Читаем без скачивания Славянские мифические существа - Владислав Артемов

— Да что ты делаешь, ты же солому поджигаешь!

А „кум“ еще пучок соломы берет и еще хотел поджечь. Мужик-то выхватил кочергу, она накалилась, красная. Да давай водить ему по рылу и везде. А подовинник его тоже. Банник выскочил и удрал. Подовинник сказал мужику:

— Вот, а если бы я тебя не предупредил? Вот какой кум-то к тебе приходил».

По другим представлениям, овинник труслив и убегает от человека. Однако если рассердится, то может подпалить овин.

Крестьяне старались не ссориться с овинником, умилостивить его всевозможными способами: более опытные начинают топить только после того, как попросят у «хозяина гумна» позволения, благодарят по окончании сезона. В именинные дни гуменника, ему проносят пироги и петуха. Петуху на пороге отрубают голову, кровью окропляют все углы овина.

В канун Нового года девушки гадали на то, когда начнется и какой будет семейная жизнь. К окну сушила они подставляли оголенные ягодицы и ждали: если погладит мохнатой рукой — семейная жизнь будет в достатке, гладкой — в бедности, если же гуменник и вовсе не дотронется до гадающей, то это значило, что и в этом году ей не суждено выйти замуж.

Женский овинный дух — жареница — также живет в овине у печки. Говорят, будто она излучает свет и огонь — «вся так и горит, и светится». Ее, по поверьям, можно видеть в полдень на огороде или гороховом поле.

Одноглазка, Двуглазка и Триглазка

Одноглазка — мифологический женский персонаж, включаемый в триаду вместе с Двухглазкой и Трехглазкой, следящий за героем. Вне триады не существует.

Образ, противопоставляемый Двуглазке (которой не хватает обычных двух глаз для решения чудесной задачи) и Трехглазке (у которой третий глаз все видит, когда два других спят, архаический мотив преимущества числа три, известный в индоевропейской мифологии). Одноглазка — один из вариантов мифологического образа Лиха, изображаемого у восточных славян в виде одноглазой женщины, встреча с которой приводит к потере парных частей тела.

Подменыш

Иногда вместо похищенного дитя Мары подкладывают своего ребенка. Такой подменыш отличается злым характером: он коварен, дик, необыкновенно силен, прожорлив и криклив, радуется всякой беде, не произносит ни слова — пока не будет вынужден к тому какою-либо угрозою или хитростью, и тогда голос его звучит, как у старика.

Где он поселяется, тому дому приносит несчастья: скот заболевает, жилье ветшает и разваливается, предприятия не удаются.

Он имеет склонность к музыке, что обнаруживается и быстрыми успехами его в этом искусстве, и чудесною силою его игры: когда он играет на каком-нибудь инструменте, то все — и люди, и животные, и даже неодушевленные вещи предаются неудержимой пляске.

Чтобы узнать, действительно ли ребенок подменен, надо развести огонь и кипятить воду в яичной скорлупе, тогда подменыш восклицает: «Я стар, как древний лес, а не видал еще, чтобы варили в скорлупе яйца!» — и вслед затем исчезает.

Полевой

Полевой (полевик) — один из низших духов в славянской мифологии, «родственник» домового. Обретается в полях, обычно обработанных, но может и просто жить в диком поле. Также его называют луговиком, если он живет на лугу. Иногда его именуют белуном. Белун якобы является перед человеком и просит того, чтобы он вытер ему сопли, которые свисают на бороду. Ежели кто откажется, то он сделает ему что-нибудь плохое. А если кто вытрет, то он исчезнет, а у человека в руке вместо соплей окажутся серебряные монеты.

Дух этот полевой видится в виде маленького белобородого старичка, который не любит, когда кто-то работает в поле.

Алексей Саврасов. К концу лета на Волге

Иван Билибин. Полевик

С. Максимов пишет: «У орловских и новгородских знающих людей этот дух, приставленный охранять хлебные поля, имеет тело черное, как земля, глаза у него разноцветные, вместо волос, голова покрыта длинной зеленой травой, шапки и одежды нет никакой.

На свете их много (толкуют там): на каждую деревню дадено по четыре полевика.

Это и понятно, потому что в черноземных местах полей много, и мудрено одному полевику поспевать повсюду. Зато лесные жители, менее прозорливые, но не менее трусливые, видали „полевых“ очень редко, хотя часто слыхали их голос. Те же, кто видел, уверяли, что полевик являлся им в виде уродливого, маленького человечка, обладающего способностью говорить. Вот что рассказывала на этот счет одна новгородская баба:

„Шла я мимо стога. Вдруг „он“ и выскочил, что пупырь, и кричит: „Дорожиха, скажи кутихе, что сторожихонька померла“.

