на стол секретарю. Пройдя в их гардеробную, она посетила туалет и подошла к шкафу, чтобы достать и накинуть на себя пальто. Достав телефон из сумки, она проверила адрес химчистки, а также номер заказа и вышла из их комнатки. Сообщив Линси, что отправляется за костюмом для мистера Ноэлла, она пошла на обед, размышляя над тем, что хочет сегодня поесть. Подумав, что недалеко от здания их офиса находилось замечательное кафе, где подавали наивкуснейший, по ее мнению, лимонный пирог, вкус ее детства, она решила отправиться туда. Бодро выйдя из здания и быстро пройдя на соседнюю улицу, она зашла в кафе с мыслью, что ей не нужно торопиться и она может насладиться ее любимым десертом не спеша. Поев, Милли пошла на парковку к своей машине, чтобы поехать за одеждой президента для вечера.
В химчистке все прошло довольно быстро, гладко и без очередей. Взяв запакованный в белый чехол костюм босса, она направилась обратно в офис. Настроение у нее после принятия вкусной пищи и выполненного задания было отличное, и включив свою любимую музыку, Милли, напевая и пританцовывая сидя за рулем, доехала до работы. Пройдя по парковке, она подошла к главному входу здания легкой походкой, все еще продолжая тихо петь. От утренних плохих событий не осталось и следа.
Подойдя к лифту, на этот раз оказавшись там совсем одна, она нажала кнопку вызова. В ожидании, когда тот приедет, она достала из кармана пальто телефон и стала проверять полученные сообщения. Странно приятный и легкий озноб, мириадами бабочек прошелся по ее спине, когда она почувствовала, что за ней кто-то встал. Не став придавать этому значения, Милли продолжала смотреть в телефон, пролистывая страницу за страницей. Лифт подъехал, и он оказался пуст. Заходя в него, она нажала кнопку нужного ей этажа и прошла вперед к задней стене, все еще не поднимая взгляд и держа чехол с костюмом перед собой. Кто-то проследовал прямиком за ней. Она повернулась и краем глаза заметила, что это был высокий, молодой мужчина в шикарном темном деловом костюме. Тут Милли услышала крики, которые отвлекли ее от него, и она разобрала просьбу придержать лифт и хотела было уже помочь, но мужчина оказался проворней. К ним подбежал запыхавшийся молодой паренек и мимоходом сказав спасибо, немного отошел в сторону, пропуская перед собой стойки с одеждой, которые мигом заполнили все свободное пространство.
— Подождите… — только и успев что это сказать, как ее и того мужчину тут же прижали к левому углу.
— Простите, — торопливо сказал парень. — На пятнадцатом этаже все заберут.
Двери закрылись и лифт двинулся вверх. Испытывая неловкость от возникшей ситуации, Милли попыталась как можно ближе прижаться спиной к стене, пытаясь хоть немного отодвинуться от мужчины. Если бы не чехол, то он прижимался бы к ней своей задницей, так близко они оказались друг к другу. Еще немного и он впечатал бы ее в стену, и она приобрела бы форму барельефа. Милли поняла, для кого все эти вещи, на том этаже располагался офис модного дома, и эта посылка предназначалась им. Он повернулся к ней лицом и облокотился обеими руками на стену возле ее головы, стараясь хоть как-то отодвинуться от нее. Это не сильно помогло, потому что она теперь находилась в кругу его рук и ее обволакивал жар и приятный запах одеколона. Все стало только намного хуже, она почувствовала себя пойманным олененком, и у нее не было возможности избежать этого.
Она подняла глаза и встретилась взглядом с этим мужчиной. Земля ушла из-под ее ног, и ей казалось, что лифт едет не на верх, а стремглав падает в пропасть. Все чувства разом всколыхнулись в ней и заставили ее смотреть на него с широко раскрытыми глазами и ей с трудом удалось не открыть свой рот. Мужчина был молод, на вид ему можно было дать лет тридцать или около того. Он был слишком высок, даже несмотря на то, что ему пришлось, немного склониться над ней. Милли краем глаза отметила его ширину плеч, но так и не нашла в себе силы оторваться от его глаз. Они были чернее самой ночи, и она полностью утонула в их глубине. По телу разлилось томное тепло, которое сразу заставило затвердеть ее соски, и оно сосредоточилось возбуждением внизу её живота, дав ей почувствовать там влагу. Его мужественная красота будоражила и заставляла бурлить ее кровь, и она не могла налюбоваться им. Он был брюнетом с классической короткой стрижкой и некоторые пряди, выпавшие из укладки, падали ему на лоб. Черные густые брови низко расположенные над его колдовскими глазами, обрамленными густыми ресницами, придавали ему брутальности, как, впрочем, и легкая щетина на волевом подбородке. Ее пальцы начало покалывать от предвкушения прикоснуться к ней и проверить такая ли она мягкая на ощупь, как и на вид или нет. У него был прямой красивый нос, который явно избежал в юности кулаков. И губы, которыми она бы хотела, чтобы он попробовал ее всю. Верхняя тоньше, чуть более пухлой и соблазнительной нижней. Они так и манили к поцелую. Милли не поняла, как ей удалось сдержаться и не прижаться к ним своими губами, такими манящими они были. Завораживающий запах и жар исходивший от его тела обволакивали ее, словно она оказалась в притягательном коконе соблазна. От избытка эмоций и ощущений она, в оцепенении, забыла, как дышать и смогла только с силой вцепиться пальцами в чехол и телефон.
Кристер смотрел на хрупкую девушку перед собой и не мог поверить в то, что это она. Когда подойдя к лифту и встав позади нее, он почувствовал манящий и одурманивающий его запах, он по началу немного растерялся. Такого аромата он никогда раньше не слышал, за всю свою долгую жизнь и это даже несмотря на то, что его нюху позавидовал бы и пес. Эта девушка была не высокой, ее макушка едва достигала его плеча. Блондинка, волосы собраны в деловой пучок на затылке. Пройдя взглядом вниз, он заметил ее стройность и даже сквозь пальто было понятно, что у нее красивая фигура. Когда двери лифта открылись, и она прошла вперед, Кристер проследовал за ней, как тот же пес, учуявший суку в течке. Он просто не мог оторваться от нее. Мимоходом услышав крики, он автоматически придержал дверь и смог повернуться только тогда, когда парень стал продвигать в лифт стойки с одеждой. Кристер был вынужден отступить и прижаться к ней спиной. Боясь раздавить ее,
