– Обо мне не переживай, ты мне итак уже очень сильно нравишься. – Он поднимается со скамейки и подаёт мне руку.
Обескураженно подаю руку в ответ, дав ему возможность меня поднять. Чуть не падаю ему в объятия от своей неуклюжести.
– А если после отдыха я перестану тебе нравиться, а я в тебя влюблюсь? – пытаюсь вразумить его своими вопросами, но он остаётся непоколебим:
– Будем работать над твоей самооценкой.
Как именно – уточнять не стал.
Акт 2: Свадьба (Эпизод 6)
Ольга
Из зеркала на меня смотрит настоящая принцесса. Удивляюсь, как макияж, причёска и роскошное платье смогли превратить меня из серой мышки в настоящую красавицу. Правда, ощущения не меняются: я всё ещё та неказистая девушка, но только внутри. Не снаружи.
Поправляю диадему. Закрываю зеркальце. Не могу привыкнуть к отражению. Да и особо не хочу этого делать.
Свадьбу они решили провести в дорогом ресторане на берегу моря. Всё-таки есть свои плюсы в доме неподалёку от моря. Южная часть страны всегда славилась тёплой погодой, а новый дом мамы находился в нескольких километрах от моря.
Из-за постоянной жары я и уехала в столицу.
Мама постоянно улыбается, решая мелкие проблемы и делая большие дела. Такой счастливой и беззаботной, не знающей проблем, я ещё её никогда не видела.
Зал переполнен гостями, и я с ужасом смотрю на незнакомцев. В основном очень много моих ровесников: все пришли с семьями. Большинство уже знакомы между собой, и я чувствую себя белой вороной.
– Чего грустишь, моя дорогая? – подскочила ко мне мама. – Я вот-вот стану настоящей королевой! – смеётся она.
– Брось, ма. Я всё ещё надеюсь, что ты любишь Станислава не за его деньги, – повела плечом, хмурясь.
– Нет, конечно! Он делает меня счастливой. С ним я чувствую, что я лучшая версия себя, а это, моя дорогая, настоящая любовь! – щебечет она, а я тяжело вздыхаю.
Не спорю с мамой: вообще в эту любовь перестала верить. Да и зачем омрачать ей праздник? У меня – другой опыт.
– У тебя губная помада немного размазалась. Сходи в дамскую комнату, поправь внешний вид. Через полчаса церемония.
Киваю. Не спорю. Мне и самой хочется исчезнуть. Раствориться в толпе. Слишком много народу. Незнакомцев. Возникает острое желание побыть одной.
В большом зеркале замечаю, что действительно размазала помаду. Видимо, не стоило налегать на салаты.
Стираю лишнее и наношу новый слой. Вздыхаю, напоминаю себе, что через пару часов всё закончится, мамина мечта о счастье сбудется, а я вернусь в столицу.
Уже собираюсь покинуть дамскую комнату, но неожиданно дверь отворяется, и на пороге появляется мой сводный братец.
Будущий сводный братец.
– Какого чёрта, Лекс?! Это женский туалет! – возмущаюсь я.
Невольно рассматриваю его. Александру очень идёт синий костюм. Расстёгнутый пиджак не скрывает белой рубашки, которая обтягивает его подкаченное тело. А красный галстук действует на меня магически. Слишком люблю мужчин в костюмах.
– Ну, так я и не заглядываю в кабинки, – усмехается он, косясь на соседний отсек. Убедившись, что мы одни, братец закрывает на защёлку дверь.
Какая наглость!
– Что тебе нужно?! – зло смотрю я, скрестив руки на груди.
– Ты, – совершенно спокойно отвечает он. – Тебе так идёт эта напускная злость, –вновь пожирает меня взглядом.
– Я – не вещь, – чеканю, жалея, что не захватила с собой вилку.
– Не вещь, – подтверждает Лекс.
– Моя мать – твоя будущая мачеха…
– И?
– Она против нас, – пытаюсь вразумить его, всё ещё помня наш разговор на скамейке и мои чувства после него.
Мне слишком хорошо рядом с Александром, и эти ощущения пугают.
– А ты?
Качаю головой. На самом деле у меня нет ответа на этот вопрос. Я сама не знаю, против я или нет. Да и что за глупый вопрос, в конце концов?!
– Мы с тобой вот-вот станем семьёй. Это инцест. Отстань от меня, пожалуйста, – делаю последнюю попытку послать неугомонного Александра куда подальше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ну, что ж. Инцест – дело семейное, – совершенно спокойно говорит он.
