им помахал.
— Не нужно резать ему стропы, — покачал я головой.
Перевел взгляд на башню, из которой сейчас выбегало большое количество солдат со знаками отличия Рода Меньшиковых. Ого! Уже тут? Быстро они.
— Лучше иди и сделай с ними что-нибудь… плохое!
Глава 2
С некоторым удивлением я заметил, что прибывшие гвардейцы Меншикова не растерялись, а начали ловко справляться с моими призванными тварями.
Отправив Шнырьку послушать их разговоры, я понял, что мне слегка не повезло. Это были разломщики Рода Меншиковых, оказавшиеся, непонятно каким образом, здесь в данный момент. То есть, они знали, умели, практиковали, и точно не боялись тех тварюшек, которых я на них натравил. Если обычные простолюдины плюс китайская братва паниковали, расстреливая патроны, и пытаясь, к примеру, завалить пещерного медведя из пулемёта, то Исты действовали слаженно и чётко. И что самое фиговое конкретно для меня, то, что они как раз заняли оборону в главном корпусе, там, где начинался спуск в подвал к комнате с порталом, и куда мне срочно нужно было попасть.
— Гадский Бурб! — в сердцах сказал я, уходя перекатом за стену.
На моём месте, одна за другой, сработали гранаты, которые защитники крепости щедро скидывали мне на голову.
Сложилась странная ситуация, внутренний двор был за мной, слаймы уничтожили здесь всех. Но вот на стенах и в башнях засели защитники крепости, которые заливали этот самый внутренний двор огнём. Хорошо, что не догадались развернуть пушки внутрь. Сомневаюсь, что у них получилось бы, но зная, какие неожиданные решения люди принимают в момент отчаяния, то я бы не удивился, если бы они начали шарахать со стен по своей же крепости. Хотя, почему «по своей», если она уже почти моя. Ха-ха!
Шнырька мне показал, где у них находится склад с боеприпасами. Если закинуть туда огненного слайма, то всё здание внутренней крепости взлетит на воздух. Вот только повторюсь, мне его нужно захватить, а не разрушить. Поэтому слаймы полетели не на ящики боеприпасов, а на огневые точки врагов на стенах, там тоже хватало боеприпасов. Здорово полыхнуло в окнах одной огневой точки. Затем знатно взорвалась вторая. Оттуда вылетели обломки пулемёта и поджаренные части защитников. По всему двору разнесся сильный запах шашлыка. В третьей оказался какой-то толковый Одарённый, и хлопнул моего слайма. Ну, сам себе злобный Буратино. Через секунду над головой у него образовался кислотный слайм, который от души плюнул в него кислотой. Неприятная смерть, знаю. Но он сам виноват.
А ещё был потерян эффект неожиданности. И, судя по всему, разломщики, среди которых явно не дураки, поняли, что опасность представляю только я один. И тут же сделали глупость. Они вышли во двор, и организованной группой бросились в мою сторону.
Нет, я их, конечно, не виню. Командир у них был Истребителем второго класса. Кольца у четверых его подчинённых горели жёлтым цветом третьеклассников. Серьёзная сила, по любым меркам. Меньшиков молодец, что вырастил таких ребят. Вот только у меня вопрос, зачем эти ребята служат Меньшикову?
А ещё я, походу, размяк за последнее время. Поднимать руку на коллег Истребителей просто так мне не хотелось, хотя прямо сейчас их стихийник закидывает меня огненными шарами, а второй пытается подловить меня молнией. Она даже задела меня по плечу, неплохо так просадив доспех.
Что ж, попробую схитрить.
Прямо передо мной была башня главных ворот, внутри которых уже не было ничего жилого — там предварительно повеселился огненный слайм. Но с другой стороны, это тихое место для разговора, где меня не будет отвлекать, например, вот этот заряд РПГ, что летит в мою сторону.
Не раздумывая, я рванул вперёд. За спиной раздался взрыв, но я уже спрятался внутри башни. В живых оставалась еще, наверное, точно сотня защитников, и они могли доставить мне проблемы. Тем более, что погибли, в основном, слабые, а среди оставшихся были Одаренные. Шнырька показывал, что Истребители Монстров, в принципе, были грамотными ребятами и не ломанулись вперёд, как слепые щенки.
Один из них, то ли артефактом, то ли собственным Даром, накинул маскировку и, низко пригибаясь к земле, юркнул за мной.
— Как тебе, друг мой, человеко-заменитель Шнарка? — поинтересовался я в воздух.
