других – в вагоны. Смех!

Одних на север, восток,Других на юг и запад.Одним на блюдечке должность,Другие пашут, глотая пота запах.

Обиды нет и зависти нет,Есть семья, дети, квартира.Даст бог, до пенсии дотяну,Ведь еще не растрачена сила.

Но жизнь прошла мимо нас,Нет у нас «волосатых» лап.Есть знания, образование,Но что они без влиятельных пап?

В армию приходит сынНа смену отцу.Подлец лейтенантНа смену полковника-подлеца.

Тупица на смену тупице,И напор их силен.Армия, для них – кормушка,И таких миллион.

Куда уж нам пробиться,Когда так много барьеров.Когда стучать не стыдитсяПодхалим из любых отделов.

Сынкам генералов все прощается,Нас же за мелочь, топчут в грязь.Смело топчут, ведь не расплатимся,Нет Пугачева – сдачи хорошей дать.

Рабы-офицеры