Еле сдерживаюсь от того, чтобы не рассмеяться. И почему мне нравится юмор этого несносного наглеца?
– Так нельзя, – повторяю снова.
– Нельзя, – соглашается он, а в следующее мгновение я оказываюсь прижатой его мощным телом к раковине. – Но пока мы же не стали братом и сестрой?
Его дыхание обжигает мою кожу, и я вздрагиваю. Как бы сильно я этому не сопротивлялась, желание растекается по моему телу.
Стою, не дыша. Боюсь шелохнуться. Смотрю в эти бездонные глаза и пытаюсь в них не утонуть. Сложно. Очень сложно.
Лекс не двигается, тяжело дышит, опаляя меня своим дыханием.
Тянусь за поцелуем, сама не зная, зачем я это делаю.
Эпизод 7
Ольга
Немая сцена для меня длится целую вечность. Хочу, чтобы пытка поскорее закончилась, и совершенно ничего не могу сделать. Для меня существуют только его губы, его глаза, и моё жгучее желание, разлившееся по телу.
Неожиданно Лекс, тяжело вздохнув, отстраняется.
– Знаешь, как бы я ни хотел попробовать на вкус твои губы, вдохнуть аромат твоих волос и узнать, насколько мягкое твоё тело, я этого делать не стану, – с нескрываемым сожалением, даже мукой произносит он.
– Не станешь? – обескураженно интересуюсь я.
– Не стану, – подтверждает. – Пока ты сама этого не захочешь. Пока ты сама не нарушишь границы дозволенного.
– Не нарушу, – пытаюсь сказать твёрдо, но голос срывается.
Я сама не уверена ни в чём.
Лекс усмехается, но молчит. Некоторое время мы стоим в полной тишине, глядя друг на друга.
– После свадьбы я уеду в столицу, Лекс. Так что все твои коварные планы заранее провалились, – вздыхаю я, пытаясь придать голосу хоть какой-то уверенности.
– Не уедешь, – а вот Лексу её не занимать. – Что тебе делать в столице? Искать работу? Мучиться от безысходности? Вспоминать, какая красивая дочка у твоего бывшего?
Это звучит как пощёчина. Зло смотрю на неугомонного, но возразить мне совершенно нечего.
– Я каждый год езжу в августе за границу, – зачем-то говорит он. – Никто не удивится, если в этом году я возьму тебя. И я обещаю, что буду вести себя прилично, как самый настоящий брат, если… –прерывается и ухмыляется.
Ждёт, когда я сама что-то скажу.
– Если?.. – наконец, теряю терпение и сдаюсь.
– Если ты сама не захочешь чего-то большего, – заканчивает, наконец, парень.
– Не захочу, – решительно заявляю. – Моя мама против семейных интриг, и я не хочу её расстраивать. Хватит с неё вечных страданий. Уверена, что и твой отец тоже будет не в восторге.
– А ты всегда слушаешься мамочку? Даже в таком возрасте? – подначивает меня парень, задевая за живое.
Закатываю глаза. Он говорил ровно те же слова несколько дней назад.
– Я не хочу, чтобы она волновалась. Не хочу сделать её несчастной, если у нас не получится, – и только в следующий момент понимаю, что только что сказала.
Я допустила возможность наших отношений. Совершенно случайно.
– А почему не получится-то? – и, конечно же, Лекс этим воспользовался. – Представь, как она будет счастлива, когда будешь счастлива ты!
– Ой, брось. Зачем тебе я? Ты заинтересовался мной сугубо потому, что я тебе отказываю вот уже который раз.
– Вовсе нет. Ты мне понравилась гораздо раньше, чем мы познакомились. – Лекс угрожающе нависает надо мной, и я вздрагиваю, сглатывая.
Не решаюсь спросить когда.
– Зачем тебе я? Уверена, любая другая охотнее поедет с тобой на море, да и ублажит тебя так, как ты захочешь, – вздыхаю, качая головой.
– А оно мне надо? В последнее время всем девушкам вокруг меня только и нужны мои деньги. Ты не похожа на охотницу, – усмехается Лекс. – В любом случае, если так переживаешь о том, что о тебе подумает мама, скажем родителям, что едем знакомиться, как брат и сестра. Я заметил, что ты в подавленном состоянии и предложил съездить отдохнуть. Вместе.
