Читаем без скачивания Банзай, земляне! - Григорий Дондин

Когда дополнительный спидометр отсчитал два километра, сержант скомандовал остановку. Впереди был очередной изгиб каньона.

– Мазёвый, послушай, как там наши случайные.

– Они знают о нас, – через минуту хмурым голосом сообщил Мазёвый. – Затихарились на обрыве слева. Пятеро. Почти не говорят. Один раз только вякнули чего-то шепотом. От нас метров двести пятьдесят – триста будет.

– Они точно сверху?

– Уверен, – подтвердил Мазёвый, снимая сферу.

– Единожды твою ж мать, – без злобы произнес сержант.

– А я вот думаю, может, они тоже гражданские?

– Не-а, – мотнул головой Мазёвый. – Я солдатский звездеж от нормальной гражданской речи на слух всегда хорошо отличаю. Орки – они такие же, как мы. Водку пьют и пальцев на руках у них по пять. Смысл разговора без словаря понять можно. Жратва, бабы, бухалово, лейтенант-козел и что мы будем делать на гражданке.

– Че, запусти червя, – распорядился сержант.

Боец скинул вещмешок и блаженно расправил плечи. Достал из бокового кармана рюкзака катушку тонкого оптоволоконного шнура с крошечным глазком камеры на конце. Присел на камень. Устроил катушку на коленях. Подключил идущий от нее витой шнур к разъему на своей сфере. Опустил на лицо черные очки-полумаску. Червь ожил. Зашевелил головой, подчиняясь сенсорам, улавливающим движения зрачков бойца. Скользнул на землю и быстро пополз вперед, змейкой извиваясь между камнями. Че пальцем придерживал рычажок, регулирующий скорость вращения катушки.

– Вижу над обрывом два зеленых рыла, – сообщил он, когда червь достиг изгиба каньона. – Смотрят через оптику в нашу сторону. Стволы у них обстоятельные. Вроде ручных луч-мастеров с сильной оптикой. Прямо под ними в скале расщелина от верха до самой земли. Я вот думаю, что по ней подняться можно. Там даже скобы кое-где в камень вбиты для пущего удобства. Ее-то зеленые и сторожат.

– У этих карма тоже никудышная, – рассудил сержант. – Отправляем на реинкарнацию.

– Вопрос одной осколочной гранаты с подствольника, – Клюв любовно погладил своего мага.

– А если остальные там окопались по самые уши и в ответ тоже чего-нибудь пришлют с некислым тротиловым эквивалентом?

– Это они могут, – признал Клюв.

– Другие предложения будут? – сержант досадливо глянул на Кумара. С экстрасенсом, чутко прорицающим все телодвижения живой силы противника, воевать было куда проще. Сейчас бы могли точно узнать, что наверху делается. Кто в кустах с хронической дизентерией отсиживается, а кто миномет к прицельной стрельбе готовит. Чующий, потерявший нюх, – не боец, а пятьдесят кило живой обузы.

– А я вот думаю: как эти уроды узнали, что мы идем? – подал голос Че, продолжая наблюдать за обрывом. – Ведь верно – сидят и целенаправленно ждут, что кто-то появится с этой стороны.

– Может, они совсем и не нас ждут, – предположил Клюв. – Мало ли: междоусобица какая у них на этой планете творится? Случаются такие разборки между своими и у нас, и у них тоже.

– Они именно нас учуяли, – доложил Кумар. – Я сейчас почувствовал, как по моему сознанию кто-то чужой ползает.

– Че, похожи эти двое на храмовников? – спросил сержант.

– Наверняка не скажу. Мне, кроме их рож, ничего не видно.

– Значит, считаем их храмовниками, пока не доказано обратное. Кумар! Ты тут хлестанулся, что можешь от третьего глаза другого экстрасенса спрятаться.

– Могу, товарищ сержант.

– А чтобы еще и нас спрятать, твоих талантов хватит?

– Тех, кто рядом стоит, – почти наверняка, товарищ сержант. Только мне сперва дунуть надо слегка.

– Это чтобы мы потом полдня тебя на носилках таскали? Отставить.

– Мне совсем чуть-чуть надо. Просто чтобы подсознание расшевелить.

– Стрелять в нужную сторону ты после этого сможешь?

– Так точно. В сторону смогу.

– Ладно, – решил сержант. – Разрешаю. Кури, но только в пределах необходимого для выполнения поставленной боевой задачи. Хоть какую-то пользу родине причинишь на этом острове. Раз не можешь учуять скрытого от глаз противника, назначаю тебя старшим… хм… – Он задумался на секунду, подбирая подходящее название для новой воинской должности: – Старшим напускателем тумана, что ли… Или нет! Будешь у нас специалистом по пси-защите. Сокращенно СПЗ. К исполнению новых обязанностей приступить немедля. Вопросы будут?

