– Ты намедни не обратил внимания на смерть среди нашего брата? – Череп как-то грустно произнёс вступление. – Вот и подумай, куда его оружие делось, – подвёл он меня к очевидному ответу.
– Э-хех, – вздохнул я и отказался от продолжения такого разговора.
– Вот-вот, – покачал головой поручик и вновь погрузился в раздумья.
Больше никто ничего не добавил на неприятную тему.
Тогда, борясь с приступом скуки, я занялся инспекцией карабина по полной программе. Взвёл пару раз механизм и произвёл спуск курка. Мне эти звуки ничего не сказали, но по довольному виду того же Паука, я догадался о том, что всё с оружием в полном порядке.
Затем я проверил все каморы барабанов в своих револьверах. На всякий случай, я сменил боеприпасы на рунные. Мало ли, что нам уготовило ближайшее будущее.
Глушители я навинтил на два револьвера, оставив пару без системы подавления шума. Теперь у меня три бесшумных экземпляра оружия, если считать и тот, что со спиленным стволом закреплён в кобуре на лодыжке.
Так прошло около часа, а может и больше.
Переделав все подготовительные дела, я вновь повернулся, чтобы проверить направление нашего движения. Вот те и на, а почему мы вильнули, и сейчас не едем в сторону башни?
Я тронул Колчака за плечо и кивнул, намекая на эту странность.
– А мы не будем туда заезжать, – он правильно истолковал мой посыл и ответил.
– Почему? – вспомнил я о друзьях, несущих там вахту, о Родионе и Петре.
– Нет надобности, – отмахнулся Череп.
Теперь Паук проявил инициативу и потормошил меня за ногу, намекая на то, что продолжит пояснение по затронутой теме.
Я повернулся к нему и взглянул вопросительно, ожидая развёрнутого ответа. Мол, о’кей, я слушаю, а ты – говори, коль есть что!
– Всё очень просто, Феликс, – заговорил длиннорукий. – Мы изначально получили сигнал дымом, что беда стряслась в городишке по нашу сторону реки. Так что, нет нам особой нужды посещать эту башню, вот и свернули мы, – подвёл он итог.
– А что за беда? – не успокоился я.
– А кто его знает? – развёл руками Паук. – Дымом много не передать, – добавил он, слегка огорчившись.
– Э-мм, – я переложил карабин на коленях. – Ну, а что мешает использовать артефакты, если нужно что-то важное сообщить? А? Господа Боевые маги? – адресовал я вопрос ко всем сразу.
Тут Химера обернулся и, как всегда, ничего не выразил своей непробиваемой мимикой.
– А зачем дорогие вещи тратить, если в башне тоже ничего не знают? – задал он встречный вопрос, не требующий ответа.
– Ну, да, – я кивнул.
– Вот то-то и оно, – продолжил мысль Химера. – Если нечего сказать по существу проблемы, то и золото тратить… Х-м, сам понимаешь, господин Феликс, – завершил он и отвернулся, заняв прежнее положение.
Вот и пообщались. Ну, хоть что-то. А делать-то в пути нечего, ровным счётом. Я бездумно окинул окрестности взглядом.
Мы неумолимо приближаемся к извилистой линии дремучих лесов. Деревья покрыты шапками снега и лишь тёмная полоса из стволов говорит об опасном сближении.
Я даже усомнился в возможности ходьбы по этим зарослям, так как стволы, словно стена частокола. Нет и намёка на щёлку с тропкой. Но вот красота тут присутствует. Дикая и девственная. Холмы покрыты заснеженным лесом, а дальше и сопки хребта. Красота. Ужасная и опасная в своей простоте красотища.
А ещё, где-то там, впереди, скрыто снегом и русло замёрзшей речушки, разделившей два людских поселения. Мостик хоть имеется, интересно мне? Наверное. Хотя зимой он не так актуален для передвижения местного населения. Лёд же есть, если так-то!
Слышал, что где-то тут есть и озёра, значит, и болота должны быть, хотя и совсем не обязательно… Ужас, как не люблю их, хотя в жизни своей я ещё их не встречал.
В какой момент я задремал? Да и не знаю даже. Однако, меня резко дёрнули, заставив проснуться.
– Феликс, Феликс? – в голове раздался голос Колчака, и крепкая рука встряхнула меня.
– А? – выдохнул я, открывая и потирая глаза.
