Моя подруга Ольга сказала, что мы зря хлопали террористам. А я, увидев Рошаля, поняла, что всё будет хорошо. Он был родной, близкий, а его глаза вселяли в нас надежду на спасение. Увидев доктора на балконе, я крикнула, что мне необходим валидол. Чуть позже это лекарство оказалось в зале. Сидящая позади меня пожилая женщина доставала из сумочки пузырёк с шариками валерьянки и принимала её время от времени, рассказывая мне о том, что дома её ждут дети и внуки, что в этот день вся её семья отправилась в гости, а ей уж очень сильно захотелось посмотреть, как это на сцену садится бомбардировщик в натуральную величину. Теперь всё это далеко. Это страшный и далеко не забытый сон для тех, кто там был и потерял своих близких. Для всех остальных «Норд-Ост» почти уже забыт.
Александр словно прочитал мои мысли и бережно коснулся моего плеча.
– Света, о чём думаешь? Тебе плохо?
– Я просто вспомнила, что неминуемо наступит двадцать третье октября. Ненавижу эту дату.
– Постарайся не думать об этом. Мы обязательно исчезнем в этот день из Москвы.
– Я хотела поехать на улицу Мельникова и возложить цветы.
– Не стоит: у тебя опять начнутся проблемы с психикой. Всё в прошлом. Жизнь продолжается! Ты должна понять, что всё только начинается!
Я посмотрела на официантов, разносящих шампанское, на повара, который жарил тушку барана, на женщин в дорогих вечерних платьях, на их галантных спутников, на держащего меня за руку преданного Александра. Я поняла, что не имею права показывать свои слёзы, потому что ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ! Александр прав: я осталась жива, а это значит, что жизнь дала мне шанс. Я должна жить дальше!
В этот момент за окнами засверкали всполохи фейерверка. Обрадованные гости восторженно захлопали в ладоши и поспешили на большую веранду, украшенную шарами, высыпали на балконы. Саша схватил меня за руку и подвёл к распахнутому окну.
– Света, это в твою честь! Я же тебе говорил, что жизнь прекрасна! Говорил, а ты мне не верила! – Прижав к себе, Саша поцеловал меня в шею на правах старого друга и радостно прокричал: – Светка, а ведь мы с тобой всё-таки счастливые! Согласись, что это так! Потому что мы вместе, потому что знаем, что такое настоящая дружба, потому что есть Я и есть ТЫ, потому что на этом свете есть ЖЕНЩИНА, которая достойна неподдельного восхищения, и эта женщина – ТЫ!
– Мы вместе! – согласилась я с Александром и мысленно поблагодарила судьбу за подарок, который она преподнесла в один из нелёгких периодов моей жизни. За человека, который мне бесконечно дорог и по-настоящему близок.
Неожиданно я словно почувствовала на себе чей-то взгляд. Я невольно обернулась и вздрогнула.
– Света, ты только посмотри, какая красота! Ты только посмотри! – восторженно радовался Александр, не сводя глаз с полыхающего всеми цветами неба.
Но я уже ничего не видела и не слышала громких, восторженных криков гостей. Я не понимала, о чём говорит мне Саша. Я смотрела на человека, стоящего на некотором отдалении от меня, и ощущала, как бьётся моё сердце.
Вошедший мужчина был одет во всё черное, он не сводил с меня пронзительных глаз. Это был человек из моего прошлого, которое я так хотела забыть… Я его не ожидала увидеть. Думала, что время убивает в нас жажду мщения, но, видимо, ошиблась.
Он меня нашёл… Появился в тот момент, когда я думала, что мне уже больше ничто не угрожает. Боже мой, кто же его пустил, как он мог пройти на закрытую вечеринку, вход на которую строго по приглашениям?! Мне захотелось наказать тех, кто допустил подобное… Но я знала, что уже слишком поздно, потому что его теперь ничто не остановит. Он явился сюда для того, чтобы меня убить. От прошлого невозможно убежать, в любой момент память вернётся и напомнит, что рано или поздно наступит час расплаты.
Я этого не ожидала. Я это не предусмотрела. Я не знала, как вести себя в подобной ситуации. Что делать, когда ты понимаешь – ещё немного и тебя больше не будет? Лицо мужчины оставалось в тени, но я бы узнала его в любом случае – настолько прочно память запечатлела его черты. Я сказала себе: «Ты расслабилась… Хотя взяла за правило никогда не расслабляться, но потеряла контроль…»
Я знала, что должна что-то сделать, что-то предпринять, но одновременно понимала, что у меня на это нет времени. И я УЛЫБНУЛАСЬ. Человек в чёрном опешил, но мои губы тронула УЛЫБКА…
Глава 1
Как только администратор отдала мне паспорт, я тут же взяла протянутый мне ключ и пошла искать свой номер. Зайдя в комнату, я бросила сумку на пол и первым делом вышла на балкон, чтобы осмотреться. Несмотря на то что я сняла гостиницу подешевле, на самой окраине, из окон на меня смотрела МОСКВА. Тот самый город, которым я всегда бредила, о котором мечтала с самого детства. Мне всегда казалось, что Москва – это город приезжих и что приезжие нужны ей, как свежая кровь.
