Специальная группа по России вошла также в сферу торговли и производства. Используя правительственные фонды, она образовала частный торговый концерн под названием ГЕФУ (GEFU) – аббревиатура для безобидного названия «Компания для содействия промышленным предприятиям».
За короткое время немецкие промышленники основали и стали управлять рядом предприятий в Советском Союзе: в Самарской области заводом по производству отравляющих газов, в Филях под Москвой строили военные самолеты и моторы к ним, в Туле, Ленинграде и Шлиссельбурге выпускали артиллерийские снаряды. Выпуск продукции на этих заводах делился поровну между рейхсвером и Красной Армией.
В связи с этим произошел один интересный, многоговорящий эпизод, связанный скорее не столько с экономикой, сколько с нашей ментальностью. В выпущенной партии из 900 тысяч снарядов в Германию прибыл груз только с 300 тысячами тяжелых артиллерийских снарядов. Обман вскоре вскрылся…
Сект знал, что советское участие являлось лишь временной мерой.
* * *
Приход Гитлера к власти подробно описан в литературе и публицистике, поэтому нет надобности в повторении, да и книга посвящена другой теме.
Согласно своему правилу, фюрер утверждал, что «прежде чем побеждать внешних врагов, надо сперва уничтожить противника внутри своей страны». С этим у него получилось быстро и масштабно через штурмовые отряды головорезов Рема (СА), эсэсовские подразделения, а потом части и соединения (СС) Гиммлера, а также подключение всей системы (РСХА) и подкрепление этой внутренней борьбы идеологией пропагандиста нацизма, его барабанщика – Геббельса.
Весной 1935 года Германия официально отказалась от соблюдения всех военных статей Версальского договора и ввела запрещенную ей всеобщую воинскую повинность. В марте 1936 года Берлин в одностороннем порядке расторг «гарантийный» Локарнский договор и оккупировал Рейнскую демилитаризованную зону.
Восточные границы Франции вновь услышали немецкую речь и рев танковых моторов. Рейнская область превратилась в фашистский плацдарм для нападения и территорию с высокой концентрацией промышленного производства.
Английский историк Дж. Уиллер-Беннет отмечал:
«Гитлеру было позволено выиграть первую битву Второй мировой войны, не открывая огня».
Сказано точно.
Труднее всего пришлось Гитлеру с наращиванием военного потенциала, – стальные мускулы приходилось качать долго и скрытно от вчерашних противников. Но скоро он справился и с этой задачей. Тайное возрождение милитаризма, реставрация германского военного потенциала проходили на фоне политической нестабильности и экономического хаоса.
В 9 часов утра 2 августа 1934 года после продолжительной болезни в возрасте 87 лет скончался президент Германии фон Гинденбург. Три часа спустя Гитлер уничтожил должность президента и стал именоваться фюрером и рейхсканцлером, осуществив тем самым свою давнюю мечту стать диктатором Германии.
В тот же день солдаты Третьего рейха (так отныне именовалось государство) приняли присягу, но присягали они не республике или конституции, а лично фюреру. Текст присяги был написан будущим фельдмаршалом Вальтером фон Рейхенау, бесславно отдавшим жизнь на Восточном фронте.
В ней говорилось:
«Перед богом я даю эту священную присягу в том, что буду оказывать безусловное повиновение Адольфу Гитлеру, фюреру германского рейха и народа, верховному главнокомандующему вооруженных сил, в том, что я готов, как подобает мужественному солдату, по первому зову выполнить эту присягу хотя бы даже ценой своей жизни».
Эта присяга исключала возможность участия офицерского корпуса в заговоре против Гитлера, поскольку требовала от них личной верности самому фюреру. Сила присяги была такова, что большинство офицеров не предпринимало никаких действий по смещению Гитлера даже тогда, когда армия начала разваливаться и враг стоял у самых границ рейха или окружал Берлин.
Немного опередим события.
Для командующего группой армий «Юг» Вальтера фон Рейхенау присяга дала возможность выдвинуться и расти в собственной карьере, закончившейся вместе с жизнью на Восточном фронте.
Несмотря на мороз, 12 января 1942 года фельдмаршал отправился на обычную утреннюю пробежку по пересеченной местности со своей штаб-квартиры в Полтаве. Немного позже в офицерской столовой он неожиданно потерял сознание и упал. Врачи быстро установили диагноз – сердечная недостаточность. Пять суток он находился в коме, а 17 января еще живого, но без сознания, его привязали к креслу самолета и отправили в Лейпциг. По дороге самолет попал в аварию, и Рейхенау получил, ко всему прочему, серьезную черепно-мозговую травму. Вечером того же дня самолет приземлился на Лейпцигском аэродроме, но генерал-фельдмаршал был уже мертв.
Теперь у Гитлера главный козырь уже был в руках – подчиненная только ему новая, быстро развивающаяся армия на фоне рванувшей к перевооружению немецкой промышленности.
* * *
Несмотря на то что армия, казалось, была в кармане фюрера, Гитлер не мог оставаться в стороне от ежедневных ее нужд и всякий раз пытался укрепить свои отношения с рейхсвером, а потом и вермахтом. Он завоевал авторитет у многих адептов его взглядов на развитие государства через наращивание военного производства. Фюрер учтиво и с уважением обходился при встречах и беседах с генералами, соглашавшимися с необходимостью милитаризации.
В январе 1934 года, выступая по случаю первой годовщины нахождения на посту канцлера, он заметил, что рейх стоит на «двух колоннах»: партийной и армейской.
Многих офицеров это подкупало, как и то, что он, на первый взгляд, не вмешивался во внутренние дела армии. Особенно это касалось продвижения по службе. Гитлер мог позволить эту роскошь, так как доверял авторитетному министру обороны генералу Вернеру фон Бломбергу – высокому, красивому, стройному арийцу, который любил носить хорошо подогнанную форму и умело справлялся с вопросами служебного роста своих подчиненных, не доводя их до состояния проблем.
Еврейская писательница Белла Фромм так описывала Бломберга в 1933 году:
«Рассудительный человек, если не считать его слепого преклонения перед Гитлером… Пробыв прусским солдатом всю свою жизнь, он, тем не менее, на удивление хорошо воспитан. Он обладает способностью к критическому мышлению и гибкостью ума. И все же теперь он начал восхвалять Гитлера. Его глаза светятся подлинным экстазом. Он назвал Гитлера «одним из величайших людей всех времен».
Бломберг зарекомендовал себя способным армейским организатором и преданным соратником канцлера. На одном из совещаний он заявил своим генералам:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
