Вот и на этот раз босс вызвал ее по интеркому для ведения протокола встречи. В том, что это важный заказчик Арина убедилась с первых же слов жилистого, сухого мужчины, представившегося как Дмитрий Верховой.
— Господин Дей…
— Давайте без лишних реверансов. Макс.
Босс не терпел официоза в общении, предпочитая короткое «Макс» любым другим вариантам. Еще он всем и всегда предлагал перейти на «ты», но почему-то никто не соглашался, и Арина точно знала причину — трудно «тыкать» двухметровому шкафу, одетому с иголочки, при этом улыбающемуся отнюдь недружелюбно.
— Макс, — выдавил из себя посетитель, — У нас проблема.
Так начинался почти любой разговор в этом кабинете, так что Арина отметила соответствующую графу в протоколе и прислушалась внимательней. Гость посмотрел на нее, на Макса, тот утвердительно кивнул, и Дмитрий продолжил:
— Дневное гнездо разворошили.
Макс напрягся, словно гончая, почуявшая добычу:
— Как?
— Пришли группой, выбили ставни, запустили свет внутрь. Молодняк весь полег, кто постарше, по большей части, сберегся, но… Гнездо, по сути, уничтожено. Считай, заново нужно будет собирать Ковен.
— Новая ветвь? — угрожающе спросил Макс.
Посетитель отрицательно завертел головой:
— Никак нет, как можно! Это один из старых Ковенов, просто в результате внутренних стычек много бойцов полегло, вот мы и набрали новых. Но все согласно правилам, мы чтим Договор!
«Ну точно, бандитские разборки!» — подумалось Арине, но отступать было уже как-то поздно. Кажись, птичка увязла по самый клювик, и ей уже не светит вернуться к нормальной жизни.
Макс тем временем встал, подошел к креслу посетителя, навис над ним по своему обыкновению и проникновенно прошептал-прошипел:
— Точщщщно?
И без того бледный гость вообще посерел, ойкнул, как-то очень неаккуратно взмахнул рукой, в которой все еще была зажата чашка кофе, естественно кофе выплеснулось прямо на белоснежную рубашку Макса. Арина прикрыла глаза, ожидая маленькой бури в отдельно взятом кабинете, но вместо вспышки гнева, босс лишь процедил сквозь зубы:
— Аккуратней, уважаемый, вы мне рубашку испоганили.
Дмитрий попытался было встать, отряхнуть, извиниться, но Макс только отмахнулся и переключил свое внимание на второго гостя, до этого хранившего молчание:
— А вы, Владислав, что скажите?
К великому изумлению Арины, в голосе Макса проскользнуло что-то похожее на уважение. Стоит повнимательнее приглядеться к этому Владиславу, очевидно он не так прост, как кажется.
Второму посетителю было намного комфортнее, чем Дмитрию, и это сквозило во всем: в его расслабленной позе, в небрежно лежащей на подлокотнике руке, в изящных, будто слегка рассеянных жестах. Этакий аристократ, снизошедший до общения.
— Мой дорогой друг говорит правду, ковены чтут Договор, молодняка было ровно столько, сколько положено.
Вновь выражать сомнения Макс не стал, скупо кивнул, вернулся на свое место, перестав давить габаритами на гостей, и спросил уже нормальным тоном:
— Зацепки есть? С кем враждуете? Может быть месть?
На каждый новый вопрос Дмитрий панически махал черной гривой волос, а Владислав лишь вальяжно отнекивался, а потом соизволил пояснить:
— Всех своих врагов мы знаем, а это точно были не местные. Запах был… не наш.
А вот теперь Арине привиделась уже не гончая, а здоровенный волкодав, унюхавший ненавистных врагов. Макс как-то весь подобрался, словно готовясь к прыжку и скупо бросил:
— Разберемся.
И вот что прикажете писать в протоколе после столь непонятной беседы? Арина тихонечко вздохнула, добавила еще пару слов к уже написанному и аккуратно осведомилась:
— Срок?
Макс бросил на нее короткий взгляд, посмотрел в потолок, что-то прикинул и выдал:
— Три дня.
Арина невозмутимо кивнула, записала в графе срок «три дня» и захлопнула папочку. Гости верно растолковали жест, как намек на то, что пора и честь знать, вот только Арина уже уяснила, что ей следует покинуть кабинет первой, что она и поспешила сделать. Но не прошло и минуты, как босс вызвал ее обратно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Вызывали, Макс?
