Читаем без скачивания Сны Гаутамы - Юрий Кулагин

Через пару часов, после достаточного количества алкоголя Константин уже прилично пьяный почувствовал, что усталость и отчаяние отступают и ситуация в целом выглядит не так уж и плохо, как могло показаться на трезвый взгляд. Ему даже в голову пришла показавшаяся весьма любопытной идея. Взявшись снова за краски, он аккуратно закрасил полотно с неудавшимся вчерашним творением ровным черным цветом и начал старательно и с вдохновением воплощать новый замысел. В процессе работы Константин выглядел весьма довольным посмеивался, как человек, который наконец разобрался с мучившим его вопросом и теперь знающим что все что ему нужно это только довести дело до конца. Он посвятил этому занятию остаток дня и когда все было готово удовлетворенно завалился на кровать и заснул.

На следующий день, после того как Константин открыл глаза его взгляд сразу упал на стоящий у окна холст. На черном фоне занимая почти все пространство была изображена надпись «хочу денег». Все буквы были оформлены по-разному, с фантазией, но совсем не связанно ни стилистически, ни как-либо еще. Оставшееся пространство было заполнено различными изобразительными элементами, узорами и тому подобным. Константин лежал и созерцал творение рук своих. Он чувствовал, что наконец искренен в проявлении себя. То, что он видел перед собой это и был он, то что он желал, то что он хотел сказать, но постоянно пытался скрыть от себя прикрываясь тем что его предназначение в чем-то большем. Отвратительная лубочность надписи очень точно передавала то что у него было на душе. Жалкий коробейник без товара с одной лишь вывеской, от которой никакого проку. Константин уже не помнил по какой причине, но особо тщательно во всей надписи были оформлены буквы «х» и «у». Приходило на ум, что похоже в ответе две буквы из трех он угадал. Все что оставалось это продолжать хотеть дальше.

Несомненно, что после подобного рода откровений необходимо лекарство способное излечить боль несбыточного желания. Но как только мысли перетекли в русло где река беспробудного пьянства привычно сметает боль и страдание, Константин понял, что и здесь теперь есть некоторые сложности. Похоже, что настало время, когда эта река избавления встретила на своем пути непреодолимое препятствие. Причиной возникновения этого препятствия послужило то чего Константин так хотел и даже выразил это желание на холсте. У него закончились деньги. Совсем. От чего-то это не вызывало шока и трепета. Скорее наоборот. Константина накрыло легким и невесомым, но проникающим в каждую клетку его существа ощущением меланхолии и безразличия. Он подумал, что похож сейчас на человека которого хоронят по древнему обычаю в лодке, отпустив ее по течению и он лежит слегка покачиваясь на волнах и над ним только небо. Дальнейшая мысль оформилась сама собой без всякого усилия, плавно вытекая из состояния, в котором находился Константин: «похоже это все». Любопытно, но до этого момента ему не приходила в голову мысль что можно просто взять и покончить со всем одним разом, убив себя. Теперь это казалось единственным и вполне логичным выходом и даже было странно от чего раньше подобное не приходило в голову. Он стал перебирать в голове различные способы как это все можно устроить, но ни один из вариантов не был достаточно привлекательным. Страшило не состояние, которое наступит потом, а что придется пережить до этого.

Без алкоголя время шло тягуче и однообразно бессмысленно. Было решительно не ясно чем себя занять. Константин долго не вставал с кровати, после чего наконец добрался до кухни чего-то поел, послонялся по пустой квартире и решил наконец выйти на улицу прогуляться. Он бродил, не разбирая дороги, просто бесцельно перемещая свое измученное тяжелым похмельем тело в пространстве. Когда стемнело, он решил что пора отправляться домой. По дороге, на одной из улиц ему стало совсем не по себе. Казалось, что рядом с ним, то с одной, то с другой стороны движется какая-то тень. Это пугало и нервировало. Он прибавил ходу и постарался оказаться дома как можно быстрее. Но и дома он не нашел покоя. Всю ночь не удавалось заснуть, и он ворочался периодически, проваливаясь в забытье, но совсем ненадолго и потом все начиналось заново. Очнувшись посреди ночи от очередного непродолжительного забвения, он услышал голос из соседней комнаты, совсем тихий, который звал его по имени. Он привычно подумал, что это Ирина, которая проснулась и зовет его. Константин решил встать чтобы подойти и спросить ее что случилось. Совсем уже было, поднявшись с кровати он остановился и замер оглушенной мыслью, которая казалось грохнула выстрелом в его сознании, он быстро забрался снова в постель и завернулся в одеяло с головой. В соседней комнате никого нет. Он один в пустой квартире. Никто не может звать его из соседней комнаты. Невыносимый по своей силе, совершенно нечеловеческий ужас сковал все его тело сжав горло спазмом так, что он не мог вздохнуть. Его бил мелкий озноб, и Константин весь покрылся холодным очень неприятным потом. Он закрыл голову подушкой чтобы не услышать опять этот голос. Ему стало душно и совсем нечем дышать, но он не решался приоткрыть одеяло и вздохнуть. Может быть отсутствие кислорода, или просто обессилев от изматывающей ночи без сна скорчившийся от страха под одеялом Константин не заметил, как провалился в сон, больше похожий на потерю сознания, которое в какой-то момент погасло так же, как и все мысли страх и боль.

