— Думаю, мама кого-нибудь найдёт, — кивнула Гвинет. — А знаете, что — вы можете попросить мою тётю Анну! Она хорошая швея. Смотрите, какое платье она мне сшила!
Она расправила складки серо-голубого платья, чтобы Марион могла рассмотреть получше.
— А согласится твоя тётя, как ты думаешь?
— Думаю, да, госпожа. Дядюшка Оуэн весь день в аббатстве, а детей у них нет, так что тётя будет рада с кем-нибудь поболтать.
В дверь постучали, и голос Герварда спросил:
— Госпожа ле Февр?
— Заходи, — откликнулась вышивальщица.
Гервард вошёл в комнату и вежливо наклонил голову в знак приветствия.
— Пришёл лорд Ральф Фиц-Стивен, госпожа. Он хотел бы посмотреть, как продвигается работа.
— Ну, конечно! — улыбнулась вышивальщица. — Скажи ему, пусть поднимается.
Гервард исчез. Марион оглядела свою работу, осторожно прикасаясь кончиками пальцев к расшитому шёлку.
— Как ты думаешь, лорду Ральфу понравится?
— Обязательно! Разве такое может не понравиться?
Гвинет немного побаивалась лорда Ральфа Фиц-Стивена. Он был королевским сенешалем и приехал в Гластонбери руководить строительством храма. Кроме того, лорд Ральф был известен своей вспыльчивостью и язвительным языком. Но сегодня он, похоже, был в хорошем настроении. С удивлением Гвинет заметила рядом с лордом его маленькую дочку Элеонор. Они были совсем непохожи: золотоволосая малютка с огромными голубыми глазами и нежным личиком и её смуглый, похожий на хищную птицу отец. Элеонор крепко держала отца за руку.
— Доброго вам утра, госпожа ле Февр, — сказал лорд Ральф. — Я взял с собой дочку — надеюсь, вы не против? Ей так скучно весь день одной, ведь кроме няни у нас с ней никого нет.
Элеонор смутилась и теснее прижалась к отцу. Гвинет с Гервардом переглянулись. Отец говорил им, что мать Элеонор умерла шесть лет назад, когда девочка была ещё совсем крохой. Гвинет даже представить себе не могла, каково это — расти без материнской ласки. Но всякий, кто хоть раз видел лорда Ральфа с дочерью, понимал, что ребёнок для него дороже всего на свете.
Марион ле Февр поднялась со стула и присела в глубоком реверансе.
— Как хорошо, что вы пришли, милорд. Гервард, принеси лорду Ральфу вина и ваших чудесных пряных хлебцев.
— Не надо, — остановил Герварда лорд Ральф. — Мы ненадолго. Я только хотел убедиться, что работа идёт, и спросить, не нужно ли вам чего-нибудь. Хотя Элеонор, — лорд Ральф улыбнулся дочери, — с удовольствием посмотрела бы ваши прекрасные вышивки.
— Ну, разумеется!
Марион ле Февр протянула к девочке обе руки.
— Иди сюда, дитя моё.
Элеонор отпрянула, но отец легонько подтолкнул её, и девочка несмело подошла к пяльцам.
— Какая ты красавица! — воскликнула Марион. — Эти волосы, словно золотые нити!
Она пропустила сквозь пальцы прядь золотых волос Элеонор. Та бросилась к отцу и зарылась головой в его плащ.
— Ну же, Элеонор! — пожурил лорд Ральф, — Чего ты испугалась? Простите госпожа ле Февр, я…
— Ничего страшного, — улыбнулась зеленоглазая вышивальщица. — Я уверена, со временем девочка привыкнет ко мне и перестанет бояться. Вы, кажется, хотели посмотреть мою работу?
Лорд Ральф отпустил руку дочери и пошёл восхищаться вышивкой. Элеонор осталась у двери, и Гвинет протянула ей руку помощи:
— Иди сюда, посиди со мной, — предложила она. — Ты ведь нас помнишь? Мы встречались в аббатстве. Хочешь помочь мне перемотать нитки?
