Он торопился и запинался.
— Со мной был Дик Уиллоуз… и старик Кэрди, и еще Джордж и Плетт… и другие ребята… Говорю вам, я и близко от лавочки не был. Ей-богу, это правда… Я говорю правду. — Его голос опять перешел в визг.
Инспектор кивнул своему подчиненному.
— Уведите его! Задержан по подозрению в убийстве.
— Не знаю, что и думать, — проговорил Глен, когда констебль увел противного, трясущегося старикашку со злобным и наглым ртом. — Если бы не письмо, я был бы уверен, что убийца — он.
— Каких это людей он называл?
— Подонки. Любой из них не остановится перед лжесвидетельством. Не сомневаюсь, что большую часть вечера он действительно провел с ними. Очень важно выяснить, не видел ли его кто-нибудь около лавочки в промежутке времени от половины шестого до шести.
Пуаро задумчиво покачал головой.
— Вы уверены, что из лавки ничего не было взято?
Инспектор пожал плечами.
— Трудно сказать. Может быть, и взяли пачку-другую сигарет, но вряд ли кто-нибудь ради этого пошел бы на убийство.
— А не появилось ли в лавке… как бы это сказать? Не появилось ли там что-нибудь, чего раньше не было? Что-нибудь лишнее, необычное?
— Там нашли железнодорожный справочник.
— Справочник?
— Да. Он лежал на прилавке, раскрытый и перевернутый текстом вниз. По-видимому, кто-то смотрел расписание поездов из Андовера, может быть, сама хозяйка, а может быть, покупатель.
— Она продавала такие справочники?
Инспектор покачал головой.
— Нет. Она продавала дешевые карточки с расписанием, а это — толстая книга. Такую у нас можно купить только в большом писчебумажном магазине.
Внезапно глаза Пуаро сверкнули. Он подался вперед.
— Вы говорите, железнодорожный справочник? Какой? Брэдшоу? Или тот, что обычно называют «Эй, Би, Си»?
У инспектора тоже заблестели глаза.
— Великий боже! — проговорил он. — Это был «Эй, Би, Си».
Глава V
МЭРИ ДРАУЭР
Мне кажется, настоящий интерес к этому делу вспыхнул у меня именно тогда, когда впервые был упомянут железнодорожный справочник «Эй, Би, Си». До этого я не испытывал ни малейшего энтузиазма. Мерзкое убийство старухи в какой-то лавчонке было так похоже на те заурядные преступления, о которых сообщается в газетах, что я никак не мог придать ему особое значение. В душе я был убежден, что дата убийства лишь случайно совпала с числом, упомянутым в анонимном письме. Я был почти уверен, что миссис Ашер стала жертвой пьяного скота, ее мужа. Но теперь упоминание о железнодорожном справочнике, широко известном под сокращенным названием «Эй, Би, Си» (названия станций в нем расположены в алфавитном порядке), вызвало у меня дрожь возбуждения. Неужели же, неужели это тоже совпадение? Заурядное убийство предстало в новом свете.
Кто был этот таинственный незнакомец, который убил миссис Ашер и оставил на месте преступления справочник «Эй, Би, Си»?
Выйдя из полиции, мы направились в морг взглянуть на тело убитой. Странное чувство охватило меня при виде сморщенного старого лица и редких седых волос, зачесанных назад. Лицо казалось таким спокойным, что мысль о насилии никак не вязалась с ним.
— Она так и не узнала, кто ее ударил и чем, — произнес сопровождавший нас сержант. — Это сказал доктор Керр. И так оно все-таки лучше. Славная была старушка.
— Когда-то она была красива, — заметил Пуаро.
— В самом деле? — недоверчиво пробормотал я.
— Да, конечно, взгляните на линию рта, на лепку головы.
Он вздохнул и закрыл труп простыней. Мы вышли из морга и нанесли короткий визит полицейскому врачу.
Доктор Керр оказался человеком средних лет. Он производил впечатление знающего врача. Он говорил коротко и уверенно.
— Оружия не нашли. Не могу сказать, что им послужило: может быть, палка, налитая свинцом, или дубинка, может быть, мешок с песком. Все это не противоречит обстоятельствам.
— Нужно ли обладать значительной силой, чтобы нанести такой удар?
Доктор бросил на Пуаро понимающий взгляд.
— Вы, вероятно, хотите знать, мог ли его нанести семидесятилетний старик с трясущимися руками? Да, вполне мог. Если конец орудия был достаточно тяжел, самый слабый человек мог нанести им удар с желательным для себя результатом.
— Значит, убийцей могла быть и женщина?
Такое предположение поразило доктора.
