Читаем без скачивания Ад находится в Камбодже - Иван Стрельцов

— Спасибо, меня и в Лефортово неплохо кормят, — съязвил майор. Но, посмотрев на бледного как мел, подавалу, сказал: — Двойной эспрессо, пожалуйста.

— Живо выполнил заказ, и чтобы я тебя не видел, — рявкнул Виталий Сергеевич.

Официант бросился от столика и исчез со скоростью спринтера. Вернулся через минуту, неся перед собой на дрожащих руках поднос с чашкой кофе, сахарницей и для чего‑то блюдце с тонко порезанным лимоном. Нет ничего страшнее для маленького человека прикосновения к чужим секретам…

Наконец замминистра и майор морской пехоты остались вдвоем. Денис добавил в кофе ложку сахара, размешал и с наслаждением пригубил.

— Так для чего я понадобился на вашем олимпе?

— Есть предложение. Если мы договоримся, то уже сегодня вы будете свободны. А если нет…

— На свободе я уже сейчас, — перебил генерала морпех, — и если ваше предложение меня не устроит, я просто уйду.

— Неужели? — с издевкой спросил Ремизов. — Думаю, осуществить это куда сложнее, чем вы думаете.

Развернувшись на стуле на четверть оборота, генерал продолжил:

— Вот, видите у входа двух бугаев, с завидным аппетитом поглощающих местные разносолы? Это моя охрана. А вон в той серой «Ауди», что припаркована через дорогу, еще трое таких же. И плюс на стоянке два водителя. Все они, как вы понимаете, вооружены.

— Не думаю, что это сможет меня остановить, если я захочу уйти.

Голос Давыдова звучал негромко и спокойно. Так обычно ведут себя люди, уже все решившие для себя.

— Интересно, и как же это произойдет?

— Очень просто. Сперва я убью вас; это не сложно: один удар в нос снизу вверх. — Морпех наглядно продемонстрировал генералу раскрытую ладонь. — Хрящи носа, проникнув в череп, поразят головной мозг. Смерть мгновенна. Потом наступит очередь бройлеров у входа — это также не займет много времени. А уж когда я завладею их оружием, то остальные пятеро долго не проживут. Патрульно-постовой наряд появится не раньше, чем через двадцать минут, район блокируют и того позже.

— Вы говорите таким уверенным тоном, как будто перед вами не бойцы спецподразделения, а фанерные мишени, — в голосе Ремизова звучала обида за свою челядь.

— Мы с ними из разных миров. Они обучены охранять, защищать и следовать букве закона. Меня же учили убивать, и если за столько лет я все еще жив, значит, науку эту усвоил на «отлично».

Генерал удрученно молчал, а Денис продолжил:

— Пока сообразят, что и к чему, я доберусь до ближайшей лесопарковой зоны, а там меня не достанет даже дивизия Дзержинского в полном составе. Поверьте, Виталий Сергеевич, это не пустое бахвальство.

— Получается «Рэмбо. Первая кровь» в русской интерпретации, — задумчиво произнес замминистра.

Такой поворот в его сюжетной линии не предполагался во всех раскладах. Очень уж неожиданно получилось — вроде как кусты раздвинул, а там хищник, приготовившийся к атаке. Клыки оскалены, когти выпущены, мышцы, как взведенная пружина; одно неосторожное движение, и того и гляди, вцепится в горло. Обстановку следовало разрядить немедленно; в противном случае пьеса закончится, толком и не начавшись.

— Ну зачем же так круто, Денис Васильевич? — тихо, осторожно, будто он действительно боялся спровоцировать морпеха, спросил Ремизов.

— А вы мне не оставили другого выхода. На Востоке говорят: «Загнанный шакал льва порвать может».

— Ну какой же вы шакал? Вы, скорее, снежный барс. Да и предложение далеко не о покупке бессмертной души. По вашему профилю…

— Почему же в такой категоричной форме? — Пружина стала медленно распрямляться.

— Неудачное стечение обстоятельств, — развел руками Виталий Сергеевич. Только сейчас он ощутил, что от нервного напряжения последних минут пересохло горло. Он поспешно схватил стакан, на поверхности которого плавали полурастаявшие кубики льда, и большими глотками стал жадно пить.

— Так какое задание? — Вопрос был задан таким тоном, что сразу становилось ясно: угроза взрыва миновала.

— Мне известно, что вы вернулись из Камбоджи, где выполняли, ну, скажем так, правительственное задание. Нужно снова туда вернуться.

— Что, опять кто‑то грохнулся? — непроизвольно вырвалось у Дениса.

— Слава богу, нет. Задание по профилю, о чем мы говорили несколько минут назад.

— У вас что, свои головорезы закончились? — Морпех с плохо скрытой насмешкой посмотрел на генерала. — Когда телек ни включи, только и слышно: «Русичи», «Вятичи», «краповые береты», ОМОН, СОБР и так далее, и тому подобное.