Элеонор кивнула, опустилась на колени рядом с Гвинет и принялась разматывать моток зелёного шелка. Гвинет сматывала нить на катушку.
— В аббатстве появился новый мальчик, — прошептала Элеонор, не поднимая глаз.
— Эдмунд Хардвик?
Гервард подошёл к ним и уселся на край сундука, в котором Марион ле Февр хранила ткани.
Элеонор снова кивнула и бросила на него несмелый взгляд.
— Отец велел мне вести себя потише, потому что Эдмунд не может бегать и играть, как я. Я показала ему свою куклу Мелюзину и нового котёнка. — В глазах её замелькали искорки смеха. — Он всё время карабкался по балдахину, а Эдмунд смеялся!
Гвинет вспомнила бледное печальное личико в глубине носилок.
— Ты молодец, Элеонор. Не думаю, чтобы Эдмунд часто смеялся.
— Если у нас будет время, мы тоже навестим сегодня Эдмунда, — добавил Гервард.
— Зайдите за мной, — попросила Элеонор. — Тогда я и вам покажу котёнка!
— Только не шумите и не утомляйте Эдмунда! — сказал лорд Ральф. Он уже осмотрел вышивки и подошёл как раз вовремя, чтобы услышать последние фразы. — Вы трое такие большие и сильные — да, да, и ты тоже, леди Элеонор!
Он взъерошил дочке волосы, и та захихикала.
— Эдмунд правда очень болен? — спросила Гвинет.
— Боюсь, что да, — печально кивнул лорд Ральф. Брат Патрик осматривал его дважды — вчера и сегодня утром. Мне показалось, что он ничего не может сделать для мальчика.
— Но вы же не хотите сказать… Неужели Эдмунд умрёт? — ахнул Гервард.
Гвинет не могла вынести даже мысли о подобном несчастье. Эдмунд не жаловался, не ныл — правда, она провела с ним всего несколько минут, но зато успела узнать, что он тоже любит легенды о короле Артуре! Неужели…
— Не знаю, — неохотно ответил лорд Ральф и покосился на Элеонор. Похоже, ему не хотелось обсуждать это в присутствии дочери. — Все в руках Божьих.
— Я буду молиться за несчастное дитя! — воскликнула Марион ле Февр у своих пялец. — Это, увы, единственное, что я могу для него сделать.
Гвинет так стиснула пальцы, что катушка больно впилась ей в ладонь. В глазах прекрасной вышивальщицы стояли слезы. Какая же она чуткая — так расстраивается из-за мальчика, которого даже не видела!
Марион ле Февр вытерла слезы и улыбнулась.
— Хоть я и не могу ничем помочь Эдмунду, зато я могу сделать кое-что для тебя, Элеонор. Хочешь, золотко, я сошью тебе платье с красивой вышивкой?
Элеонор застенчиво кивнула.
— Но госпожа ле Февр, — запротестовал лорд Ральф. — Как же я могу просить вас о подобном одолжении? У вас так много работы!
— А вы и не просили, — улыбнулась вышивальщица. — Я сама предложила, верно? И работе для аббатства это не помешает, уверяю вас. Прошу вас, лорд Ральф, мне доставит огромное удовольствие шить для вашей прелестной дочурки.
— Ну, если вы так настаиваете, мы с благодарностью принимаем ваше предложение, — согласился лорд Ральф. — Элеонор, скажи «спасибо» госпоже ле Февр.
Элеонор старательно сделала реверанс.
— Спасибо.
— Я сейчас же куплю ткань и примусь за работу, — пообещала Марион.
Лорд Ральф снова поблагодарил её и отбыл. Гервард проводил их с Элеонор вниз, Гвинет собрала разложенные шелка, а вышивальщица снова склонилась над пяльцами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