— Что-о? Женщина? Признаюсь, мне не приходило в голову связывать такого рода преступление с женщиной, но, конечно, это возможно, вполне возможно. Хотя психологически тут дело не женских рук.
Пуаро закивал, показывая, что вполне согласен с доктором.
— Правильно, правильно, это совершенно невероятное предположение! Но мы должны принимать во внимание все возможности. Скажите, пожалуйста, как лежало тело?
Доктор подробно описал положение тела. По его мнению, когда был нанесен удар, женщина стояла спиной к прилавку — а следовательно, и к убийце. Она рухнула на пол за прилавком, так что человек, случайно зашедший потом в лавочку, не увидел ее.
Мы поблагодарили доктора Керра и ушли.
— Заметьте, Гастингс, — сказал Пуаро, — что мы получили еще одно подтверждение невиновности Ашера. Если бы он оскорблял жену и угрожал ей, она стояла бы за прилавком лицом к нему. Между тем она повернулась спиной к убийце. Очевидно, она доставала табак или сигареты для покупателя.
Легкая дрожь пробежала по моему телу.
— Какая подлость! — сказал я.
Пуаро печально покачал головой.
— Бедная женщина, — пробормотал он и взглянул на часы.
— Надо полагать, отсюда недалеко до Овертона. Давайте съездим туда и обратно и побеседуем с племянницей покойной.
— Разве вы не хотите прежде всего осмотреть лавку, где произошло убийство?
— Я предпочитаю пойти туда позже. У меня есть причины для этого.
Он не стал ничего больше объяснять, и через несколько минут мы уже ехали по лондонскому шоссе в направлении Овертона.
Адрес, который дал нам инспектор, привел нас к довольно большому дому, примерно в одной миле за деревней.
На звонок нам открыла дверь миловидная девушка с покрасневшими от слез глазами.
Пуаро приветливо заговорил с нею.
— Вероятно, вы — мисс Драуэр и служите здесь горничной?
— Да, сэр, это так. Я — Мэри Драуэр.
— Может быть, вы разрешите мне поговорить с вами несколько минут, если ваша хозяйка не будет возражать? Это по поводу вашей тетушки, миссис Ашер.
— Хозяйки нет дома, сэр, но я уверена, что она разрешила бы вам войти.
Она открыла дверь в маленькую гостиную. Мы вошли, и Пуаро, сев на стул, внимательно посмотрел в лицо девушке.
— Вы, конечно, слышали о смерти миссис Ашер?
Девушка кивнула, и глаза ее снова наполнились слезами.
— Я узнала сегодня утром, сэр. Приходили из полиции. Ах как это ужасно! Так ей тяжело жилось, a теперь вот… Ужасно!
— Полиция не предлагала вам поехать в Андовер?
— Они говорили, что мне надо в понедельник быть на дознании. Раньше этого я не поеду. У меня в Андовере теперь нет родных, сэр, а войти в лавку… об этом я и подумать не могу. Да и неохота мне оставлять хозяйку лишнее время без помощи.
— Вы любили свою тетушку, Мэри? — ласково спросил Пуаро.
— Да, сэр, очень. Тетя всегда была так добра ко мне. Когда умерла мать, мне было одиннадцать лет, и я поехала к тете в Лондон. В шестнадцать я пошла работать, но в выходные дни всегда навещала тетю. Сколько она хлебнула горя с этим немцем! Она его называла «Мой старый черт». Никогда он не оставлял ее в покое, паразит, попрошайка! — с горячностью воскликнула девушка.
— Ваша тетя не думала о том, чтобы судебным порядком положить конец этому преследованию?
— Но он же был ее мужем, сэр. Тут уж ничего не поделаешь.
Девушка говорила просто, но очень решительно.
— Скажите, Мэри, он угрожал ей, не так ли?
— О да, сэр, просто ужас, что он говорил: грозился горло ей перерезать и все в таком роде. Клялся и ругался по-английски и по-немецки. А тетя рассказывала, что, когда она за него выходила, он был красавцем. Страшно подумать, сэр, до чего люди доходят!
— Да, это верно. Итак, Мэри, надо полагать, что, после того как вы слышали все эти угрозы, вас не особенно поразило то, что случилось?
— Ах нет, сэр, очень поразило! Видите ли, сэр, мне и в голову не приходило, что он это сделает. Я думала, все это просто пустая болтовня. И тетя его ни капельки не боялась. Когда она напускалась на него, он удирал, как пес с поджатым хвостом. Уж если хотите знать, он ее боялся, а не она его!
— Но все-таки она давала ему деньги?
— Так ведь он был ее мужем, сэр, вы понимаете!
— Да, вы это уже говорили.
Пуаро помолчал, а затем снова заговорил:
— Предположим, что, в конце концов, он не убивал ее.
— Как это — не убивал?
