Таша и Вика заняли столик в центре зала. Таша, конечно, предпочла бы уютное местечко где-нибудь в уголке, но не такая была Вика. Яркая, коротко стриженная, эффектная, она притягивала мужчин как магнит и наслаждалась этим вниманием без всякого смущения.
— Ну что ты сидишь, как на Голгофе? Расслабься. Ты со мной. Никто тебя не съест.
На этот счет как раз появились сомнения, потому что два грузинских мачо среднего возраста, очень солидные, одному около сорока, другому ближе к пятидесяти, бросали на девушек страстные взгляды.
Вика оценила ситуацию и стала медленно вставлять в мундштук сигарету.
— Перестань, а? Ну зачем они тебе?
— Ша! Как это зачем? Если можно пофлиртовать, я буду флиртовать, — сказала, как отрезала, Вика.
Кавказский мужчина тут же оказался рядом. Он поднес зажигалку к Викиной сигарете и взялся за стул.
— Разрешите?
Вика царственно кивнула. Таша молча смотрела, что будет дальше. Она никак не могла понять, зачем Вика охмуряет мужчин, с которыми не собирается встречаться. Ей казалось, когда встретит такого, как Славик, Викин жених, больше никогда не станет строить глазки другим мужчинам.
Георгий и Заза очень быстро оказались за их столиком. После этого на столике появилась бутылка «Цинандали», потом еще одна. Как-то быстро стало понятно, что посещение музея откладывается на неопределенное время. Георгий что-то шептал в ухо Вике, а она смеялась и отодвигала его руку, которая во время разговора неизменно оказывалась на ее коленке в шелковистом чулке. Таша знала, что в чулке, потому что колготки Вика не носила принципиально. «Так я чувствую себя сексуальнее», — говорила Вика. Куда еще сексуальнее? Вон и так все лезут на нее, как мухи на мед. Таша поднялась.
— Я скоро.
Никто и не заметил. Заза и Арсен пялились на Вику, не особо обращая внимание на ее подругу. Не то чтобы Таше необходимо было внимание этих мужчин, но все же обидно. Девушка приблизилась к большому зеркалу в дамской комнате.
Почему? Из зеркала смотрела вполне симпатичная девушка. Синее платье. Довольно скромное, трикотажное. Фигурка вполне приличная. Средний каблучок. Вика ведь не красивее, если честно, Таша и сама это прекрасно понимала. Но она яркая. Выше среднего роста, спортивная, статью Вика напоминала оперную певицу. Кстати, ее папа был самый настоящий оперный певец, так что стать законным путем передалась по генам. Слух, правда, не присоединился, так говорят те, кому не повезло услышать, как Вика поет.
На нее интересно смотреть. Рассматривать — как говорит, как двигается. Откуда она знает, что делать, чтобы им нравилось? Мужчинам этим? Хорошо было бы спросить, но неловко как-то. Лучше спрошу у Ляльки.
Вика появилась шумно и обвила сзади Ташины плечи. Девушка восхищенно посмотрела на ее тонкие запястья. Несколько изысканных браслетов, на пальцах колечки. Таша раньше почему-то этого ничего не замечала.
А ведь красиво. И почему я себя не умею украшать?
— Ну что? Заскучала? — Сама Вика смеялась так, что даже немножко потекла тушь в уголках лучистых, с чертовщинкой, глаз. Она извлекла из сумки косметичку, нашла все, что нужно, и теперь деловито подправляла макияж. Последний штрих — пара взмахов руки с флакончиком духов. Волнующий запах настолько подходил ей, будто проявлял ее ауру, распространял ее влияние далеко за пределы Викиного тела.
— Бинальное оружие, — утвердила красотка. — У мужчин против этого приемов нет.
— А что это, бинальное оружие?
— Не знаю. Но Славик именно так называет эти духи.
Вика посмотрела на сотрудницу с явным сожалением.
— Ничего. Научишься. Я тоже не всегда все знала.
— А мне кажется, ты родилась такой.
— Посмотрю на тебя через пару лет. — Вика подняла свои красивые руки к Ташиной голове. — Давай хоть волосы распустим, что ли. Ты ведь классный специалист по чужой красоте. Что ж ты себя-то все время так при… при… — Вика с трудом подобрала нужное слово. — Прибедняешь на эту самую красоту. Стань к стенке.
— Зачем? — не поняла Таша.
— Не зачем, а как. Расправь плечи, вытяни позвоночник вдоль стенки, вот так и ходи. Свое тело надо носить. Понимаешь? С удовольствием. Красуйся им. Вон оно у тебя какое хорошее.
Таша шла следом за Викой, любовалась ее свободной походкой и старалась нести тело, как было велено. Как раз в этот момент на Ташину талию легла крепкая рука.
— Потанцуем?
Оказалось, что музыканты уже расположились на невысоком помосте и несколько парочек танцуют под грузинский вариант «Бессаме мучо».
Парень, который пригласил Ташу, был невысокий, симпатичный и немножко пьяный. И поэтому, видимо, довольно решительный. Не дожидаясь, пока растерявшаяся девушка согласится, он повел ее по направлению к танцполу. Хорошо, что в зале полумрак. Таша никогда еще не танцевала с совсем незнакомым мужчиной.
Ей понравилось. Парень хорошо вел, и к концу танца у Таши даже получилось расслабиться и ощутить легкий кураж. От парня приятно пахло, и руки у него были очень крепкие и надежные.
Парня звали Дмитрий, он пришел сюда с друзьями, с которыми не виделся почти год. Что, впрочем, не помешало ему после первого же танца уговорить Ташу провести с ним остаток этого вечера, катаясь по Москве в его новеньком «Рейнджровере».
Слегка опьяневшая Таша слышала явный подвох в словах Дмитрия по поводу того, что после небольшой прогулки он отвезет ее домой, но думать о том, что будет дальше, не хотелось, и Таша с Димой решительно направились к выходу. Пока гардеробщик искал Ташино пальто, в холле появилась Вика.
— Таша, ты не хочешь попрощаться?
— Ой! Извини, Викуля! Мы с Димой так заболтались, что я как-то забыла.
Вика дернула Ташу в сторону.
— Ты же пьяная! — встревоженно зашипела она.
— Я абсолютно трезва. Трезвая, — мотнула головой, будто боднула воздух, разрумянившаяся девушка. — И ты мне не мама.
— Презервативы есть?
— Да как ты могла подумать? — с шепота Таша перешла почти на крик.
— Ладно, — строго произнесла Вика. Поняв, что с Ташей говорить бесполезно, она отправилась к Дмитрию.
— Молодой человек. Я вас сфотографировала. Учтите. И не дай бог…
Вика не стала объяснять, что именно «не дай», и заключила:
— Мой родной брат — полковник МВД. Будьте внимательны.
Доехав буквально триста метров до метро «Кропоткинская», Дима наклонился, поцеловал Ташу в щеку и извинился.
— Знаешь, вот только сейчас вспомнил, что должен заехать сегодня к брату.
Он прокашлялся. Видно было, что незапланированное вранье застревает в горле.
— Надо кое-что помочь сделать. В общем, я тебе лучше завтра позвоню.
