Читаем без скачивания Камень Страданий - Наталья Ильинична Холодная

шаг и осмотрелась вокруг. Где-то далеко на поле виднелось какое-то одинокое заброшенное здание. Девушка повернула голову в сторону идущего следом за ней Лекси и головой сделала ему знак, словно бы говоря: «Иди за мной». Потом свернула на северо-восток и двинулась напрямик по сухой и почерневшей траве к странному зданию. Чуть поломавшись, бард в конце концов решил пойти тем же путем, что и его новоявленная спутница. Кто знает, возможно, там, куда они идут, найдется еще кто-нибудь живой, и, быть может, он даже объяснит, что это вообще за место и какие существуют способы выбраться отсюда домой, на их родину — на континент Фаэрун, в мир Забытых Королевств…

«Таверна «Серые Луга» — прочитала Кара надпись на вывеске здания, пережитке счастливых времен, слабо качавшемся на ветру. Прямо перед входом в запущенную таверну, в засохшей луже собственной крови разлагался хладный труп неизвестного человека. Черные вороны, как и подобало настоящим птицам-падальщикам, сидели на трупе и с наслаждением, с каким эльф-дроу вонзает клинок в свою беспомощную жертву, клевали безжизненное тело. Они выклевывали глаза, навсегда лишившиеся зрачков; расширяли клювами и без того глубокие порезы; склевывали поседевшие волосы и уродовали бледное, будто полотно, лицо… И от такого зрелища Кару чуть ли не вырвало; она даже пошатнулась и прислонилась к стене таверны, изо всех сил сдерживая рвотные позывы. Лекси же, однако, был в этом плане гораздо более сдержанным, нежели его спутница. Он, заметив что-то, что лежавший без сознания человек держал в левой руке, присел на одно колено и не без интереса стал разглядывать этот странный предмет. Внимательно приглядевшись, эльф пришел к выводу, что это факел, просто он не зажжен. Аккуратно, бережно подняв находку, бард подошел поближе ко входу в таверну. Немного спустя его примеру последовала и Кара, нервно сглотнув и выпрямившись. А птицы нисколько не обращали внимания на то, что творилось вокруг них, и преспокойно продолжали свое омерзительное пиршество. Осторожно приблизившись к двери, колдунья равномерно постучала. Тук-ТУК-тук-ТУК. Никто не отзывался. Тогда Кара взялась за дверную ручку и усиленно потянула дверь на себя. Она оказалась незапертой.

Изнутри таверна выглядела не менее заброшенной, чем снаружи. В коридорах и комнатах было очень темно, по углам висела старая паутина, а блуждающая в воздухе пыль противно пахла просроченным, абсолютно несвежим элем, так что вошедшая первой колдунья сразу зажала пальцами нос. Кроме того, импровизированная баррикада из стульев, обеденных и письменных столов, которую лицезрели Лекси и Кара перед собой, была безнадежно сломана. Тем не менее, путники решили все же выведать обстановку в таверне до конца и, аккуратно переступая через сломанную деревянную мебель, пошли вглубь коридора.

— А-а-п-чхи! — услышала чародейка громкое чиханье где-то поблизости. Она застыла на месте и осмотрелась вокруг, но никого, кроме Лекси и своего питомца Тамина, не увидела. Судя по степени звонкости чиха, он явно принадлежал женщине или ребенку, а значит, Лекси не мог так чихнуть. Но откуда же все-таки раздался этот чих? И тут, будто бы в ответ на немой вопрос Кары, за дверью справа от нее послышались чьи-то голоса, что окончательно побудило ее подойти и попробовать разузнать, что да как. Однако вся сложность состояла в том, что дверь оказалась запертой, а Кара не обладала профессиональными навыками вора, чтобы взломать замок. Ключа под рукой тоже не имелось, да и откуда он мог бы взяться? Остался только один выход — отойти чуть назад и спалить эту проклятую дверь ко всем бесам. Тем более что она была деревянной, а дерево очень хорошо горело — уж это юная колдунья знала твердо.

— Огненный шар! — пронзительно выкрикнула Кара, и маленькая сфера в ее левой руке разрослась до средних размеров. Предусмотрительный Лекси вместе с Тамином с молниеносной скоростью отбежал назад и оттуда не без интереса смотрел, как огненный шар Кары разнес деревянную дверь на части — только догорающие щепки остались.

Те, кто прятался за дверью, как по команде, задрожали и даже прижались друг к другу, решив, что колдунья-поджигательница вторглась в их укрытие с явной целью показать им, насколько она страшна в гневе. «Горим! Горим!» — голосили они до тех пор, пока Кара не наложила на горящие дверные обломки противоположное, холодное заклинание. Языки пламени, лижущие дерево, застыли, и в коридоре стало даже немного холоднее, чем обычно. Но непохоже, чтобы это убавило страха у группы прячущихся в небольшой комнате людей. У девушки с короткими каштановыми волосами на глаза даже навернулись слезы, так она была напугана. Пожалуй, единственной, кто не испугался такого бесцеремонного вторжения непрошеных гостей, была предводительница забаррикадировавшихся — загадочная на вид смуглая женщина с длинными черными волосами, облаченная в одеяния, наполовину прикрывающие ее стройное тело. Точнее, ниже пояса тело еще как-то прикрывалось, разве что на платье был глубокий надрез в районе левого бедра. А вот сверху прикрывались только руки, вплоть до плечевых суставов, да грудь; остальная же часть тела выше пояса была обнажена. На поясе висел богато украшенный серебряный кинжал с волнистым лезвием, а за спиной была закреплена праща с приложенными к ней снарядами. Женщина стояла и смотрела вперед из-под полуприкрытых век.

— Так-так, и что же это значит? — медленно повернула черноволосая женщина голову в сторону Кары, вновь зажегшей освещающий темную комнату шарик в левой ладони, и стоявшего рядом с ней Лекси. — Кто право дал такое вам, чтоб вы вторгались столь бесцеремонно?

Сказать, что Кара сильно удивилась такому своеобразному приветствию, значило ничего не сказать. Девушка еще с минуту оторопело взирала вытаращенными зелеными глазами на смуглую незнакомку, полуприкрытую одеждой, и не могла даже словечка выговорить. Она повернулась в сторону своего спутника-барда в надежде на то, что хотя бы он что-нибудь знает о подобных людях, но и тот тоже лишился дара речи и только с неподдельным удивлением смотрел на таинственную особу. Что это за женщина? И почему она говорит как будто бы стихами? Может быть, в ее народе эта странная манера речи — белый стих — считается принятой, и они все говорят на подобном языке? Или же это ее собственная черта, отличающая эту женщину от остальных представителей ее народа? Похоже, к этой загадке еще не скоро найдется отгадка…

— Я полагаю, вы впервые здесь, иначе б так не удивлялись, — мелодичным голосом произнесла незнакомка и поближе подошла к двум незваным гостям. — Вистани никогда не видели вы раньше?

— Вистани? — недоуменно переспросила Кара.

— Да, странница, — невозмутимо кивнула та, кто назвала себя «вистани». — Я — та, что странствует по Равенлофту и сквозь