В 1997 году в Петербурге был проведен интересный эксперимент. Ученикам начальной школы было предложено сделать два рисунка: на первом их просили изобразить любой сказочный персонаж, на втором – персонаж, ставший героем популярного мультфильма. В первом случае рисунки детей были разнообразны и представляли множество авторских индивидуальных образов, нарисованных в собственной манере и без стеснения. Во втором – все без исключения дети пытались скопировать мультипликационное изображение. Рисунки выглядели как многократно повторенная копия. Часто дети отказывались от рисования, ссылаясь на неумение, и даже расстраивались, плакали и боялись, что «не получится похоже».
Рисованный образ усваивается памятью целиком и не дает возможности творчески осмыслить или переработать информацию. Взрослые, подумав, подтверждают, что мультипликационный образ вытесняет все другие, даже если до или после просмотра мультфильма они видели разные интерпретации. Если провести маленький эксперимент среди знакомых, смотревших в детстве советский мультик о Винни-Пухе, то на просьбу нарисовать медвежонка Винни с большой вероятностью можно получить один результат – копию мультипликационного персонажа.
Женщина, получившая это задание, «сняла» копию с мультфильма. До раскрашивания она многократно обводила и правила рисунок карандашом. На вопрос, с какой целью, ответила: «Чтобы было похоже». Но Винни-Пух – фантазийный образ, а не портрет реального персонажа. Он не может быть «похож» или «не похож». Автор рисунка сверяла свое представление исключительно с мультипликационной версией
Способность генерировать собственные идеи при этом ухудшается. Дети, много смотрящие телевизор, обычно не умеют вести сюжетно-ролевую игру, у них недостаточно развита фантазия. При рисовании они просят дать им определенное задание – что именно изображать и как. Придумать картинку им сложно. Для этих детей характерно использование шаблонов, срисовывание чужих изображений, попытки копировать мультипликационную стилистику.
Просмотр телевизора – ненормальный, нефизиологичный для нашего зрения процесс. При обыкновенном рассматривании глаза совершают множество движений, многократно «обводя» объект. Обработка впечатлений тоже происходит иначе: в наблюдении за реальным объектом глаза действуют одновременно с другими органами чувств, и образ получается многогранным. При восприятии образов с экрана ребенок не может установить взаимосвязи между отдельными картинками, что стимулирует отрывочное мышление, приучает к пассивному восприятию, приводит к разобщению различных функций (в просмотре мультфильмов участвуют зрение и слух).
Нужно помнить, что в детском возрасте зрительное восприятие очень зависимо от работы кинестетического и осязательного каналов, а при просмотре телевизора они бездействуют. К тому же лет до семи ребенок активно усваивает сенсорные эталоны, а телевизионные образы часто очень далеки от реализма. Поэтому для полноценного развития психических функций в дошкольном, а особенно в раннем детстве больше времени нужно уделять не телевизору, а творческой деятельности – рисованию, лепке, марионеточным спектаклям, играм с пальчиковыми и рисованными куклами, теневым представлениям. Работа с трехмерными материалами стимулирует кинестетический канал восприятия.
Книжные иллюстрации
Хотя рассматривание книжных иллюстраций влияет на образное мышление несравнимо меньше телевизионных или компьютерных изображений, важно помнить, что любой рисунок для ребенка – это эстетический эталон. Любимые книги вызывают у ребенка эмоции, с которыми книжные образы легко усваиваются как шаблоны.
Маленьким детям важна не информация, а отношение взрослого, невербальное общение. Поэтому сказки им лучше не читать, а рассказывать или хотя бы рассказывать почаще – чтобы видеть их эмоции и развивать воображение. При рассказывании один и тот же персонаж может принимать в фантазии ребенка любые очертания, а на картинке, сопровождающей текст, он остается без изменений.
Основная задача иллюстрации – помогать ребенку воспринимать текст, а не создавать образы, противоречащие содержанию или упрощающие его. Часто авторская трактовка иллюстратора не соответствует стилю или контексту произведения. Иногда пониманию препятствуют приемы художественной выразительности – сложные ракурсы, деформация предмета, схематизм.
