посиди среди берёз,В этом месте – избавление от печали и от слёз.Всем она несёт прощение без укора и суда,Мира вечного невеста – наша русская весна.Всё времени подвластно, и кончится весна,И, как всегда нежданно, наступят холода.Без всякого сомненья, у мира есть душа,Которая и будет вместилищем тепла.Молитесь без причины, любите ни за что,И помните, что истинно быть всем за одного.В любое время года пытайтесь превозмочьСомнения и страхи, а ближнему помочь.
Первый снег
Первый снег не долетает до земли,В тягость – говорить и шевелиться.Назойливо мерещатся шагиТого, с кем не успели помириться.За окном туманный силуэтОсень красками холодными рисует,А в голове – и не вопрос, и не ответ,Отчего душа моя тоскует.Шепот прошлого – холодный, словно рифма,Которая до срока умерла.Мне с первым снегом объявилась нимфа,Она из пережитого случайно забрела.Краток миг подобного свиданья,В моей руке холодная рука.Чему помогут слезы, оправданьяИ поцелуй в незрячие глаза?За ночь снег припорошит поля,Постельным ситцем ляжет на дороги,Но не оставит даже лёгкого следаОбраз, сотканный из грусти и тревоги.Это очень грубая картинка,Время жить, и время умирать.Любая жизнь – лишь хрупкая травинка,Потому спешите вовремя воздать!
Вроде
Откуда взяться разнице в речах,Всё как бы и созвучно, и понятно:У этих звёзды на погонах, а у этих – на плечах,Но многим это, вроде, глубоко отвратно.Заяц за собой петлю оставляетНа белом девственном снегу,А кто-то её сам на шею надевает,Пристроив на осиновом суку.Ведь, вроде, это рядом – судить и рассудить,Но только лучше за подобное не браться:От искушения казнить до умения простить —Путь, где человеку просто потеряться.Август – лета чародей, в косу золото вплетаетИ сладким мёдом манит за собой,А к кому-то в это время двери открываетЧто-то в чёрном балахоне и с косой.Вроде горн кузнечный – основа всех основ,Колыбель горящего металла,И пионерский горн из далеких детских снов,В корнях у них, наверное, общее начало.Мы ничего уже не в силах искупитьИ трусим рвать сорняк в словесном огороде,Но когда-нибудь придется схоронитьПонятие, что можно как-то «вроде».
Возвращайся
Караоке-стриптиз бар весь в знаках препинания,Здесь погоды не бывает скованной и мнительной,Здесь у каждого своя минута ожидания,И только морда у бармена осталась вопросительной.Если водка не допита, а песня не допета,То и в разговоре все слова кривые.Девушка на сцене совсем уже раздетаИ бедрами для всех рисует запятые.Из дымовой завесы кто-то выплавляется,Он будет истерично в микрофон орать,Как будто с того света кто-то вызывается,Или туда кого-то собрались забирать.Парни бородатые и девчонки бритыеЧто-то курят вкусное, дымя друг другу в рот.А на сцене мальчики, юбочкой прикрытые,Исполняют зажигательный фокстрот.Кто-то отдает, а кто-то получает,Кому-то не хватает, кому-то передоз.Каждый по деньгам отдых выбирает,И каждый получает собственный некроз.Вечер у воды томный и прохладный,Нитями багровыми светится закат.Пусть этот мир не очень и понятный,Он тебя любого будет видеть рад.
Терпение
Всего одну минуту надо промолчать.Может, это время тайного знамения,Которое поможет для себя понять,Что никто не стоит осуждения.С ненамятой глины бюста не сваять,И ничто не сотворялось без терпения.И можно себя в жизни растерятьИз своего же собственного рвения.Не бойтесь пауз: это мудрости черта,В них иногда приходит озарение.Бойтесь того, что рвется с языка,Когда приходит разума затмение.Одному кукушка много накукуетВеры и терпения, царство в небесах,А у кого-то ведьма душу разворуетИ заскрипит песком на треснутых губах.Пристальней смотрите на себя,Что от многого поможет удержаться.Тот, с кого сочится мёртвая вода,Сам и будет ею умываться.В терпении движение вперёд,Спасение от красного накала.Пусть кто-то прогибается и врёт,Но судьба не начинается сначала.
