– Роксана, милая моя, иди сюда! – Зарина кладёт дочери руку на плечо, и я замечаю как девочка сжимается от этого жеста. На нас Роксана не смотрит, будто носки её туфель во сто раз интересней.
Корвин останавливается в паре шагов позади и приветственно машет нам рукой. Судя по его скучающему лицу он гуляет с будущей невестой не по собственной воле. Наверное, мама заставила… Вежливость и всё такое.
– Это твои новые друзья, – шепчет дочери Зарина. – Поздоровайся как следует
– Меня зовут Роксана, приятно познакомиться, – девочка присаживается в изящном, но каком-то механическом реверансе.
Мы с Дереком тоже здороваемся с новенькой, как того требуют приличия.
– Вижу, все стесняются, – говорит Зарина. – Джаред, давай осссставим деток, пусть поиграют, познакомятся. А мне надо с тобой кое-что обсудить… Если ты не против.
– Не против, – говорит папа.
– Рокссссана, доченька, веди себя хорошо, как мы договаривались.
– Дети, поиграете пока что здесь? – спрашивает папа.
– А ты куда? – беспокоится Дерек.
– Пойду, поговорю с леди наедине, а потом найду маму… и обсужу с ней новости.
– Я тоже хочу к маме! – заявляет брат.
– Ладно, пойдём, отведу тебя. Адель, составишь компанию Корвину и его будущей невесте?
– Хорошо, – вздыхаю я.
– Давай, я заберу Ири.
– Не надо, я присмотрю за ней. Не переживай!
– Я не переживаю. Ведь с ней отважный защитник, – папа ласково поправляет мне волосы и гладит Ири, которая тыкается розовым носиком ему в ладонь. Затем, подхватив Дерека на руки, он уходит вместе с Зариной к остальным гостям.
Вскоре на поляне перед озером остаёмся только я, Ири, Роксана и Корвин.
Когда голос папы окончательно стихает, Роксана присаживается на корточки и начинает разглядывать ползущего по травинке жука.
Переглянувшись, мы с Корвином тяжело вздыхаем. Вот он мой друг по несчастью! Сразу видно, что ему “женитьба”, что рыбе марковка – вообще неинтересна. Тем более, на такой пришибленной девочке! Но родители уже всё будущее ему наперёд расписали. Кошмар!
Мы с Корвином общаемся тепло, несмотря на его типично волчьи недостатки. Среди них: непомерное самомнение и уверенность в том, что кролики – слабые создания, на которых, если дунешь – уши отвалятся. Но всё равно двоюродный брат мне нравится. Красивый… для мальчика! И в нём чувствуется что-то родное. Какая-то теплота, которую он показывает только близким, особые мягкие искры в глазах.
Мой внутренний кролик всегда радуется Корвину не меньше чем Дереку. Вот и сейчас я ощущаю разливающееся в душе спокойствие.
– Как дела? – на пробу спрашиваю я, щурясь от солнца.
– Как видишь, – со вздохом пожимает Корвин плечам.
Ему явно неудобно разговаривать при Роксане. Та до сих пор пытается прожечь букашку взглядом. И всё-таки глаза у неё – жуть!
Если у этой бледнолицей змеи правда появится метка как у Корвина… то мне будет его искренне жаль. Тогда помолвку и боги не сумеют разорвать!
Ири беспокойно крутится на моих руках, тарабаня кроличьими лапками. Наверное, ей жарко. Конечно, с такой-то густой шерстью!
Вздохнув, я возвращаюсь в беседку и пересаживаю сестру обратно в корзинку, на которую наложены охлаждающее чары. Малышка радостно перепрыгивает на подушечку и смешно дёргает крохотным хвостиком.
“Лапочка!” – думаю я, выпрямляясь и неожиданно врезаясь в кого-то.
Оказывается, красноглазая девочка уже стояла за моим плечом! А я, даже со своим кроличьим слухом, её не заметала!
– Не подкрадывайся так! – сержусь я.
– Хорошо, – легко соглашается девочка, наклоняясь к корзине и с интересом заглядывая внутрь. Мне хочется выдернуть Ири из-под любопытного носа незнакомки, но я сдерживаюсь. Не съест же она её в конце концов?
Хотя в природе змеи очень даже любят лакомиться кроликами…
Корвин тоже заходит в беседку и садится на скамью. Правильно, пусть следит за своей стройненькой невестой!
– Это твоя сестра? – спрашивает Роксана, разглядывая Ири.