Визжащий, нестерпимый звук похожий на работу электропилы разрезающий лист железа выпилил Константина из клубка сумбурных и тревожных снов и разбудив окончательно затих, оставив его на произвол нового дня. Через некоторое время он повторился и тогда Константин понял, что это звук дверного звонка. «До чего же отвратительный… почему я раньше этого не замечал?» – подумал он и поднялся с постели. День уже был в разгаре и свет из окна казался нестерпимо ослепительным. Добравшись до входной двери Константин открыл ее, не интересуясь кто стоит за ней. Он просто хотел, чтобы звук дверного звонка больше не повторялся. За порогом стояли два незнакомых человека. Константин тупо уставился на них пытаясь сообразить кто это мог быть. Видимо поняв суть замешательства хозяина дома один из стоящих за дверью заговорил:

– Константин? Доброе утро. Ты, наверное, не помнишь меня?

– А должен?

– Вовсе нет. Знаешь, это совсем не важно. В любом случае, у меня к тебе очень важное дело и если ты впустишь нас и выслушаешь, то я уверен, не пожалеешь об этом.

– Если вы продаете чего, то напрасно тратите время. У меня денег нет. Совсем. И если бы были, то я в любом случае точно знаю на что их потратить…

– О-о! Конечно! – человек за дверью улыбнулся – Я не минуты в этом не сомневаюсь! Но нет. Мы ничего не продаем. И вообще… знаешь заходим далеко не к каждому.

Второй человек стоял немного позади того что говорил и все время молчал. От этого личное местоимение «Мы», звучало в словах того, кто все время говорил как-то двусмысленно. Константин чувствовал себя настолько отвратительно, что уже не было сил препираться и каким-то образом выпроваживать незваных гостей. Он просто хотел сесть и закрыть глаза.

– Да как хотите… я вас предупредил. – после чего он развернулся и отправился в комнату оставив дверь открытой. – Проходите… я присяду в комнате.

Когда все расположились в большой комнате Константин, ожидая начала разговора стал изучать своих гостей. Тот, кто говорил с ним в дверях был мужиком лет пятидесяти, с короткой стрижкой украшенной благородной проседью на висках. Еще он был при усах и ухоженной бороде эспаньолке. Из одежды сразу обращал на себя внимание алый шелковый галстук, особо выделяющийся на фоне белого костюма. В целом, обладатель этого наряда выглядел респектабельно и солидно. Этого впечатления Константину хватило, и он избавил себя от дальнейшего изучения деталей. Его спутник и вовсе уже не мог рассчитывать на особое внимание Константина, которому от отсутствия алкоголя и бессонной ночи делалось все хуже. У него, похоже стала подниматься температура, сердце билось как ненормальное и еще все тело трясло мелкой дрожью. Не говоря уже о состоянии в целом, назвать которое отвратительным было бы слишком поверхностно.

Человек в белом костюме с красным галстуком, расположился с комфортом в кресле напротив, и Константин стал ожидать, когда тот объяснит в чем цель их визита. Тот дождавшись, когда Константин окончательно сфокусирует свое внимание на нем заговорил:

– Как мы уже выяснили ты не помнишь кто я такой….

Прервавшись, он пристально посмотрел на Константина изучающим взглядом и видимо сделав какие-то выводы, продолжил:

– …да и в твоем состоянии, тебе, наверное, и не очень любопытны всякие подробности. Меня зовут Серафим Шадаевич. А это… – он слегка повернулся в сторону своего компаньона – Михаил. Он обычно настаивает, чтобы его звали исключительно по имени без всякого официоза. Мы работаем вместе, хотя и немного в разных сферах. В любом случае можно сказать что он мой коллега. Кстати, если мы обо всем договоримся, то в дальнейшем с ним ты будешь видеться гораздо чаще чем со мной. И так…