— Нэнси!
— Тс-с-с! — зашипела та, махнув подруге уже с крыльца дома. — Лучше иди сюда!
Бесс не шевельнулась. Нэнси позвонила. Потом более настойчиво, потом несколько раз ударила кулаком в дверь. В ожидании Нэнси нервно постукивала ногой по полу крыльца.
— Ничего я не вижу ни в каком окне! — крикнула Бесс. — Скорее всего, их старик сосед прав. Уехали они.
Нэнси понуро побрела обратно. Вид у нее был смущенный и озадаченный. Она еще раз бросила взгляд на совершенно обычное окно под крышей.
— Может, тебе показалось? — тормошила ее Бесс. — Может, это было отражение от прожекторов с той стороны улицы? Уже ведь темнеет!
— Все может быть, — ответила Нэнси неуверенно. У нее у самой не было более подходящего объяснения.
— А ну-ка пошли отсюда! — заявила Бесс, явно нервничая. — Поберегу-ка я голос для кино, а то еще начну орать прямо тут же!
— Пошли, — вздохнула Нэнси. — Я закину тебя домой.
— А как насчет обеда? — вдруг спросила Бесс.
— Мне показалось, ты хочешь отдохнуть.
— Отдохнуть еще не значит умереть с голоду, — парировала Бесс.
Вскоре подруги уже благополучно сидели в спортивной машине Нэнси, направляясь в один из своих любимых ресторанчиков «Школьный двор».
Это было весьма необычное заведение в Ривер-Хайтсе. Оно принадлежало бывшему повару школьной столовой.
Здесь было самообслуживание, а меню составляли традиционные школьные блюда: суп-пюре, густой, как кисель, мясо неизвестного животного, пицца большими кусками, гамбургеры, желе со сбитыми сливками. Но, в отличие от большинства школ в Ривер-Хайтсе, готовили здесь просто отменно.
И Бесс, и Нэнси, и большинство их друзей очень любили это место. За время учебы они провели так много часов в школьном буфете, что им нравилась родная обстановка, знакомый вкус и привычные ароматы. К тому же порции здесь были огромные, а цены весьма умеренные.
— Что-то я Джорджи сегодня не видела, — заметила Бесс, проходя в свободный кабинет ресторанчика.
— Наверно, застряла где-нибудь в пробке в районе съемок.
Джорджи Фейн тоже была ближайшей подругой Нэнси. Она приходилась кузиной Бесс, хотя трудно было найти еще двух столь непохожих людей.
Бесс была кругленькой, немного медлительной блондинкой; Джорджи — высокой, энергичной брюнеткой. Бесс предпочитала избегать опасностей и решительных действий. Джорджи, напротив, была легка на подъем, обладала хорошей реакцией и не стеснялась высказывать свое мнение.
В отличие от Бесс Джорджи особо не заботилась о моде и носила то, что ей было удобно, хотя у нее и был собственный стиль, который очень соответствовал ее личности. Сестра же всегда одевалась с расчетом на публику.
Несмотря на их непохожесть, они очень любили друг друга, были неразлучны и обожали свою лучшую подругу — Нэнси Дру, готовые разделить с ней и радость, и беду.
Джорджи появилась в «Школьном дворе» в черных брюках на подтяжках и голубой майке с короткими рукавами.
Только Бесс хотела вывалить ей свою радостную новость, как Джорджи опередила ее.
— Привет, Бесс, привет, Нэнси! Извините за опоздание, но вы никогда не поверите, что со мной приключилось. — Она плюхнулась в кресло и обвил а одну ногу вокруг другой. — Хотите знать, что ест Хэнк Стейнберг на ленч? И о ком говорил Дэк Барроуз за завтраком? Ну, это просто обалдеть! И правда ли, что любимая актриса Хэнка Стейнберга Дженни Логан каждое утро приносит с собой в гримерную плюшевого медвежонка? Теперь догадайтесь, кто получил ответы на все эти и множество других вопросов? Я!
— Каким образом? — ничего не понимая, спросила Бесс.
Бесс даже приподнялась от нетерпения. А Нэнси казалась безучастной. Она наблюдала за сливочным айсбергом в чашке с охлажденным чаем. Ее отстраненный вид не ускользнул от внимания Джорджи.
— Я сегодня получила работу на полдня, — объяснила она. — Официанткой в «Гурмане». Ну знаете, это фирма Пэт Эллис по обслуживанию банкетов. Они кормят на Хайлэнд-авеню съемочную группу. И я буду подавать Дэку Барроузу завтрак, ленч и ужин почти каждый день, пока они не уедут из Ривер-Хайтса. Представляете?
— Что ж, может, ты и меня будешь обслуживать, — невзначай заметила Бесс. — Сегодня Хэнк Стейнберг утвердил меня на роль, и я буду сниматься в его фильме!
У Джорджи от удивления открылся рот.
— Тебе дали настоящую роль? Потрясающе! Со словами?
— Ну, что-то вроде того, — немного смутилась Бесс.