– Да, – неохотно отвечаю я.
– И она правда никогда не превращается в человека?
– Нда, – бурчу, злясь про себя. Ну что за бестактные вопросы?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– А откуда ты знаешь, что это не обыкновенный лесной кролик?
– Что? – я давлюсь воздухом от такой наглости. Ири подпрыгивает на месте, возмущённо фыркая и вздыбливая шерсть, становясь похожа на меховой помпон. – Она прекрасно всё понимает! Разве не видишь?!
– В оранжерее нашего дворца живёт семейство агатовых змей, – медленно говорит девочка, не сводя алых глаз с Ири. – Они очень умные, иногда умнее людей. Чувствуют погоду, узнают интонации, даже порой угадывают мысли…
– К чему ты ведёшь?
– К тому, что может, все они – мои сёстры и братья? Откуда мне знать? Откуда знаешь ты, что это не такой же кролик из леса? Чем она отличается от них, если не способна превратиться в человека?
Ири вздрагивает и расстроенно прижимает к голове уши. Она выглядит ужасно несчастной.
– Перестань! – я дёргаю Роксану за руку, заставляя отойти от корзинки, но наглая девочка не замолкает!
– А что, если этот умный кролик специально подменил твою сестру? – со змеиной улыбкой спрашивает Роксана.
– Замолчи!
– Притворился ею, чтобы сытно кушать и много спать. А твоя настоящая сестра на самом деле живёт где-то в нищете. Откуда ты знаешь, что…
Шлёп.
Моя ладонь припечатывает девочку по лицу.
Звук пощёчины оглушает.
Я тяжело дышу, замерев с поднятой рукой. Душу обжигают стыд и злость. Впервые я ударила кого-то! Так нельзя! Но одновременно, мне хочется ударить снова! Потому что Роксана улыбается, держась за покрасневшую щёку.
– Это твой ответ? – издевательски спрашивает она, сверкая красными глазами. И я снова замахиваюсь, но тут моё запястье ловит вставший между нами Корвин.
– Хватит, Адель! – он откидывает мою руку.
– Но она говорит гадости про Ири!
– А ты позоришь свою семью таким поведением! – рыкает он. – И я не позволю вредить моей будущей невесте!
– Хах! – я задыхаюсь от возмущения! – Я твоя двоюродная сестра! И Ири тоже! Но ты позволил ей говорить такое! Да и какая она тебе невеста! Тебе её навязали, разве нет?!
– Всё равно, ты не права! – заявляет Корвин. Его лазурные глаза темнеют, как штормовое море, а внутренний волк скалит клыки. И я вдруг понимаю – между нами больше нет тепла. Один лишь холод.
– Я не хотела обидеть, – шепчет Роксана совершенно другим тоном. Корвин берёт её за руку, собираясь увести.
Я открываю рот, как рыба на песке.
Несправедливо! Это несправедливо!
Возмущение стискивает лёгкие когтистой лапой. Мне столько всего хочется крикнуть этим двоим, но когда я встречаюсь взглядом с Роксаной, все слова костьми застревают в горле. Я читаю на её лице торжество.
Понимание обухом бьёт по голове.
Она специально меня спровоцировала!
Специально!
– Она специально! – обессиленно выдыхаю я, но Корвин не оборачивается, уводя свою невесту.
Я стискиваю кулаки. Слёзы щиплют глаза.
– Ну и ладно! – кричу им в спины. – Вы нам здесь и не нужны! Правда, Ири? – Обернувшись, я заглядываю в корзинку. И забываю, как дышать.
Ири в ней нет.
Глава 3
Корзинка пуста.
Ири в ней нет!
Сердце сжимается, а потом выстреливает в рёбра, бешено стучит в висках нарастающим гулом.
Я шарю по корзинке трясущимися руками, словно пальцы способны найти сестру-кролика быстрее глаз. Но чуда не происходит, бархатная подушечка пуста, и под ней Ири тоже нет. Как и рядом, на скамье, под ней и даже рядом с беседкой!
Куда она делась?!
Не могла же просто исчезнуть?!
И тут я вспоминаю, как злобно смотрела на сестрёнку красноглазая девочка. Какие гадости говорила!
Она последняя, кто видел Ири!
– Эй! – сорвавшись с места, я бегу за Роксаной. Благо, Корвин не успел её далеко увести. – Ты! – хватаю девочку за локоть, разворачивая к себе.