Перед глазами почему-то возник образ матери, для которой мой отъезд обернулся настоящей трагедией, бессонными ночами и горькими слезами. Я вспомнила, как противился моему отъезду отец. Он посадил меня перед собой и пытался доказать, что я еду туда, где никому не нужна, и что в этом большом и бездушном городе меня никто не ждёт.
– Что ты скажешь, дочка, когда приедешь в Москву?! – гневался мой родитель. – Здрасте, я приехала?!
– Так и скажу, – дерзко сказала я. – Выйду на перрон и скажу: «Здрасте, я приехала!»
– А тебе тут же объяснят, что ты тут никому не нужна, что Москва не резиновая: все в ней не поместятся.
– Москва резиновая, – стояла я на своём и мысленно сопоставляла свои размеры и размеры мегаполиса. – Я худенькая и не займу в ней много места. На крайний случай она немного раздвинет свои границы.
– Как раздвинет? – непонимающе смотрел на меня мой родитель и крутил пальцем у виска, давая мне понять, что я сумасшедшая.
– Очень просто, – как ни в чём не бывало отвечала я и делала всё возможное, чтобы прекратить разговор на данную тему, но разгневанный родитель был непреклонен.
– Ну ты, дочка, даёшь. Москву решила раздвинуть?
– Но я же не сильно, а самую малость. И то, только в том случае, если она не захочет меня принять.
– Если все в Москву поедут, то кто тогда будет жить в провинции?
– Ты и мама. – Я не смогла выдержать пристального родительского взгляда и опустила глаза. – Многим нравится жить в провинции. Все в Москву всё равно никогда не поедут: многие её на дух не переносят.
– А ты, значит, любишь Москву?
– Ещё как! – честно призналась я.
– И в кого ты такая пошла, непонятно. У всех дети как дети…
– А какие у всех дети?
– Звёзд с неба не хватают, потому что у них с головой всё в порядке. Они живут в реальности и рассуждают здраво.
– Значит, я живу не так, как все, и с головой у меня не в порядке. Но я всё равно хочу в Москву и мечтаю достать звезду с неба.
Отец попытался убедить меня, что все провинциальные девчонки едут в Москву для того, чтобы поступить в театральный, а когда понимают, что слишком переоценили свои возможности, то сразу же идут на панель. Отец кричал, что он растил меня не для того, чтобы я торговала собой, что про таких покорительниц столицы, как я, обычно говорят: «Танки грязи не боятся»! Папа нервничал и винил мать, потому что она неправильно меня воспитала, мол, я не от мира сего. Мама плакала и просила меня остаться… Она утверждала, что Москва сделает меня несчастной, выжмет все соки и даст мне хорошего пинка под зад.
Я почувствовала, что от этих воспоминаний у меня защемило сердце, а на душе стало скверно. Мне было жалко мать, которая всячески пыталась меня остановить, но так и не смогла этого сделать. Отец вообще перед отъездом назвал меня шлюхой и, проведя несколько часов в обществе бутылки с самогонкой, даже не вышел в коридор для того, чтобы со мной попрощаться.
– Вот видишь, до чего ты отца довела, – укорила меня мать, провожая в дальний путь. – Ведь сопьётся же совсем.
– Я здесь ни при чём. Вспомни хотя бы один день, когда он не пил.
– Значит, ещё больше пить будет.
– Больше уже некуда.
Я родилась в обыкновенной рабочей семье, отец довольно часто прикладывался к бутылке и мог запросто поколотить мать. Всё моё детство и юные годы прошли в российской глубинке, где местные жители не хватают звёзд с неба, довольствуются тем, что есть, и живут тихо, спокойно и размеренно, даже не задумываясь, что где-то есть лучшая и более достойная жизнь. Именно поэтому мне всегда хотелось уехать из родных мест, подняться на новый социальный уровень, зажить другой, более интересной, насыщенной жизнью, доказав своим землякам, что я чего-то стою.
…Не удержавшись, я быстро достала из сумки бутылку шампанского, откупорила её, громко выстрелив пробкой, взяла со стола стакан и наполнила его до самых краев. Вышла на балкон и торжественно подняла стакан.
– Здравствуй, златоглавая! Ты не ждала, а я приехала. Примешь?
Заранее зная, что Москва мне ничего не ответит, я улыбнулась и принялась за свой любимый напиток.