Джорджи перевела взгляд на Нэнси. Она всегда обращалась к ней за уточнениями.
— Бесс будет художественно кричать, — объяснила Нэнси.
— А… Это она умеет! Ты бы слышала, как она вопила на прошлой неделе, когда я хотела одолжить у нее хэбэшный пиджак!
Бесс покраснела и кашлянула, собираясь сменить тему разговора.
— Нэнси, ты будешь доедать пирог?
— Нет, я уже под завязку, — покачала Нэнси головой и придвинула все блюдо Бесс.
— Да, в старой доброй школе такого нежного пирога со свиными хрящиками отродясь не было! Бесс приступила к трапезе.
— Джорджи, ты не слышала, чтобы кто-нибудь из съемочной группы говорил об особняке Фенли? — спросила подругу Нэнси.
— Ни звука. А что?
Нэнси была явно разочарована, а глаза Джорджи так и загорелись от любопытства.
— Я вижу, ты уже опять распутываешь какую-то историю.
— С чего ты взяла? — удивилась Нэнси. Джорджи рассмеялась.
— Гм, достаточно увидеть, как ты сыплешь седьмой пакетик сахара в чай, чтобы понять: мозги у тебя заняты чем-то совсем другим. Ну, выкладывай, что случилось?
— Нечто совершенно невероятное! — выпалила Бесс. — Я первая увидела! Такой мерзкий, кроваво-красный дым из трубы дома Фенли.
— Ух! — произнесла Джорджи, наклоняясь вперед, чтобы не упустить ни детали.
Нэнси рассказала обо всех загадочных происшествиях дня: и об обмороке Бесс на прослушивании, и о том, как они пытались достучаться в дом Фенли.
— Но если внутри никого нет, — возбужденно повторяла она, — откуда этот дым и откуда там могла появиться женщина в окне?
Чем больше Джорджи слушала, тем серьезнее становилось ее лицо.
— Если бы в группе знали то, что знаем о доме Фенли мы, они бы все «ку-ку», — сказала Джорджи. — Над съемочной площадкой и без того витает слово-Нэнси подала знак, чтобы Джорджи прикусила язык.
— Не при Бесс, — прошипела она. — С нее на сегодня хватит.
— Слушай, Бесс, притащи-ка нам десерт!
— Так и быть, — вздохнула Бесс, захватывая свой поднос.
— Ну, так что за новости? — спросила Нэнси. Джорджи понизила голос.
— Говорят, что фильм заговоренный. Один дублер сломал ногу, прыгая с дерева, и теперь остальные ворчат, что Хэнк Стейнберг набрал первоклассных каскадеров, но не может обеспечить их безопасность.
Нэнси озадаченно смотрела на подругу.
— А мне все не дает покоя этот красный дым… — сказала она скорее себе самой, чем Джорджи.
— Ничего не могу сказать про дым, но послушай: в группе говорят, что кое-какой реквизит и оборудование… тю-тю!
— То есть? Украдено или пропало? — спросила Нэнси.
Джорджи пожала плечами.
— Понятия не имею. А еще снимали сцену, где Дженни Логан должна была лупить Дэка Барроуза стулом по голове…
— Знаю, знаю, таким бутафорским, пробковым…
— Ну да. А Дженни по ошибке хрястнула его настоящим стулом. Дэк упал — Дженни в истерике. Решила, что убила его или покалечила. Хэнк Стейнберг, естественно, взорвался и сказал, что кто-то занимается вредительством, чтобы сорвать съемки.
Это была очень важная информация для Нэнси, но ни одно из событий не имело прямого отношения к загадке дома Фенли.
— Надеюсь, Теппингтоны скоро появятся, — вздохнула она.
Бесс вернулась с подносом десерта.
— Ну что, нашептались? Джорджи кивнула.
— В общем, ты убедила меня не сниматься, — сказала Бесс. — Все это кажется слишком опасным.
— Ты что, слышала, о чем мы говорили? — с удивлением спросила Джорджи.
— Конечно, нет, но мне было достаточно понаблюдать за лицом Нэнси!
— Послушай, Бесс, не отказывайся от съемок. Тебе совершенно нечего бояться, поверь мне. Ничего страшного с тобой не случится.
В этот момент во всем ресторане погас свет.
Бесс закричала.
СВЕТ! КАМЕРА! МОТОР!
— Бесс? — Нэнси протянула в темноту руку, стараясь ободрить испуганную подругу. Но Бесс нигде не было.
Нэнси вскочила со стула.
— Бесс? — позвала она еще громче.
— Нэнси! — Это был голос Джорджи, который звучал где-то далеко сзади.
Нэнси сделала шаг, но тут же на что-то с грохотом наткнулась.
— Извините, — сказала она, хотя напоролась всего-навсего на стул. — Бесс? Джорджи?
Все друг друга звали, искали; падали стулья, разбивались тарелки. Наверняка большинство посетителей бросилось к двери, чтобы поскорее выбраться из ресторана.