— Ш-ш-шалкий подраш-ш-шатель! — презрительно ответил мне Шнырька и, не выдержав, добавил: — Ш-ш-шука-ш-ш-шабака!
— Согласен с тобой, мой маленький друг, — сказал я, и за шкирку вытащил «теневика» из тени.
Хотя, какой он к чёрту теневик, он даже грань Тени пересечь не смог, бултыхался на самом ее краешке. Для обычных людей и низкоранговых Одарённых — это прекрасная маскировка. Ну, а для меня… для меня это даже не смешно.
Короткий хук справа, треск доспеха, и у меня в руках обвис живой, но бессознательный Истребитель.
— Ну? — еле слышно раздалось в наушнике гарнитуры у бойца.
— Палки гну! — ответил я. — Сейчас я вам покажу маленькое представление, не стреляйте.
Подойдя к косяку двери, я коленкой прижал туловище бессознательного Истребителя к стене, чтобы он полностью не вывалился в проем и, как стрелку часов, наклонил его вправо, так, чтобы его башка высунулась наружу. В лучших традициях кукольного театра, я схватил его руку и радостно помахал наружу.
— Привет, братаны, заходите, здесь угощают печеньками!
В ответ в меня полетел шар огня, я еле успел убрать тело Истребителя с зоны поражения, откинув его подальше.
— Вы совсем с ума сошли? Кореша своего чуть не угробили!
— Ты кто такой? — послышалось в ответ.
— Так зайди и познакомься, чего орать снаружи? — сделал я предложение, от которого нельзя было отказаться.
Но оказалось, что всё-таки можно. Ещё один шар огня, а затем артефактная граната, которую в воздухе перехватил Шнырька и закинул её за спину незадачливых штурмовиков. Никто не пострадал, но от взрыва за спиной охренели знатно.
В ответ полетела ещё одна граната. Шнырька повторил свое представление.
— Эй, парни, вы ещё не поняли, что я могу заниматься этим вечно?
— Здесь двести пятьдесят человек гарнизона, пацан, — раздался снова суровый мужской голос. — Так или иначе, мы тебя оттуда выкурим.
— Пацан? — рассмеялся я. — Ну, окей, дяденька, не трогайте меня, пожалуйста. Я сам отсюда уйду.
— Хорош паясничать, — похоже, они были не расположены к шуткам. — Выходи с поднятыми руками, и тогда ты не пострадаешь.
— Не-не-не… Это так не работает. Готов поднять одну руку. Вот эту, — я высунул свою руку, продемонстрировав им оттопыренный средний палец, и тут же убрал её обратно. Не хватало, чтобы по ней что-то прилетело.
На улице установилось гробовое молчание. Конечно же, жест был непристойный, вот только на пальце у меня сверкало радужное кольцо.
— Э-э-э… Извините… А вы кто?
— Ух, ты ж! — восхитился я. — Уже не пацан? Абсолют Империи Александр Галактионов. Возможно, мой косяк. Надо было представиться сразу. Теперь не хотите со мной побеседовать?
Судя по всему, они не хотели. Ржущий Шнырька показал мне их разговор. Из четырёх человек двое хотели немедленно сдрыснуть, а вот вторая двойка была в каких-то задумчивых мыслях. Радовало, что ни один из этой четвёрки уже не горел желанием сражаться со мной дальше.
— Дегтярёв мёртв? — раздалось оттуда.
— Кто? А, ваш недотеневик? Да нет, без сознания, но пока жив. Это ещё одна причина, по которой я хотел бы с вами поговорить. Нехорошо бросать своего боевого товарища.
— Хорошо, я захожу! — сказал главный.
— Отлично, — сказал я. — Вот только скажите гарнизону, чтобы не пёрся в нашу сторону.
— Простите, господин Галактионов, но мы не имеем никакого отношения к командованию этой крепостью.
— Угу, так я и понял. Тогда, господа хорошие, предлагаю вам зайти сюда всем четверым одновременно, потому что там, где вы стоите, сейчас будет жарко.
Истребители как-то сразу мне поверили, и все четверо ломанулись ко мне. А вот отчаянный гарнизон крепости встретила ещё пятёрка слаймов, которые слепились в один большой мегаслайм, и он знатно рванул посреди двора. И от ближайших людей остались только горки пепла,,но я успел захлопнуть дверь за последним Истом. Вообще, дверь хорошая, из разломного дерева. Даже если ее подпалило с той стороны, то немного почистить и будет, как новенькая. В очередной раз убеждаюсь, что мои предки не строили говно.
Девушка-истребитель, судя по всему, выполняющая обязанности лекаря, склонилась над бессознательным товарищем, хлопая