Предчувствие
Вы свои пройдите лабиринты,Разберитесь до конца в самих себе,Честно разделите волю и инстинкты,И тогда поймете, на чьей вы стороне.Умейте без приказов любить и ненавидеть,Умейте верить в чудо и себе не врать.Ваша вера породит умение предвидетьИ подарит дар понять и сострадать.Мир надо увидеть с четырёх сторон,Встретиться с рассветом и проводить закат,Коснуться его главных эрогенных зон,Вот тогда и камни с тобой заговорят.Камни драгоценные и камни придорожныеГлавное умеют рассказать,Они в тысячелетиях смиренны и, набожные,Знают, когда их раскидывать, а когда собрать.Перекрёсток трех дорог, сигнальные костры,Беркут, как архангел, кружит в облаках.Никуда не делось предчувствие войны,Но он уже не путается в собственных следах.Прорастают из земли сорняки и злаки,И он уже поверил самому себе,И потому готов участвовать в атаке,И пусть теперь гадают, на чьей он стороне.
Расклад
Обручальное кольцо не смоешь в унитаз,Но его можно выбросить в окно.Если с головой погружаешься в экстаз,Многое бывает всё равно.А возьмёшься что-то объяснять,А никто не слушает и грамма не вникает,То начинаешь откровенно врать,Но это уже тоже никто не замечает.За окном под утро затявкала собакаИ сразу стала враг номер один.А тут ещё и молния блеснула с полумрака,Ну, это уже точно надо выпить аспирин.То совсем не вовремя, а то вообще не в жилу,Не это подарили, и попутчики не те.Оторвать бы руки этому дебилу,Кто так карты разложил на его столе.Он всегда был парнем то, что надо,Как хотел, как думал, так и гнул,Но чего-то не хватило до полного расклада,И его свой мир же отрыгнул.Каждому воздастся по заслугам,Сколько ни берись колоду тасовать.В игольное ушко не пролезть верблюдам,Им теперь придётся чакры прочищать.
Слепой
Я выбрал самого седого старика,Иссохшего под гнётом прожитого,Спросил, чего звонят колокола,Будто из ночи кликая слепого?Старик не был охоч до разговоров,Но, отвечая на настырный взгляд,Сказал без уважительных узоров,Что это всё церковный маскарад.Давно оглохли души для набата,И некому теперь седлать коней,Когда сошла с ума вдова солдатаВ разбомбленном приюте для детей.У стариков болезни, у калек мечты,Но всем им эту пропасть придётся перейти.Убитые дороги, сожженные мосты,А им бы до могилы поклажу донести.Водка из бутылки булькает в стакан,Первому слепому наливают.Ему-то нипочем сгустившийся туман,Его во тьме надежно охраняют.Я выбрал самого седого старикаИ ждал какие-то понятные советы,Но он ушёл, не оглянувшись на меня,Оставив самого искать ответы.
Лекари
По-разному звучат нравоученья,И не в разуме бывают предсказанья.Есть мастера развеивать сомнения,А есть служители актуального сознания.Она в районе предсказала наводнение,И караси в полях сожрали урожай.А соседке с зоотехником – чудные мгновенья,И те теперь по пятницам ходят за сарай.Она цитировала Троцкого и Ницше,Когда лечила старческий запор,И, сказывают, роды принимала у волчицы,И знает от безденежья верный заговор.Она писала Берии запискиИ плела петельки с конопли,И за ворожбу со всех брала расписки,Даже с тех, кто расписаться не могли.Она на праздники вывешивала тряпки,И какие-то значки носила на себе.Она жила в предписанном порядке,Вроде до сих пор служа в НКВД.Если кругом голова, значит Земля круглая,Если просят подписать, надо подписаться,Если есть хорошая советчица,За неё приходится держаться.
Печали
От совершенно непонятных впечатлений,Которые мелькнули и пропали,Приходит чувство неосознанных сомнений,Из которых нарождаются печали.Печально недоверие во взгляде и в речах,Когда паузы становятся длиннее.И тогда одна лишь мысль пульсирует в висках:Как бы разбежаться поскорее.Кто умеет разойтись с самим собой,В ком не просыпались внутренние смуты,Те
