же это за европейские ценности, если на их месте лежит пустота? Эту великолепную Европу американский бык посадил себе на спину, перевез через океан, чтобы превратить античную богиню в обычную голливудскую актрису. Неужели для наших интеллигентов, которые считают себя просвещенными, гордятся своей цивилизационной высотой, ничего не значат постулаты великих философов Хомякова, Данилевского, Гумилёва? Неужели ничего не значат мысли великих писателей Пушкина, Достоевского, Блока, которые произносили в адрес Европы очень жесткие слова, противопоставляя ее неповторимой России?
Если нашим «европейским богомольцам» недостаточно русских мыслителей, пусть они прислушаются к недавнему выступлению Папы Римского. Ватиканский престол — одна из самых громких, эффектных трибун современной Европы. Папа обрушился на Европу с упреками. Он упрекал современную Европу в падении стиля, в падении духа, в низменности, в отказе от величия прежних европейских католических ценностей. Он упрекал современную Европу в том, что в ней иссякло творчество, перестали появляться новые философские, эстетические, религиозные школы. И это так. Современные европейские лидеры — это обычные чиновники, которые, занимая президентские или премьерские кресла, помелькают на них несколько лет, а потом исчезают бесследно, и о них никто не вспоминает.
«Закат Европы» — так называлась книга Шпенглера, который еще до войны описывал катастрофу и затухание европейской жизни. Это подтверждается и ныне. Другое дело — Россия. Сегодняшняя Россия, несмотря на великие трудности, переживания, на грядущие осложнения, и быть может, огромные драмы, пробуждается, встает после долгого сна. Она сбросила с себя чехол, который накинули на наше сознание, на историческую память наши европейские ревнители. Россия вырабатывает новое слово жизни, стремится сформулировать новую национальную философию, осмыслить свою судьбу от глубокой древности в грядущее.
Я недавно приехал из Ставрополя, где собрался Всемирный Русский Народный Собор, подобный тому, что собирался в Москве, и подобный тому, что скоро соберется в Кемерово и в Калининграде. Собор этот напоминает лабораторию, куда сошлись богословы, светские философы, писатели, художники, военные, представители спецслужб, технократы. И каждый со своей стороны пытается кинуть в эту реторту свой опыт, представления о сегодняшней и завтрашней России. И в итоге в этом огненном вареве, в огненной среде рождается формула будущей российской идеологии, будущей русской мечты. И формула эта связана со справедливостью. Справедливостью социальной, которая определяет отношение человека к человеку. Справедливостью национальной, которая гармонизирует отношения всех многочисленных, живущих в нашей великой державе народов и национальностей. И справедливости божественной, которая поет о симфонии всего сущего на земле, в том числе и цветка полевого, и звезды небесной.
Нам будет трудно. Нам будет тяжело. Но не углеводородами едиными жив человек. Углеводороды добываются в глубине земли. А высшие смыслы добываются в глубине неба. У нас есть газ, есть нефть, есть великие реки и выход к великим морям. У нас есть прекрасная энергетика, есть восхитительные заводы, на которых строят лучшие в мире самолёты и танки. У нас есть университеты с талантливой пытливой молодежью. Есть научные школы, есть трудолюбивый народ, который прошел по своей истории, перешагивая гигантские пропасти, преодолевая огромные катастрофы. И сегодня, как бы ни было нам трудно, как бы ни отворачивалась от нас Европа, мы не будем смотреть в её сморщенное, усталое, утомленное лицо. Мы пойдём своим русским путём к нашей неизбежной русской Победе.
Икона Победы и топоры гибридной войны[4]
Министр иностранных дел Польши с вялым лицом моллюска заявляет, будто в сорок пятом году Освенцим освободили украинские части. Это значит, что современному Киеву, кишащему бандеровцами и нацистами, должны поклониться потомки спасённых узников. Яценюк, похожий на злого неоперившегося птенца, упрекает Россию в том, что она во время Второй мировой войны вторглась на Украину и в Германию. Это значит, что фашистская Германия Гитлера и сегодняшняя киевская власть — два братских режима — стали объектом русской агрессии.
Эти казуистические высказывания хотят ввергнуть нас в бесконечные исторические споры, где мы станем доказывать, что Освенцим освобождала Красная Армия, в которой украинцы воевали плечом к плечу с русскими, евреями, казахами, эстонцами, белорусами. И весь единый советский народ, обливаясь кровью, выкорчёвывал чёрное древо фашизма, вживлял на его месте саженец новой человеческой цивилизации.
Или, может быть, желая больнее уязвить поляков, мы станем утверждать, что в концлагерях Пилсудского десятками тысяч умирали пленные украинцы? Ибо Конная армия с криками «Даёшь Варшаву!» была укомплектована во многом за счёт красноармейцев Украины.
Но нет, мы не станем растрачивать себя в бессмысленных и бесплодных дискуссиях. Ибо наш оппонент — не высоколобый профессор, не дотошный кафедральный учёный. А беспощадный и лютый враг, который стремится вонзить свой отравленный гарпун в самое ядро русского самосознания, в самое сердце русской истории, чтобы оно перестало биться, и с его последним ударом перестало дышать государство российское.
Этим ядром русского самосознания, этим сердцем государства российского является победа. Победа сорок пятого года — это мистическая вершина русской истории. Событие не историческое, а лучезарное чудо, явленное человечеству на переломе его судьбы. Явившийся на землю Христос опрокинул замысел тьмы, желавшей объять землю, и своей священной жертвой продлил свет мироздания. Победа сорок пятого года, добытая ценой великой русской жертвы, остановила ход тьмы, отшвырнула эту тьму на периферию человеческой истории и вновь восстановила световод, по которому свет проникает в бытие.
Победа ещё раз объяснила суть русской истории, мессианство русского народа, высшие смыслы государства российского — сразиться с тьмой, принять удар тьмы, остановить тьму, преобразить её в свет, умирая «за други своя», воскреснуть. Поднятие красного флага над горящим рейхстагом было подобно пасхальному Воскресению. Победа — это Христос. Отечественная война, на которой погибло 30 миллионов советских людей, — это сошествие Христа на землю. Он дрался вместе с Красной Армией, ниспровергая фашизм. Горел вместе с Гастелло в его самолёте. Кидался под танки вместе с 28 гвардейцами-панфиловцами. Закрывал пулемётное гнездо вместе с Александром Матросовым. Поднимался на эшафот вместе с Зоей Космодемьянской. Стоял вместе с генералом Карбышевым под ледяным водопадом. Все, кто нападает сегодня на великую Победу, являются богохульниками, оскверняющими священную икону, возводящими хулу на Христа. Но Господь поругаем не бывает.
Эту икону начинали рубить топором и оплёвывать ещё в период горбачёвской перестройки. Разрушая советское государство, горбачёвцы за время трёхлетней операции, именуемой перестройкой, уничтожали все основы, все символы, все идеологические постулаты, на которых зиждилось государство Советов. Победа была главной мишенью врагов. Они утверждали, что Сталин собирался напасть на Германию, и Гитлер в сорок первом году предпринял оборонную операцию. Они утверждали, что советские полководцы — это мясники, завалившие отважных боеспособных немцев русскими трупами. Они