Командование негласно поощряло употребление легких наркотиков бойцами из ГМП, поскольку это обостряло экстрасенсорные способности. В некоторых частях чующим специально выдавали плитки земного гашиша или юнгарской сахарной смолы, как другим бойцам выдавали витамины и прозванные озверином пилюли, стимулирующие выработку норадреналина и прочих нейрогормонов. Так что кличка Кумар прилипала едва ли не к каждому третьему армейскому экстрасенсу. Боец достал из вещмешка самодельный бульбулятор на базе алюминиевой банки из-под пива, зарядил его щепоткой травы из пухлого целлофанового пакета и с энтузиазмом чиркнул зажигалкой.

– Было мне видение, бойцы, – начал сержант. – Один из вас взял в руки Лыбыча и, не таясь, пошел в сторону скопления сил противника. Черти наверху разволновались, всей кучей с обрыва повысовывались, даже вниз полезли, чтобы святую реликвию отбить. Тут-то мы их всех и постреляли.

Бойцы ничего не говорили несколько секунд.

– Верное самоубийство, – наконец произнес Клюв, озвучив общее мнение.

– Необязательно, – возразил сержант. – У орков вся жизнь на религии крепко замешана. Они в человека, несущего их священную черепушку, стрелять не станут.

– Не станут, – подтвердил Мазёвый. – Я бойца знаю, который в страшной переделке один из трех взводов выжил. Ушел от зеленых, прикрываясь Лыбычем, как заложником.

– Главное, раздразнить их хорошенько, – продолжил сержант. – Надругательство какое-нибудь над черепом совершить, к примеру. Ну, не мне вас этому учить. По части надругательств вы и сами большие мастера. Главное, сделать так, чтобы зеленые про нас забыли и сосредоточились на действиях осквернителя. Задача понятна?

– Я пойду, – вызвался Мазёвый.

– Сиди! – запротестовал Клюв. – Если орки твои нежные музыкальные ушки пообрывают, эхолов останется только послюнявить и затолкать в чью-нибудь задницу. Вибрации Вселенной никто, кроме тебя, толком слушать не умеет. Я Лыбыча нашел, я с ним и пойду.

Они подошли ближе к изгибу каньона. Че продолжал наблюдать за обрывом с помощью червя. Изображение проецировалось на очки-полумаску, заслоняя большую часть естественного поля зрения. Мазёвый придерживал его за локоть, вслух предупреждая о крупных камнях на пути. Клюв выдвинулся вперед, держа Лыбыча на уровне груди. Вещмешок он оставил. Взял с собой только самое необходимое – пару гранат, пистолет и нож.

– Боец! – негромко окликнул сержант.

– А? – Клюв обернулся.

– Напоминаю – умирать запрещено.

– Ага! – Клюв кивнул так, будто выполнение этого приказа зависело только от него.

Через несколько шагов он увидел двух орков на обрыве. При появлении человека они напряглись. Плотнее прильнули к оптике луч-мастеров. Клюв тоже напрягся, готовясь к болезненным обжигающим ударам. Броня на нем была легкая, но качественная. С термостойкими прослойками, выдерживающими до трех прямых попаданий орочьих лучей в одну точку. С первого выстрела его вряд ли бы убили. Орки не спешили стрелять. Перебросились между собой несколькими фразами. Потом один из них что-то рявкнул, обернувшись через плечо. Клюв продолжал идти вперед.

Над обрывом показался третий орк. Этот не прятался и не осторожничал. Встал в полный рост на самом краю. Осмотрел через оптику наглого человека. Опустил ствол. Ткнул пальцем в сторону пришельца и выкрикнул несколько слов рыкающим голосом. На нем был черный килт с золотым орнаментом на поясе и черный же плащ. На руках поблескивали широкие браслеты. Точно, храмовник.

– Э-э! Ты, морда зеленая! – ответил на вызов Клюв, продолжая шагать к расщелине. – Спускайся вниз на разговор, не то я вашего Лыбыча сейчас обоссу! Вам же потом на него молиться противно будет!

Орк опять что-то рявкнул. Потряс кулаком над головой. Резко поднял луч-мастер и дважды тронул гашетку. Две алых иглы впились в камни справа и слева от ног Клюва. Боец замедлил шаг, оборачиваясь на оплавленные булыжники. Потом крикнул:

– Слазь говорю, скотина!

Орк рявкнул. Стрельнул еще раз. Броня на левом плече Клюва зашипела, поглощая тепловую энергию заряда. Появился характерный синтетический запах. Луч прошел по касательной, но боец все равно ощутил обжигающую волну смертоносного жара.

– А за испорченный погон ты мне ответишь, сука! – злобно проорал он. Потом тише, с нервной усмешкой добавил: – Надо же, блин! Ефрейторскую соплю отстрелил, гнида инопланетная.

Клюв остановился, опустил череп до уровня пояса, повернул его зубами к себе, сделал несколько широких неприличных движений тазом и быстро вернул Лыбыча на уровень груди, опасаясь, что орк все-таки решится выстрелить в него.