пальто и вешает на вешалку. В дверь заглядывают офицеры отдела.
Джон Робинсон показывает на стулья: «Проходите, располагайтесь, послушаем все вместе».
Офицеры проходят в помещение и рассаживаются. Следом за ними входит и Фрэнк Мюллер, на боку пистолет в кобуре, за плечом автоматическая винтовка. Подходит к Джону Робинсону и протягивает руку — они здороваются.
Фрэнк Мюллер: «Фрэнк Мюллер. Вас я уже знаю».
Джон Робинсон кивает. В этот момент в пульте начинает что-то шипеть. Фрэнк Мюллер показывает Джону на стул и сам садится в стороне.
На пульте загорается зеленая лампочка, слышится щелчок и раздается значительный голос начальника базы.
Начальник базы: «Все меня слышат? Прошу доложить по одному...»
Слышатся доклады командиров подразделений типа: «Роберт Коулмен на месте, все сотрудники в наличии...» Доходит очередь и до Джона Робинсона.
Джон Робинсон: «Джон Робинсон на месте, мои все в сборе».
Далее слышно еще несколько докладов.
Начальник базы: «Что же, все в наличии, можно начинать».
Начальник базы кашляет в микрофон и продолжает: «В общем, так, пока мы еще служащие федеральных сил, то слушайте приказ. Вчера поздно вечером штат Миссури, где мы с вами находимся, перешел на сторону Объединения Центральных Штатов. Весь Средний Запад теперь — это одно Объединение. Соответственно Национальная гвардия штата перешла под командование Объединения. Сегодня ночью они взяли базу под свой контроль. Связываться с ядерным оружием Объединение не хочет. Иван Рыбников договорился с Россией о передаче имеющегося у нас ядерного вооружения на хранение туда. Нам поставлена задача — привести наше ядерное вооружение в состояние невозможности применения — боеприпасы отдельно, схемы управления отдельно. Все это нужно упаковать в тару и подготовить к транспортировке по железной дороге. Вашингтон приказ подтвердил, вот так. Вопросы есть?»
Голос из пульта: «А как с денежным содержанием? Кто это будет делать?»
Начальник базы: «Я это выясняю в Пентагоне, ответа пока нет. Да, в каждом подразделении есть куратор от Объединения. Прошу и приказываю свои действия согласовывать с ними».
В пульте раздается щелчок, он замолкает, зеленая лампочка тухнет. Фрэнк Мюллер встает и поворачивается к офицерам отдела.
Фрэнк Мюллер: «Я думаю всем все ясно. Прошу всех на свои места».
Фрэнк Мюллер протягивает руку по направлению к Джону Робинсону. Тот встает.
Джон Робинсон: «Давайте по местам. Я уточню сейчас и потом определю задачи».
Офицеры отдела встают и по одному выходят из кабинета. Джон Робинсон провожает взглядом своих сотрудников, пока те все не выйдут из кабинета, а потом поворачивается к Фрэнку Мюллеру.
Джон Робинсон: «А вы кто по званию?»
Фрэнк Мюллер: «Капитан».
Джон Робинсон: «Помнится, я где-то такие погоны в учебнике видел...»
Фрэнк Мюллер: «Это Иван Рыбников придумал... Надо же как-то отличаться. Это временно, потом будут настоящие».
Плечо Фрэнка Мюллера ближе. На плече что-то похожее на советский капитанский погон полукустарного изготовления — красная полоса и четыре маленькие звездочки.
Джон Робинсон: «Временно .... Вы, этот погон, Рыбников... ощущение капитуляции после неудачной войны ... Страну просто выключили и все, хватит, навоевались...»
Фрэнк Мюллер: «Ну что Рыбников — это у него фамилия такая, сам иммигрант в третьем поколении, служил в Форт Брэгг.... Такой же военный, как и вы...»
Джон Робинсон: «А он давно с вами?»
Фрэнк Мюллер: «В смысле, в движении? С самого начала — ближайший помощник лидера... Очень толковый...»
Джон Робинсон: «Да уж, конечно.... А я то думал, почему это наша пресса так по поводу России истерит... Все, оказывается, просто... Предатели, продались...»
Фрэнк Мюллер: «Может, боролись так с нами, а может, страну раскалывали...»
Теплый осенний день. Джон Робинсон в легкой одежде подходит к своему ангару. Перед входом в ангар, немного в стороне, Фрэнк Мюллер с солдатом Объединения монтируют спутниковую антенну на треноге. Джон Робинсон подходит ближе.
Джон Робинсон: «Здравствуйте. Спутниковое ТВ вроде отключилось, кого это вы собираетесь смотреть?»
Фрэнк Мюллер: «Доброе утро. Не у всех отключилось, есть и рабочее. Некоторые заранее повыкидывали наши компьютеры».
Джон Робинсон: «А оплата? Международные платежи не проходят».
Фрэнк Мюллер: «Новости бесплатно. Сейчас треногу закрепим, и потащу кабель в ангар. В вашем кабинете можно разместиться?»
Джон Робинсон: «Конечно. Это теперь все ваше... Ну ладно, пойду давать указания».
Фрэнк Мюллер: «Я сейчас...»
Кабинет Джона Робинсона. Фрэнк Мюллер разместил телевизор и приемник на столе и заканчивает прокладку кабеля. Кабель подключен, Фрэнк Мюллер включает ТВ и приемник и настраивает прием пультом. Через какое-то время показывается четкая картинка RT. Идет передача о России. Показывается пустоватый проспект. Передача идет от гипермаркета. Корреспондентка берет интервью у бабушки. На заднем плане ходят прохожие. Идет параллельный синхронный перевод на английский язык.
Диктор: «Все купила, дочка, спасибо. По нынешним временам даже хорошо».
Джон Робинсон: «Да, у них там все хорошо по нынешним временам, не то что у других... Будете наставлять меня на путь истинный, как нужно было поступать правильно?»
Фрэнк Мюллер: «Это не агитация... Она уже не нужна... Объективная информация сторонних наблюдателей... С нашими телекомпаниями может быть по-другому...?»
Джон Робинсон: «Не доверяете? Даже тем, что остались?»
Фрэнк Мюллер: «Давно уже не доверяю... А тем более в такой ситуации. Страна раскалывается на части, и каждый, естественно будет гнать пропаганду.... А эти всегда были объективны...»
Джон Робинсон: «Даже с очередной победой Густина согласны...?»
Фрэнк Мюллер: «Это вопрос дискуссионный… Могли бы принять приглашение.... Послать делегацию
