Читаем без скачивания Мужской стриптиз - Ирина Лобановская

Сначала Андрей попытался найти деньги. Ведь где-то мать должна их хранить. Он перерыл все ящики, вывернул все карманы, зачем-то перетряхнул даже книги в шкафу — денег нигде не было. Андрей сел за стол и заплакал. Он не знал, что делать, и мечтал о тарелке горячего супа. Попросить еду у соседей он стеснялся, а главное, давно считал унижением клянчить у малознакомых.

Неужели в доме совсем нет никаких денег? И тогда Андрей вспомнил про сумочку матери. Сумочку, кажется, она не взяла с собой в больницу. Да и вообще мать унесли из квартиры на носилках, в полубессознательном состоянии. Черная такая, небольшая сумочка… Мать всегда с ней ходила.

Андрей вскочил и бросился искать сумку. Она нашлась довольно быстро: просто незаметно висела в шкафу. Андрей вытряхнул содержимое сумки на стол: посыпались ключи, косметика, кошелек… Андрей схватил его и радостно взвизгнул: кошелек оказался битком набитым смятыми, грязными бумажками. И множеством мелочи. Наверное, этого хватит надолго. Во всяком случае, до того дня, когда мать вернется домой из больницы. Кроме кошелька и ключей на столе валялись сберегательная и записная книжки. Андрей осторожно взял первую и открыл. И восхитился: там красовалась старательно выведенная очень большая сумма, и если ее получить… Андрей бережно отложил сберегательную книжку в сторону и открыл записную. Незнакомые фамилии и имена на каждой странице… Он не знал никого. А может, взять и позвонить по одному записанному здесь номеру? Ведь эти люди наверняка хорошо знакомы с его мамой и обязательно помогут ему… Ну конечно…

Андрей задумчиво рассматривал записи. Чей номер набрать? И что сказать, когда поднимут трубку? Он выбрал наугад: зачем долго зря гадать и размышлять, все равно ему ничего неизвестно. Ответили не сразу — за окном уже давно была ночь. Он совсем забыл об этом.

— Говорите! — наконец произнес в трубке мужской недовольный голос. — Я вас очень внимательно слушаю!

Андрей растерялся и молчал.

— Говорите, раз позвонили в неурочное время! — раздраженно и строго повторили в трубке. — Пока мне вас совершенно не слышно!

— Это Андрей! — волнуясь, торопясь и сбиваясь, заговорил мальчик. — Маму увезли в больницу! Я не знаю, что мне делать… Тут написано, что вы — Степан Николаевич Юрасов…

— Верно, я — Степан Николаевич Юрасов, — голос в трубке помягчел. — А ты, значит, Андрей… Очень хорошо. А как твоя фамилия и почему тебе не спится?

— Литвиненко… — прошептал Андрей. — Я Литвиненко. Маму увезли сегодня в больницу… Дома больше никого нет… Я нашел ваш телефон в маминой записной книжке…

Мужчина помолчал.

— Назови мне свой адрес, Андрей, — сказал он. — И не пускай в квартиру никого, кроме меня. Я на машине и скоро буду.

Он действительно приехал очень быстро. Андрей ждал его, в тревоге не отходя от двери.

Степан Николаевич оказался изящным, высоким, темноглазым человеком с большими залысинами. Он привез множество пакетов с домашними пирожками, колбасой и сыром и долго кормил мальчика, который никак не мог наесться. С набитым ртом, невнятно и поспешно, глотая слова, Андрей рассказывал новому знакомому о брате, матери, кладбище. И о страшном незабываемом метро. Степан Николаевич слушал молча, не перебивая, и смотрел в стол, изредка потирая пальцем грязную клеенку. Когда мальчик, наконец, выложил все, что хотел, Степан Николаевич сказал:

— Вот что, Андрей, давай собирай свои вещички, квартиру мы крепко-накрепко закроем и поедем ко мне. Поживешь у меня, пока мать не поправится. Так будет лучше и спокойнее.

И Андрей переселился в шикарные апартаменты — кирпичная башня недалеко от Проспекта Вернадского.

Утром он хорошенько рассмотрел новое жилище. Квартира была огромная, мебели немного, зато все полы застелены коврами и паласами. На стенах — большие цветные фотографии танцевальных пар в ярких красивых нарядах.

Степан Николаевич жил один, но через день приходила словоохотливая женщина, его сестра, Мария Николаевна или тетя Маша. Она казалась Андрею старушкой, хотя ей вряд ли в те годы сравнялось сорок пять. Возрастные подробности выяснились значительно позже. Мария Николаевна убирала, готовила, кормила брата и Андрея, заодно рассказывая разные интересности и расспрашивая мужчин о жизни вдвоем.