Прибежала я домой — ни жива, ни мертва, залезла к мужу на полати, да и говорю:

— Ондрей, что я такое слышала?

Только я проговорила ему, как в подъизбище что-то застонало:

— Ой, сторожихонька, ой, сторожихонька.

Потом вышло что-то черное, опять словно маленький человечек, бросило новину полотна и вон пошло: двери из избы сами ему отворились. А оно все воет:

— Ой, сторожихонька.

Мы изомлели: сидим с хозяином словно к смерти приговоренными. Так и ушло“».

Относительно доброго, но проказливого нрава полевик имеет много общего с домовым, но по характеру самых проказ он напоминает лешего: так же сбивает с дороги, заводит в болото и в особенности потешается над пьяными пахарями.

С полевиком особенно часто можно встретиться у межевых ям. Спать, например, на таких местах совсем нельзя, потому что детки полевиков («межевчики» и «луговики») бегают по межам и ловят птиц родителям в пищу. Если же они найдут здесь лежащего человека, то наваливаются на него и душат.

У полевиков, в отличие от прочей нечисти, любимое время — полдень, когда избранным счастливцам удается его видеть наяву. Впрочем, очевидцы эти больше хвастают, чем объясняют, больше путают, чем говорят правду. Так что, в конце концов, внешний облик полевика, как равно и его характер, выясняются очень мало, и во всей народной мифологии это едва ли не самый смутный образ. Известно только, что полевик зол и что подчас он любит сыграть с человеком недобрую шутку.

Полевой капризен, его легко разгневать, и тогда он мучает пасущийся в поле скот, насылая на него мух и слепней, приваливает к земле хлеб, скручивает растения, напускает на них вредных насекомых, отводит от полей дождь, приманивает на них скотину, разрушает изгороди на полях, пугает и сбивает с дороги людей, заводит их в болото или в реку, особенно потешаясь над пьяными пахарями. Детей он заманивает полевыми цветами, сбивает их с дороги, «водит» по полям, заставляя блуждать. Непрошеных посетителей полевой пугает диким смехом или свистом или же принимает вид чудовищной тени и гонится за человеком.

В Зарайском уезде со слов крестьян была записана такая бывальщина: «Сговорили мы замуж сестру свою Анну за ловецкого крестьянина Родиона Курова. Вот на свадьбе-то, как водится, подвыпили порядком, а потом сваты в ночное время поехали в свое село Ловцы, что находится от пас недалеко. Вот сватьи-то ехали-ехали, да вдруг и вздумал над ними подшутить полевик — попали в речку обе подводы с лошадьми. Кое-как лошадей и одну телегу выручили и уехали домой, а иные и пешком пошли. Когда же домой явились, то свахи матери-то жениховой и не нашли. Кинулись к речке, где оставили телегу, подняли ее, а под телегой-то и нашли сваху совсем окоченелою».

В помощницах полевой имеет полудениц — девушек из разряда русалок, но живущих в поле.

Полудницы

Полудницы (полуденицы) — в славянской мифологии относятся к берегиням поля или земли. Эти высокие девушки с длинными косами в полдень выискивают в поле тех, кто не ушел в тень на отдых. Если же найдут, могут сильно ударить по голове.

Рождаются и умирают вместе с полем, к которому относятся. Оставленного в поле без присмотра ребенка похищают или же могут заменить своим собственным.

Если встретить полудницу в полдень, то она может начать загадывать загадки, если не разгадать — может защекотать до полусмерти. Существует много способов обережения от берегини при близкой встрече. Один из них такой: поскольку полудница пополудни исчезает, предписывалось отвечать ей долго, медленно, тщательно все объясняя.

Полудница опасна для людей, особенно для детей, она следит за тем, чтобы они не ходили в поле и не мяли хлебов. Детей она заманивает в гущу хлебов и заставляет долго блуждать. В деревнях малышей пугали: «Не ходи в рожь, полудница тебя обожжет» или: «Полудница тебя съест». Часто полагали, что полудница обитает не только в ржаном поле, но и в гороховом, а также на огороде и охраняет свои владения от набегов детей.

На Русском Севере записаны предания о полуднице: «Прежде-то ходили полудницы, щекоткой защекочут до самой смерти, отец все рассказывал. До полудня они ничего не сделают, а с полдня с пожни нужно уходить домой. Как жмут рожь, так полудницы-то сидят, скрючатся все, руки, ноги вот так сложат. Теперь полудницы стали куда-то деваться. Отец в глаза не видывал их, а старухи-то жнут, так видывали».