Конечно, для ребенка важно видеть художественное, детально продуманное изображение. С другой стороны, оно мешает творить собственные образы, вызываемые текстом. Поэтому при выборе книг для чтения лучше идти на компромисс: чередовать иллюстрированные произведения и книги без картинок. И помнить – чем младше ребенок, тем реалистичнее должна быть иллюстрация.
Осторожно следует относиться к изображениям в страшных сказках или иллюстрациям напряженных моментов в тексте. Если ребенок слушает сказку или читает текст, он всякий раз заново строит образ неприятного персонажа и «уничтожает» его, побеждая испуг. Он владеет этими образами и может их преобразовывать по своему усмотрению. Если же персонаж изображен в книге, образ становится статичным – он не исчезает и не трансформируется, и страх ребенка остается непобежденным. Запечатленный в сознании жуткий образ может развиваться вплоть до навязчивых иллюзий или фобий. Нередки случаи, когда дети пытаются физически уничтожить страшную картинку – например, вырывают страницу книги или закрашивают изображение. Поэтому любые пугающие моменты лучше не показывать, а проговаривать.
В настоящее время довольно много книг для детей иллюстрируется при помощи примитивной компьютерной графики, без должного мастерства и художественного вкуса. Они наполнены шаблонными, бесхарактерными, халтурно проработанными образами.
У этого животного явные неполадки с глазами и челюстью. Лучше избегать подобных иллюстраций в период восприятия изобразительных эталонов
Все чаще вместо иллюстраций используется набор отдельных картинок, предлагаемых базой изображений, и эти картинки в пределах одной страницы могут не сочетаться по стилю или цветовой гамме.
При выборе книг для маленького ребенка нужно учитывать, что любое изображение воспринимается им как образец. Подобные «рисунки» разрушают в детях чувство прекрасного.
С точки зрения взрослых, маленькие дети обычно слишком вольно обращаются с книгой. Практически все так или иначе пробуют там рисовать или «дополнять» имеющиеся иллюстрации. Родителям можно посоветовать дать ребенку пару книг, которые не жалко привести в нечитаемый вид. Если таких нет, то сделать простые книжечки самостоятельно – вклеить картинки на скрепленные листы бумаги. Важно понимать, что у ребенка нет желания ничего испортить: он просто подражает пишущим взрослым и пытается проиллюстрировать книжку как художник.
Действиями малышей движет вопрос «что внутри?» Узнать это – их первоочередная задача, и поэтому они стараются разобрать любые предметы, в том числе книги. Критиковать ребенка за такое поведение не нужно, лучше распределить книжное богатство так, чтобы в руках ребенка оказывались только те книги, с которыми он может поступать как угодно (например, самоделки).
Родители обычно опасаются, что ребенок привыкнет относиться так ко всем книгам. Напрасно: ребенок старше двух-трех лет перестает мять книги или рисовать в них и начинает копировать читающих взрослых. Если ребенок старшего возраста портит книги сознательно, здесь уже можно говорить о каких-то проблемах поведения. Как правило, сознательным нарушением правил дети привлекают внимание или вымещают плохие переживания.
Картинки-комиксы
Образы в комиксах обычно схематичны и гротескны. И действие иллюстрируется специфически – показываются отдельные кадры, связь между которыми читателю нужно устанавливать самостоятельно. Для маленького ребенка это нехорошо, поскольку он привыкает получать обрывочную информацию и очень легко усваивает стилизованные изображения. В результате дети часто отказываются от создания своих образов и постоянно воспроизводят засевшие в памяти образцы.
Игрушки
Дети отождествляют себя с вымышленными персонажами и сказочными героями, но намного сильнее отождествление происходит в игре, поэтому любимая игрушка становится другом и «зеркалом» маленького ребенка. Дети прочно запоминают образ того, с чем играют, и даже проецируют качества игрушки на собственное поведение. При выборе игрушек стоит обращать внимание на несколько важных моментов.
У антропософских кукол нейтральные, но при этом добродушные выражения лиц, им можно «назначить» любой характер и любую эмоцию. Мастер Мария Тимофеева