Степан Николаевич был тренером по спортивным танцам, в прошлом — известный танцор с мировым именем, выпускник ГИТИСа и неоднократный победитель международных соревнований. В Москве у него несколько лет назад открылась частная, дорогая и престижная школа танцев, куда тщеславные родители рвались устроить детей.

Первые две недели Андрей лишь отъедался, отсыпался и смотрел телевизор и видеомагнитофон. Потом Степан Николаевич справедливо решил, что пора начинать заниматься делом. И Андрей отправился в школу, а заодно и на танцы. Танцевальная школа его потрясла. Огромный холодный зал с высоченными потолками, зеркалами на стенах и "станками", мальчики и девочки, умеющие делать шпагат и часами тренироваться, тогда, как Андрей сначала просто уползал домой без всяких сил, особенно после упражнений на растяжку…

Степан Николаевич умышленно долго не возил его с собой на машине. Только через год-полтора, когда стало совершенно ясно: Андрей спортивные танцы не оставит ни за что, Степан Николаевич, молчаливо оценив и признав мастерство и труд приемного сына, разрешил ему ездить на занятия и возвращаться по вечерам вместе с ним в БМВ.

…Тимоша ласково прильнул к Викушиным полным коленям. Какая гадость, настоящий отврат — эти ее бесподобно розовые ножки! А работает Тимофей действительно потрясающе грамотно, обрабатывает дамочку в зале, бьет на эффект…

Зиночка безразлично улыбается и ласково бродит глазами по сторонам, словно ищет кого-то. Уж не Андрея ли?.. Хорошо бы… Зинка — баба с яйцами. У нее давно собственная, не слишком большая, но преуспевающая, вполне устойчивая рекламная фирма, агенты и менеджеры, денежки не слабые… Хотя разве дело в монетах? Зина нужна ему сама по себе, без всяких фирм и манек. У него и своих предостаточно. Такая славная, тихая, крутая Зиночка… С милыми фенечками в ушах и на шейке…

…В школе Юрасова ученики прозвали Экспромт. Он был на редкость неожиданным в поведении и репликах и крайне непредсказуемым постановщиком танцев.

Андрею хотелось уметь делать то же самое, что так прекрасно мог Степан Николаевич. И даже лучше. Хотелось переплюнуть всех оптом и завоевать все призы Европы и Мира. Хотелось покорять, восхищать, пленять… И девочки, девочки… Эти лолитки нравились до безумия. Все, как одна, без исключения: танцующие с ним и в других парах…

Степан Николаевич очень долго, придирчиво и требовательно выбирал Андрею партнершу, вначале меняя их чуть ли не каждые три-четыре месяца. Андрей не понимал, почему, но лишних вопросов не задавал. Ему нравилось подчиняться Степану Николаевичу и жить у него. Он влюбился в спортивные танцы и в своего тренера и нового отца. Волшебным, необыкновенным казалось состояние, когда тело начинало беспрекословно слушаться и делать то, о чем еще два месяца назад не приходилось даже просто думать всерьез, а мечтать было, по меньшей мере, смешно. Тело становилось красивым, мускулистым, тонким, и Андрею нравилось украдкой без конца любоваться собой в большое зеркало.

Мать из больницы не вернулась. О ее смерти и похоронах Андрей узнал значительно позже: Степан Николаевич решил душу мальчика лишний раз не тревожить и сделал все сам, тихо и незаметно.

О матери Андрей вспоминал редко: его жизнь заполнили занятия танцами. Счастливый и гордый собственными достижениями, Андрей сильнее и сильнее привязывался к Степану Николаевичу и тете Маше и не спрашивал ни о своем будущем, ни об отношениях известного танцора и матери, ни о том, на каких основаниях живет в чужой квартире. Ему просто не приходило в голову интересоваться этими деталями. В мире больших людей лучше всего не вникать ни в какие подробности.

…Вперед, назад, поворот… Выше голову!.. Андрей, спину прямо!.. Поворот! Почему у тебя рука как деревянная? Напоминает топор! Смотри на партнершу! Веди ее смелее, уверенней! Командуй ею, Андрей, командуй! Уверенней! Смелее! И улыбайся! Улыбайся, Андрюша! Даже если ты валишься с ног и готов заплакать в голос, все равно улыбайся!.. Левая рука снова не у дел! Словно чужая! Пальцы склеились! Тянуть носок! Вперед, назад, шаг нечеткий!.. Плечо поднимать не надо! Почему ты так плохо слушаешь музыку?..

Изо дня в день, с утра до позднего вечера… Уроки в школе Андрей часто пропускал, учителя не обращали на это никакого внимания: приемного сына известного танцора ждала особая, необычная судьба, уготованная им новым родителем.

…Вперед, назад, поворот… Жесткий носок!.. Жутко болит спина. Хочется спать и плакать. Плакать и спать. Улыбайся партнерше!..