• съедать все, что было собрано во время подаяния, за один раз,
• прием пищи только из своей чаши для подаяния,
• отказ от любой другой пищи,
• жить только в лесу,
• жить под деревом,
• жить только на открытом воздухе, не в домах,
• пребывание, главным образом, в местах расчленения, кремирования или скармливания хищникам трупов умерших людей,
• во время непрерывных странствий от места к месту, удовлетворяться найденным для остановки местом, каким бы оно ни было,
• спать в сидячей позиции, никогда не спать в позиции лежа.
Будда сказал, что если его монахи хотят придерживаться этих дополнительных правил, то это хорошо; но никто не обязан так поступать. Некоторое количество его монахов, тем не менее, предпочли последовать за Девадаттой и таким образом, покинув общину Будды, образовали свою собственную.
В школе тхеравады дополнительные дисциплинарные нормы, установленные Девадаттой, называются тринадцатью ветвями выполняемой практики (пали: dhutanga). Лесная монашеская традиция, которая и ныне функционирует, например, в современном Таиланде, по-видимому, происходит от данной практики. Самым знаменитым практиком, придерживающимся такой строгой дисциплины, был ученик Будды Махакашьяпа (‘Od-bsrung chen-po). Кроме того, многие из этих разновидностей дисциплинарных норм соблюдаются странствующими праведниками (санскр. sadhu) в индуистской традиции. Кажется, что их практика является продолжением традиции живущих подаянием, странствующих духовных искателей времен Будды.
В школах махаяны есть подобный перечень двенадцати характеристик выполняемой практики (sbyangs-pa’i yon-tan, санскр. dhutaguna). В этот перечень не включается правило «не пропускать ни одного дома во время сбора подаяния», также добавляется «ношение одежды, выброшенной в мусор», а «прошение подаяния» и «прием пищи только из своей чаши для подаяния» понимается как одно правило. Позднее, в индийской традиции значительное количество этих дисциплинарных принципов соблюдалось высоко реализованными практиками тантры (grub-thob chen-po, санскр. mahasiddha), упоминания о которых можно найти как в буддизме махаяны, так и в индуизме.
В то время откол от устоявшейся буддийской традиции и создание другой общины – например, в современных терминах, создание отдельного Дхарма-центра – не было проблемой. Такое действие само по себе не является «внесением раскола в монашескую общину», одним из пяти тягчайших преступлений (mtshams-med lnga). Тем не менее, Девадатта произвел именно раскол и совершил именно такое преступление, поскольку отделившаяся и последовавшая за ним группа питала крайнюю неприязнь по отношению к монашеской общине Будды и, жестоко ее критиковала. Как гласят некоторые источники, дурные последствия этого раскола давали о себе знать на протяжении нескольких веков.
[Перечень пяти тягчайших преступлений см.: Коренные обеты бодхисаттвы.]
Эпизод раскола говорит нам о том, что Будда был чрезвычайно толерантным и не был фундаменталистом (крайним консерватором). Если его последователи хотели принять более суровый кодекс дисциплины, нежели тот, который установил для них он сам, это было приемлемо; если такое желание у них отсутствовало, это тоже было нормально. Никто не был обязан практиковать то, чему учил Будда. Даже если монах или монахиня хотели оставить монашескую общину, это тоже было нормально. Однако крайне разрушительным действием является раскалывание буддийской общины, особенно монашеской общины, на две или более группы, одна из которых (или обе) крайне недоброжелательно настроена по отношению к другой и пытается дискредитировать ее или причинить какой-либо вред. Даже присоединение к одной из этих враждующих группировок впоследствии и участие в процессе дискредитации, который она осуществляет в отношении другой группы, является в высшей степени губительным. Однако если одна из групп вовлечена в разрушительную или дурную деятельность или же придерживается пагубных норм дисциплины, тогда сострадание требует того, чтобы мы предостерегли людей от присоединения к этой группе. Но к побудительному мотиву такого действия никогда не должны примешиваться чувства гнева, ненависти или стремление к отмщению.
Уход Будды
Несмотря на то, что, достигнув освобождения, Будда вышел за рамки опыта обычной неконтролируемой смерти, все-таки в возрасте восьмидесяти одного года он решил, что будет полезно дать своим последователям учение о непостоянстве и оставить тело. Перед тем, как сделать это, Будда дал своему спутнику Ананде (Kun-dga’-bo) возможность попросить о том, чтобы он, Будда, жил и учил дольше, но Ананда не понял намек Будды. Это говорит о том, что Будда учит только, когда его об этом попросили, а если никто не просит или никто не интересуется учением, тогда он уходит в другое место, туда, где может принести больше пользы. Наличие учителя и учения зависит от учеников.
Затем, в Кушинагаре (Ku-sha’i grong-khyer, gNas rtsva-mchog), в доме Чунды, Будда смертельно заболел после принятия пищи, которую этот покровитель преподнес Будде и группе его монахов. Будучи при смерти, Будда сказал своим монахам, что если у них остались какие-либо сомнения или неразрешенные вопросы, им следует полагаться на учение о Дхарме, которое он преподал, и собственную внутреннюю дисциплину. Теперь это будет для них учителем. Таким образом, Будда указывал на то, что каждый человек сам для себя должен постигать сущность учения. Не было абсолютного авторитета, способного ответить на все вопросы. Затем, Будда покинул этот мир.
Чунда совершенно обезумел, думая, что это он отравил Будду. Однако Ананда утешил домохозяина, сказав, что, на самом деле, он создал огромную позитивную силу или «заслугу», поскольку поднес Будде последнюю перед его уходом еду.
Будда был кремирован, а его останки были помещены в ступы – сооружения, в которых хранятся мощи святых – в особенные места, которые стали главными буддийскими центрами паломничества:
• Лумбини, где Будда родился,
• Бодхгайя, где Будда достиг просветления,
• Сарнатх, где он впервые преподал учение о Дхарме,
• Кушинагар, где он ушел из этого мира.
Заключение
В различных буддийских традициях даются разные жизнеописания Будды. Эти различия показывают, каким образом каждая традиция представляет себе Будду, а также обращают наше внимание на то, чему может научить пример его жизни.
В хинаянских версиях речь идет только об историческом Будде. Они демонстрируют, как интенсивно работал над собой Будда для достижения просветления, и таким образом, мы сами учимся прикладывать усилия.
Согласно основным махаянским версиям, Будда достиг просветления множество эонов тому назад. Проявив себя в форме живого существа, свершившего двенадцать просветляющих деяний, Будда учит нас тому, что просветление влечет за собой непрекращающуюся деятельность ради всех живых существ.
В источниках ануттарайога-тантры Будда одновременно проявился как Шакьямуни, дающий учение «Сутр совершенной мудрости» (The Prajnaparamita Sutras), и как Ваджрадхара, дающий учение тантры. Это указывает на то, что практика тантры целиком основывается на учении школы мадхьямака о пустоте.
Таким образом, мы можем почерпнуть много полезного из каждого варианта жизни Будды и обрести вдохновение на различных уровнях.
