разглядеть его колеса, тормоза и вагоны, прежде чем рухнуть на пол. Она зажмурилась, и на секунду перед глазами все почернело. От рева поезда резало уши. Лицо обдало горячим паром, скрежет металла усилился, взвыл свисток. Сюзи стиснула зубы и зажала уши ладонями.
Визг тормозов достиг самого пика и резко оборвался. Они негромко заскрипели, будто вздыхая с облегчением, и все затихло.
Сюзи приоткрыла один глаз.
Она лежала у палатки Флетча, и ноги почти касались путей. Грубые руки вцепились ей в плечи: это механик подошел к Сюзи и помог ей сесть. Сил сопротивляться у нее не осталось.
– О чем ты тольк’ думала? – воскликнул он, топоча короткими ножками. – Чуть не стала Происшествием!
– Чем? – спросила Сюзи. В ушах все еще звенело.
– Происшествием на Путях! Хуже и не придумаешь!
Сюзи непонимающе уставилась на Флетча и задумалась над тем, как ему ответить. Вроде и хотелось извиниться, но карлик к этому не располагал. Да он сам до сих пор не извинился перед ней!
Как только девочка собралась с мыслями, их окликнул незнакомый голос, идущий откуда-то сверху:
– Флетч? Это ты, старина? Что у тебя там происходит, черт возьми?
Оба посмотрели наверх, и Сюзи чуть не упала обратно на пол от удивления. Над ней возвышался старый паровоз, который шипел и подрагивал, извергая из трубы желтоватый пар. Такого большого локомотива Сюзи в жизни не видела. Точнее, это относилось лишь к некоторым его деталям. Он больше походил на огромный поезд, который проехал на огромной скорости сквозь множество маленьких поездов, и еще вдобавок сквозь парочку зданий, а потом все эти части смешались между собой. Труба была чересчур широкой, колеса разномастными, паровой котел цилиндрической формы сужался к концу, а кабина машиниста представляла из себя опрятный домик из красного кирпича с черепичной крышей, ящиками для цветов на окнах и ярко-алой входной дверью.
Дверь была открыта, и голос шел именно оттуда. Вскоре Сюзи увидела небольшую фигурку. Она выскользнула из домика и спустилась на узкий выступ на боку локомотива всего в метре от колес, держа в руках фонарь. Свет, как будто из прожектора, упал на Флетча.
– Флетч? Надеюсь, это не Происшествие?
Сюзи попыталась разглядеть лицо машиниста, но за ярким фонарем оно казалось черным-пречерным.
– Хуже, Стонкер, – ответил механик. – Ты посмотри. – Он показал на Сюзи большим пальцем руки, и ее тут же осветил фонарь.
– Вот те раз, местное существо! И оно не спит!
– Эт’ подготовительная команда начудила, – сказал Флетч. – Чья сегодня смена?
– Да ничья, старина, – отозвался Стонкер. – Тебе что, не сообщили? Они теперь удаленно усыпляют.
– Ха! – фыркнул Флетч. – Ну, все ясно. А я им чего говорил? Хорошо, конечно, издалека заклинанья-то читать, но, если хошь, чтоб’ на совесть работа была сделана, изволь сам прийти и проследить. Это ж жалкие сонные чары! Да зубная фея справилась бы с ними.
– Ты совершенно прав, приятель, совершенно прав, – согласился Стонкер, явно думая о своем. – Так что ты предлагаешь теперь делать? Мы сильно отстаем от графика.
Флетч почесал затылок и смерил Сюзи взглядом:
– Над’ в главный офис позвонить, наверн’. Пущай оттуда придет кто и сотрет ей память.
– Не смейте! – воскликнула Сюзи, вскакивая на ноги. – Я вам не позволю залезать мне в голову. Это личная собственность!
– Ну, может, оно и к лучшему, – заметил таинственный Стонкер. – Видишь ли, нам тут быть не полагается. Не в нашей это юрисдикции и все такое. Не хотелось бы, чтобы нас выдали. К тому же пока из офиса сюда доберутся. А ты сам с заклинанием не справишься, а, Флетч?
Флетч со свистом втянул воздух сквозь зубы.
– Даж’ не знаю, Стонкс. Память – штука сложная, эт’ все равно что паутину распутывать. А чего с чем связано – ну кто его знает? Я бы лучше чары замешательства наложил.
– Вот уж не надо, – попросила Сюзи и отошла на-зад. – Я и так в замешательстве. – Она скосила взгляд туда, где стоял Стонкер, и сощурилась: – Кстати, я не «оно», а «она», чтобы вы знали.
– Значит, самка? Извини, я в местной фауне не разбираюсь. Имя у тебя есть?
– Сюзи. Сюзи Смит. Скажите, пожалуйста, кто вы такие и что здесь делаете.
– Пожалуй, ты имеешь право об этом узнать, – согласился Стонкер.
Свет фонаря вздрогнул, замигал и погас. У Сюзи перед глазами расплылись красно-зеленые пятна, и она моргнула, чтобы от них избавиться. Стоило девочке открыть глаза, как перед ней возникло существо, похожее на Флетча, только с кремнисто-серой кожей, почти без бородавок и не такое морщинистое. Стонкер был одет в опрятную синюю униформу. Пиджак доставал ему до лодыжек, на фуражке блестели серебряные узоры. Под огромным носом росли усищи цвета соли с перцем, густые и лоснящиеся, как барсучий мех. Они свисали почти до колен, а кончики у них были завиты в тугие спиральки. Синие глаза забавно блестели.
– Дж. Ф. Стонкер, – представился он. – Машинист Невероятного Почтового Экспресса. Лучшего, прошу заметить, поезда троллей. – Он развернулся и любовно похлопал локомотив по паровому котлу.
– Так вы тролли? – уточнила Сюзи. – Разве это возможно?
– Мы не собирались здесь останавливаться, – ответил Стонкер, явно не поняв ее вопроса. – Но кое-кто, очевидно, решил погулять по путям. Тебе еще повезло, что тормоза недавно подремонтировали!
– Я не виновата, – отрезала Сюзи, краснея от обиды. – Им здесь быть не положено. Да ничему из этого здесь быть не положено. Включая вас!
«Как же все это несправедливо!» – подумала девочка.
– Не переживай, – успокоил ее Стонкер. – Мы скоро уедем, и Флетч уменьшит рельсы и шпалы до прежних размеров. Ты разницы и не заметишь!
– Прежних размеров?
Впервые за все это время Сюзи задалась вопросом: как громадный паровой локомотив уместился в ее доме? Она задрала голову и увидела, что потолок унесся куда-то ввысь и фиолетовый плафон люстры маячит вдалеке, словно воздушный шарик. А Сюзи и не заметила, как коридор первого этажа вырос до размеров собора!
– Что произошло? Как вы это сделали? – ошалело спросила она.
– Не моя сфера, к сожалению, – ответил Стонкер. – Это Флетч у нас технический гений.
Флетч хмыкнул:
– Стараюсь.
Сюзи слушала их только краем уха. Она бегала по коридору, дивясь его преображению. Дверь в гостиную стала высокой, как утес, а чтобы дотянуться до притолоки, нужно было встать на цыпочки. Дверь в кухню вовсе исчезла, и на ее месте появилась громадная каменная арка. Пути теперь там не заканчивались, а уносились вдаль, насколько хватало глаз.
– Вы нас уменьшили! – воскликнула девочка, и ее крик разнесся эхом, как по пещере.
– Не, – отмахнулся Флетч, склонив голову набок и выдергивая