— Ну что вы, специалисты у нас, конечно, есть, — дав майору выговориться, вновь заговорил Виталий Сергеевич. — Но все они спецы внутреннего пользования, а здесь придется работать за рубежом.

— Я в проводники не гожусь, — тут же попытался откреститься Денис.

— Проводник и не нужен. По маршруту будет вести прибор спутникового позиционирования ГЛОНАСС… — Ремизов допил остатки воды. — Проводник не нужен, но необходим как воздух командир группы. Боевой и опытный, тот, кто побывал в этих чертовых джунглях и знает, как поступать в той или иной ситуации. Такой спец у нас в дефиците, а головорезов — ты, Васильич, прав — хватает даже с избытком.

— Так кого мочить надо? — Давыдов проникся словами замминистра: как говорится, доброе слово и кошке приятно.

— Самой большой проблемой для нашей страны является не мировой терроризм, не расширение НАТО к нашим границам, — начал издалека генерал. — И даже не СПИД с «птичьим гриппом» вместе, нет. Самое страшное — это наркотики. Они подобны взрыву нейтронной бомбы: разрушений нет, а люди гибнут. Причем гибнет будущее страны: молодежь и дети. Проблема эта появилась в конце восьмидесятых, с развалом Союза она еще больше усилилась. Ну а последние годы… После того, как янки вторглись в Афганистан, контрабанда наркотиков выросла в тысячу раз. Только представь эти объемы.

Ремизов окончательно перешел на «ты», и это не было фамильярностью или пренебрежением, скорее наоборот. Генерал ставил майора на одну доску с собой, делая его равным.

— Представить‑то я себе представляю, — пожал плечами Денис. — Вам какое до этого дело? Наркоконтроль, по‑моему, организация независимая, МВД не подчиняется.

— Официально — да, — кивнул Виталий Сергеевич, — но пока еще эта структура в состоянии реформирования. А реформа — это как ремонт. И, как сказал знаменитый сатирик Михал Михалыч Жванецкий в своей не менее знаменитой миниатюре «Еврейский пароход»: «Если вы встали на ремонт, это еще не значит, что кто‑то будет что‑то делать. А если вышли, то это тоже не значит, что кто‑то что‑то сделал». Так вот, пока идет реформирование и в верхах решают, будет во главе кто или нет, МВД курирует госнаркоконтроль, а в лице министерства — я. Поэтому вопрос с наркоманией меня волнует самым серьезным образом. Ферштейн?

— Ферштейн.

— Ну, хорошо, мы немного отвлеклись от основной темы. Что бы ни говорили социологи и журналисты, наркоторговля — самый выгодный из бизнесов. На каждый затраченный доллар получаешь пару сотен чистыми. Кто же от такого откажется? Да никто. И остановить наркоторговцев может только смерть. Это поняли на Востоке и успешно применяют данную меру. Европейские же либералы, обезумев от гуманизма, сами себя уничтожают своими сопливыми законами. Но то, что не в состоянии сделать фригидные политики, с легкостью могут выполнить спецслужбы. Интерпол уже составил список вредных (одиозных) наркобаронов. Официально готовятся планы по их поимке, чтобы они оказались на скамье подсудимых. Неофициально — ликвидации. Первой ласточкой стал Пабло Эскобар.

Ремизов замолчал, чем тут же воспользовался Денис:

— Как я понял, предварительная экскурсия завершена; теперь хотелось бы перейти к самому шедевру.

— Вот именно шедевру. В том районе, куда высадили вашу группу, действует другой наркобарон, вернее будет сказать, героиновый король. Как он сам себя любит называть Господин Сэй. Китаец по происхождению, из семьи лавочника, осевшего на границе между Таиландом и Камбоджей еще во времена Второй мировой войны. Образование получил в Бангкоке, потом некоторое время путешествовал по свету. Видимо, выяснял, какой товар наиболее продаваемый… Выяснил. Теперь гонит в нашу страну тонны адского зелья. Так что, как говорится, наш святой долг — остановить кровососа.

Генерал-лейтенант вновь прервался, будто погрузившись в размышления, морпех же услышанное комментировать не спешил.

— Операция по уничтожению Древесной Жабы — так уважительно называют Сэя друзья, коих единицы, и многочисленные враги (в странах Индокитая это земноводное символизирует удачу, мудрость и богатство) — разрабатывалась больше года. Сложность ее исполнения заключается в том, что резиденция Господина Сэя спрятана в чертогах камбоджийских джунглей. — Виталий Сергеевич задумчиво поджал губы. — Эх, знать бы заранее, что вашу группу направляют в те места, я в попутчики прикрепил бы весь отряд «Витязь». Но… — генерал развел руками, — разные ведомства, режим секретности и все такое. Вот и приходится возвращаться к пройденному.