...Я правильно сделала, и все-таки стихи он писал хорошие, и очень жаль, что сейчас не тот год и не встречает меня у служебной двери высокий сутуловатый мужчина с тревожными огнями в ямах глазниц, каждым движением старающийся понравиться".
Задумавшись, она вздрогнула, когда на стол между тарелками шлепнулся пакет из жесткой черной бумаги. Старинушка-матушка, плоские двумерные фото; сейчас это редкое хобби, как, например, вышивание по канве.
Андрей Ильич вытащил первый снимок и показал его Элине, как фокусник загаданную шестерку пик: вкрадчиво положив, резко отдернув пальцы.
Она поняла все сразу. Точно резиновая рука на мгновение сжала горло пришлось бороться, возвращать дыхание. Вмешалась сорокалетняя актерская дисциплина: человек, нанесший удар, ничего не заметил, хотя и рыскал глазами по ее лицу. "Ты ничего не понимаешь, все это забавный технический трюк. Совершенно ничего не понимаешь. Ты заинтригована, удивлена, не более".
Решив нипочем не сдаваться, она весело воскликнула, округляя брови и зачем-то рассматривая снимок на свет:
- Ото! Как вы это сделали?
На фото была все та же веранда, ситцевая занавеска кухоньки, и у самоварного крана, наливая чашку, она, она сама, Элина, только не такая, как сейчас, а тридцатилетней давности, озорная, упругая, в каком-то пышно-широком затейливом кимоно с огромными цветами по белому.
...Все-таки фигура стала куда более массивной. Сейчас она бы уже не перегнулась таким натянутым луком, не обхватила бы руками колено, поджатое к подбородку. А здесь загорает в лодке посреди озера. Небрежно брошены весла. Летит тополевый пух над темной водой.
...Вместе укладывают рыхлый чернозем в деревянную раму будущего парника - довольный Андрей Ильич с отеческим одобрением на лице и молодая старательная Элина в шортах и линялой рубахе с засученными рукавами.
Еще фото. Над стеклянным двускатным парником, счастливо жмурясь, сама молодость в лице перепачканной Элины обнимает за шею седого, нынешнего, Ведерникова.
- Неужели вы научились фотографировать мозговые образы? Наверное, через сублиматор?
- Это не мозговые образы, - ответил несколько обескураженный биоконструктор. "В самом деле не сообразила или притворяется? А, все равно, недолго тебе капризничать". - Хотите, познакомлю?
"Отступать некуда. Как я не подумала с самого начала, что у него все козыри? Еще секунда, и буду выглядеть глупо и фальшиво".
- Робот, - сказала Элина тоном детектива, разоблачившего страшный заговор, и чайную ложку наставила на Ведерникова вроде оружия.
- Больше, намного больше. Я бы сказал - робот-двойник, идеальная белковая копия.
Ей захотелось упасть на этот видавший лучшие времена, исцарапанный стол и крикнуть что есть голоса: "Какое право? Какое вы имели право?!" Пустая истерика. Право художника пользоваться любым материалом: глиной, красками, оловом, гаммой нот или искусственными аминокислотами.
- Так хотите увидеть в натуре? Сейчас позову.
- На озере? В лодке?
- Да.
Она медленно покачала головой - не надо.
Андрей Ильич засмеялся, сел напротив - скрипнула спинка ивового плетеного стула, - скрестив руки на груди. Вот они, странно подрезанные снизу, чуть раскосые ореховые глаза, в которых впервые за тридцать лет я сумел вызвать волнение: они влажнеют, слезы накапливаются над нижним веком. С тебя достаточно, с меня тоже, давай звони в аварийную гравиходов. Триумф не удался. Грустно. Я не создан для сведения счетов. Вот сидит, еле сдерживая слезы, моя давняя полувыдуманная любовь, и я уже чувствую себя преступником. Конец игре.
- Вы... счастливы с ней?
- Нет, Элина Максимовна. Я делал ее в каком-то угаре, не понимая, что затея обречена. Чтобы полюбить ее, надо было поместить ее на ваше место и окружить вашей славой, и чтобы я ждал у служебной двери, и чтоб мне было двадцать восемь.
- И, может быть, чтобы она относилась к вам так же, как я?
Мстит... Как это сказано у поэта? Вечно женственное... Чтобы она простила, мне надо бы привести к порогу ни в чем не повинную Эли и деструктировать, обратить в лужу студня. Но потерпите, Элина Максимовна, эта история кончится лучше, чем вы предполагаете, и, может быть, мы станем величайшими друзьями. Ибо крепка дружба, основанная на ностальгии по прошлому.
- Существует категория мужчин с собачьим характером, но я, к сожалению или к счастью, не из их числа и не целую бьющую руку. Мне нужны были вы, но с ответным чувством, с лаской, преданностью, полным пониманием. Двойник все это смог.
- Кажется... кажется, мне все ясно, - звонко расхохоталась она, и Андрей Ильич порадовался, что Элина оттаивает.
- Слишком много сладкого, а?
- Н-не совсем.
- Так в чем же дело?
- Я уже говорил: в отсутствии служебной двери живого театра.
- Ого, как вы тщеславны! Неужели я вам понравилась только потому, что была известной актрисой?
...Это уже шутливый турнир. Как хорошо, хорошо! Если бы все сложилось иначе, жестче, я бы, наверное, испытал сегодня темное ликование, а потом долго мучился бы раздумьями. Чего доброго, возненавидел бы бедняжку Эли.
- Нет, просто понятие "вы" складывалось из всего. Внешности, голоса, умения расцветать на сцене, ума, славы...
Она заговорила о другом. Глядела словно внутрь себя, мечтательно и стыдливо:
- Я вдруг почему-то представила себе театр двойников... Я раздваиваюсь, учетверяюсь, и каждая моя новая ипостась воплощает иную черту характера героини. Представляете? Ведь в каждом из нас существуют несколько "я", и вот все они выходят наружу, спорят между собой...
Будто всплыв из глубины зеленых осенних вод, ее взгляд вернулся к миру и вновь обрел Андрея Ильича, веранду, снимки.
- Мне было очень интересно опять познакомиться с вами... Андрей. Если позволите, я вызову платформу.
"Хэппи энд", - только и успел подумать он, услышав топот, шелест и смех в малиннике.
Вылетела на дорожку, перепугав Кудряша и чуть не осыпав лилии, Элина молодая, босиком, в блузке узлом на пупе и брезентовых шортах. На шее у нее стетоскопом болталась кувшинка. Изображая мимикой непосильный труд бурлака, Эли тащила за руку молодого мужчину, одетого еще более скудно, зато с мокрыми брюками через плечо.
- Папа! Рей упал с лодки и не кочет в этом признаваться!
Затем они заметили гостью. Эли выпустила руку Рея и стала рядом с ним голенастым, чуть сутулым, с черными огнями под карнизом лба двойником двадцативосьмилетнего Андрея Ильича.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