Я моментально очнулся и развернулся вперёд лицом, чтобы глянуть, куда мы приехали и познакомиться с окружением. Зачерпнул снега и натёр им лицо, окончательно возвратив бодрость духа и тела.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Теперь я огляделся более осознанно, и сразу обнаружил, что тут есть, чему нужно уделить внимание. Касается это архитектуры домов, мимо которых проезжают наши сани. Все постройки, включая дворовые, которые проглядываются через редкие ворота… Нет, не так. Ворота есть у всех, но открыты единицы. Так вот, все постройки сделаны из морёного дуба.
Обалдел ли я? Естественно! Будь этакая деревушка в моём мире, и найди я её заброшенной, то враз стал бы олигархом. Попал бы на страницы всех Форбсов с офигенным заголовком: «король дорогущей мебели и шкатулок!»
Ладно, мечты это, а вот реалии совершенно иные. Народа почти не видно. За редкими ставнями, что опять же открыты, виден тусклый свет. Сами элементы изоляции от внешнего мира очень мощные, а оконца маленькие, если сравнивать со всеми теми, что я уже встречал в этом мире.
Вообще, складывается вполне логичная ассоциация домов с крепостями. Да. Точное сравнение.
За такими моими наблюдениями наше средство передвижение доехало до центра городка. Я бы назвал его деревней или посёлком, но раз тут такое название прижилось, то пусть будет городом.
– Ну, вот и местная управа, – проговорил Череп, покидая сани. – Сейчас дождёмся старосту и всё разузнаем, – добавил он и потянулся, разминая мышцы после длительной езды сидя.
Я молча последовал его примеру и тут отметил особенность главного городского сооружения, тоже одноэтажного, но сделанного из чёрного камня. Это что, мрамор? Или гранит? Не очень я разбираюсь в таком материале, но очень похоже.
Ещё я заметил такую особенность, которая мне бросилась в глаза. Это странная комбинация старого каменного здания, точнее, каменных элементов с деревом. Все деревяшки гораздо свежее, что говорит о недавней реконструкции городской управы.
– Ой, как я рад, что вы столь быстро приехали! – прозвучал старческий голос из-за наших спин. – Проходите скорее, чайку отведайте с мёдом лесным и ягодами сушёными, – заявил дедушка, а я чуть не впал в ступор.
Мне хватило мимолётного взгляда, чтобы увидеть самое важное на его лице. Татуировка в виде перевёрнутого треугольника в центре переносицы привлекла моё внимание. У деда Ермака – ну, в точности такая же.
Я ткнул локтем Черепа и указал на дедушку старосту, мотнув в его сторону головой.
Череп прикрыл глаза, дав понять, что он знает о сходстве, а вот акцентировать внимание на этом не стоит, как и задавать лишние вопросы.
– Дед Мирка, ты, давай, сразу к делу, пока чай спеет, – предложил Колчак, указав дедушке рукой на дверь и пропуская уважаемого старосту вперёд.
– Ой, Александр, – глава городка обратился к Черепу по имени, что меня удивило. – Да всё тут не так, как должно быть. Да-да, к-хм, – он кашлянул и вошёл.
Мы прошли следом, сбив с обуви снег и миновали просторные сени, где есть лестница, ведущая на чердак. Прямо внутри. Хозяин скинул тулуп и предстал перед нами в простецком одеянии. Телогрейка из шкур, штаны-шаровары, ну, и обувь, утеплённая мехом и внутри, и снаружи. Очень на унты сибирские похоже.
Мы чинно расселись и подождали, пока дед Мирка разольёт всем напиток в деревянные стаканы, украшенные изящной резьбой. Сделали пару глотков, а хозяин запалил ещё пару лампадок, для чего провёл в воздухе рукой, с заготовленной руной. Вязь демонстрировать нам не стал, как и дед Ермак поступал со своей внучкой.
Я говорить не решился, как и все остальные прибывшие, соблюдая субординацию.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Итак, Мирка, рассказывай, – Череп сложил руки перед собой, обозначив предельную концентрацию внимания.
Дед Мирка спокойно отставил посуду и пригладил бороду. Вдруг он стал очень озабоченным, серьёзным, и совсем непохожим на радушного хозяина. Переменился моментально на сурового деда, носящего звание старосты и исполняющего обязанности главы города.