Да, Арина перестала величать его «господин Дей», но на «ты» категорично отказалась переходить. Макс или хмурился, или кидал идиотские шуточки, в зависимости от настроения, но смирился с тем, что ослиное упрямство Арины ему не сломить.
— Неплохо выглядишь, видимо с должными ресурсами даже из мыши можно сделать красотку, — подколол ее босс.
Арине приходилось постоянно тренировать выдержку и силу воли, ей очень хотелось ответить какой-то колкостью, но при этом она прекрасно понимала, что ничем хорошим это не закончится, поэтому держала язык за зубами, хоть ей и казалось, что он там с трудом помещается.
Макс увидев, что шпилька не достигла цели переключился на другой вопрос:
— Все записала?
— Конечно.
— Хорошо, оформишь в электронном виде и скинешь юристам, пусть договор состряпают.
Эх, она и сама могла бы «состряпать» договор, да такой, что комар носа не подточит, но к юридическим вопросам ее не подпускали, продолжая держать в «черном теле» секретарской работы. Арина пока не роптала, помня угрожающее выражение лица Макса и его железобетонные аргументы, но возмущение потихоньку копилось внутри и вот-вот грозило вылиться чем-то непотребным.
— Не стой столбом, рубашку приготовь.
Арина страдальчески закатила глаза, считая про себя, чтобы хоть как-то успокоить нервы и направилась к встроенному шкафу у дальней стороны стены. За деревянной дверцей скрывался «тайник» босса — запас чистых рубашек для вот таких вот экстренных случаев. Всегда отглаженные, белоснежные, все от одного известного брэнда. Арина не имела ни малейшего понятия как они попадали в шкаф, она лишь добавила еще один пунктик к списку окружающих странностей.
— Ну, где моя рубашка?
Голос раздавшийся совсем близко заставил вздрогнуть и быстро обернуться. Макс опять подкрался к ней незамеченный и застал врасплох… Своим голым, мать его, торсом!
Девушка моментально вспыхнула, выдержка выдержкой, но вот это уже чистой воды провокация! Зачем он перед ней разделся? Решил покрасоваться? Конечно, было чем… литые плиты грудных мышц, картинный кубики пресса, в меру мускулистые руки. Невозможно отрицать, что зрелище было до нельзя привлекательным. Золотистая, загорелая кожа так и манила прикоснуться, проверить гладкость подушечками пальцев, но… Подняв взгляд на Макса, Арина наткнулась на привычно-холодные голубые глаза и презрительную усмешку:
— Что-то мне подсказывает, что ты не боялась, а хотела контракта в стиле 50 оттенков, — викинг нарочито облизнул языком губы, — что, нравлюсь?
Язвительный тон босса вмиг выдул из головы все романтическо-эротическое настроение и заставил ощетиниться иглами:
— Ошибаетесь, господин Дей, я просто удивлена.
— Да неужели? И опять перешла на «господин»? Ты так делаешь только когда нервничаешь. Волнуешься?
Макс сделал еще шаг в ее сторону, приближаясь практически вплотную, так что у Арины покраснели даже кончики ушей.
— Краснеешь как девственница, — задумчиво пробормотал блондин, а потом строго спросил, — ты девственница, Аришенька?
Девушка задохнулась очередным приступом гнева, рука сама дернулась ответить на идиотский вопрос пощечиной, но моментально оказалась в жестком захвате варвара. Он дернул ее на себя, заставив встать рядом, почти прикоснуться, наклонился близко-близко, и прошептал в аккуратные каштаново-вишневые завитки над ушком:
— Размечталась.
А потом этот наглец выхватил из ее рук рубашку, быстро накинул ее и бросил через плечо:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Даже не надейся, прикосновение ко мне еще нужно заслужить, голодная ты моя.
Все, эта фраза положила конец долготерпению Арины, и та, наконец, отмерла и рванулась из кабинета на всех парах, громко хлопнув дверью за спиной. Естественно, с той стороны раздался раскатистый смех, но Арине уже не было до этого дела, она пыталась понять, что же ей привиделось в зеркале у дверей? Почему в нем мелькнуло отражение Макса, но совсем, совсем в другой одежде? И почему ее волосы всегда кажутся более вишневыми именно в этом зеркале?
